Карта сайта   Главная

Будни

Содержание

Буран, опередивший время

Юлия Новицкая, 28 ноября 2013 16

Буран в Раю  Буран в Раю. Детский рисунок

Ведущий конструктор ракетно-космического комплекса «Буран» Владимир Бугров отвечает на вопросы «Завтра»

«ЗАВТРА». Владимир Евграфович, прошла четверть века с момента полета на орбиту многоразового ракетно-космического комплекса "Энергия-Буран" и последующей посадки корабля "Буран", блестяще выполненных с первой попытки. Иначе, как триумфальным, тот запуск назвать нельзя…

Владимир БУГРОВ. Это событие, действительно, стало вершиной творчества советской ракетно-космической школы, основанной С.П. Королевым. Ракетно-космическая техника не знает изделий, по масштабу и сложности равных легендарной "Энергии-Буран".
Многоразовые ракетно-космические системы должны обеспечивать возвращение на Землю после каждого полета дорогостоящей материальной части и доставку с орбиты различных грузов. Увеличение посадочной массы потребовало отказаться от парашютного метода спуска в атмосфере, и использовать самолётную (точнее планерную, безмоторную) посадку на аэродром, попасть на который можно, совершив определенный маневр в атмосфере.

«ЗАВТРА». Многоразовые системы экономичнее одноразовых?

Владимир БУГРОВ. Экономия от применения многоразовой системы может стать ощутимой только при многократном ее использовании и максимальном количестве сохраняемой материальной части. Идеальной многоразовой системой был бы воздушно-космический самолет, использующий для взлета, полета в атмосфере и посадки шасси, крылья и другие элементы самолета, а в орбитальном полете — состав систем космического корабля. Однако проблемы создания воздушно-космического самолета — такие, как многорежимный двигатель, работающий и в атмосфере и в космосе, чрезмерный нагрев при полете в атмосфере и другие, — привели к долгим поискам оптимального варианта объединения самолета с ракетой, начатым еще в начале прошлого, двадцатого века.

«ЗАВТРА». Насколько я знаю, еще К.Э.Циолковский и Ф.А.Цандер, мечтавшие о межпланетных полетах, представляли себе космический корабль крылатым, то есть использующим не только ракетный двигатель, но и подъемную силу крыла.

Владимир БУГРОВ. Это так. И Королев в далеком 1933 году, мечтая о межпланетных полетах, начинает с установки ракетного двигателя на планер. А через двадцать лет приступает к созданию двухступенчатых межконтинентальных баллистических и крылатых ракет. Разработку крылатой ракеты через год он передает в ОКБ С.А.Лавочкина. И уже в 1958 году состоялся первый пуск крылатой ракеты "Буря" (всего было 19, из них 3 неудачных). Правда, в негласном соревновании королевская "семерка" одержала тогда победу — Королев решил, что доставлять грузы на большие расстояния выгоднее баллистическими ракетами. Работы над "Бурей", к сожалению, были прекращены, а она вполне могла стать прототипом "Бурана".

«ЗАВТРА». Впоследствии интерес к идее объединить самолет с ракетой проявили американцы?

Владимир БУГРОВ. Действительно, 5 января 1972 года президент США Ричард Никсон утвердил программу создания многоразовой транспортной космической системы "Спейс Шаттл". Этому предшествовали напряженные дебаты в конгрессе, поскольку у программы было много противников, не видевших в многоразовой системе экономической выгоды.
Американский проект сразу же привлек пристальное внимание наших специалистов. И на совещании с участием министра, головных институтов, главных конструкторов было отмечено, что создаваемая американцами система "Спейс Шаттл" реальной стратегической угрозы не несет.
Однако вскоре сотрудниками Центра Келдыша было сделано заключение о теоретической возможности американского "Шаттла", находящегося на орбите, совершить внезапный нырок в атмосферу и боковой маневр на расстояние до двух тысяч километров, с возможностью нанесения неотвратимого ядерного удара по нашей столице. Если даже допустить, что вывод о возможности такого коварного удара по Москве был правильным, то вряд ли наш ответ на эту угрозу можно было считать адекватным, учитывая, что полетел "Буран" через семь лет после "Шаттла".
Руководству страны стало очевидно, что США создают систему, которая не представляет непосредственной угрозы, но может угрожать безопасности страны в будущем. Именно неизвестность задач "Шаттла" обусловила нашу дальнейшую стратегию: обеспечить аналогичные возможности для адекватного ответа будущим вызовам вероятного противника. В феврале 1976 года вышло постановление правительства о создании нашей Многоразовой Космической Системы.

«ЗАВТРА». Что же представлял собой легендарный орбитальный корабль "Буран"?

Владимир БУГРОВ. Он имел в своем составе полный набор систем, обеспечивающих выполнение пилотируемого космического полета экипажем из четырех-десяти человек, продолжительностью от семи до тридцати суток, по рабочим орбитам с высотами в диапазоне от двухсот до тысячи километров.
Конструктивная основа орбитального корабля — планер, оснащенный всеми самолетными системами, обеспечивающими динамические операции — автоматически управляемый планирующий спуск в атмосфере и горизонтальную посадку на аэродром в районе старта.
На наружной поверхности было установлено специальное теплозащитное покрытие в виде плиток из материала на основе углерода и супертонкого кварцевого волокна общим количеством свыше 39 тысяч штук, способных выдержать максимальные температуры более полутора тысяч градусов! В носовой части корпуса планера расположена герметичная остекленная кабина для экипажа и части аппаратуры, сразу за ней, в средней части корпуса — негерметичный раскрывающийся грузовой отсек для груза.
Электроснабжение на "Буране" обеспечивалось с использованием кислородно-водородных электрохимических генераторов на основе топливных элементов, преобразовывавших химическую энергию водорода и кислорода в электроэнергию и воду. При разработке системы электроснабжения впервые в мире была разработана система космического хранения водорода и кислорода без потерь.
Система управления — мощнейший вычислительный комплекс. Она была полностью автоматической, в автономном полете движением "Бурана" управляли четыре компьютера, обеспечивая навигацию и управление работой всех бортовых систем. Экипаж рассматривался как звено, дублирующее автоматику. Главной проблемой при проектировании системы управления было создание программного обеспечения. Его отработка заняла несколько лет.

«ЗАВТРА». Об уникальности этого проекта много говорится и сегодня, а уж в те годы он, вероятно, был вершиной инженерной и конструкторской мысли?

Владимир БУГРОВ. Масштаб и сложность "Бурана" можно представить из следующего: в состав орбитального корабля вошло более шестисот сборочных единиц бортовой аппаратуры, содержащих более тысячи приборов, полутора тысяч трубопроводов, двух с половиной тысяч жгутов кабельной сети с 15000 электроразъемов. Система управления орбитального корабля позволяет реализовать более шести тысяч команд, трех тысяч алгоритмов управления бортовыми системами и семи тысяч технологических команд. При подготовке к полету контролировалось более пяти тысяч параметров бортовых систем.
Однако о первоначальном боевом назначении "Бурана" давно забыли и стали считать систему экономически выгодным многоразовым транспортным средством.

«ЗАВТРА». Но окупить гигантские первоначальные затраты на создание комплекса и инфраструктуры можно лишь при их действительно многократном применении…

Владимир БУГРОВ. Многоразовость определяет не выводимый на орбиту тридцатитонный груз (ракета "Энергия" без корабля могла вывести сто тонн), а величина возвращаемого из космоса груза. Для этого и сделан планер. То есть, чтобы сделать систему хоть сколько-нибудь рентабельной, надо спускать на Землю двадцать тонн хотя бы четыре раза в год (больше ракет мы за год делать не умели).
Но ни Академия наук, ни военные не были в состоянии обеспечить такой грузопоток ни на орбиту, ни с орбиты, да и замыслов у них особых не было. Когда затапливали станцию "Мир", сожалели, что пропадает одиннадцать тонн научного оборудования, накопившегося на станции за 15 лет эксплуатации.
В итоге стало ясно, что американцы, планируя 60 запусков в год и рассчитывая возвращать на Землю огромное количество военных спутников, не учли, что их ресурс работы на орбите значительно увеличился, поэтому возвращать для ремонта спутник, проработавший на орбите десять лет и морально устаревший, абсурдно. Кроме того, американские экономисты (у которых, видимо, учились наши) при расчетах экономической эффективности многоразовой системы, ошиблись на порядок.
А у нас её просто никто не оценивал.

«ЗАВТРА». Первая попытка запуска "Бурана" была неудачной?

Владимир БУГРОВ. Да, за 51 секунду до старта прошла команда автоматического прекращения пуска. Пришлось сливать топливо. Повторный пуск был намечен на 15 ноября. Утром в день старта надвигался циклон с дождем и шквалистым ветром. А за полчаса до запуска синоптики порадовали штормовым предупреждением. Но это не смогло помешать. "Энергия-Буран" стартовал точно по графику.
Не буду во всех подробностях разбирать этот исторический полет. Заострю внимание лишь на одном моменте. При выходе в "контрольную точку" с высоты двадцати километров "Буран" "заложил" маневр, повергший всех в шок. Вместо ожидавшегося захода на посадку с юго-востока, корабль энергично отвернул влево и стал заходить на взлетно-посадочную полосу с северо-восточного направления. Послеполетный анализ показал, что вероятность выбора такой траектории была менее трех процентов, однако в сложившихся условиях это было самое правильное "решение" корабля! Опережая всего на секунду расчётное время, "Буран" изящно коснулся Земли и вскоре замер с отклонением от осевой линии всего три метра(!).
Отечественная ракетно-космическая техника не знает такого ошеломляющего успеха с первого пуска. Если говорить честно, даже среди самых квалифицированных разработчиков, мало кто ожидал подобного результата.

«ЗАВТРА». Тем важнее понять истинные причины этого успеха…

Владимир БУГРОВ. Этот успех был предопределен конкретностью задачи, мощной помощью государства, достаточными сроками и финансированием, высокой квалификацией и большим энтузиазмом участников, тщательной экспериментальной отработкой. Кроме того, этот полет стал таким успешным, благодаря тому, что при создании комплекса "Энергия-Буран" был реализован огромный опыт создания первого советского крупномасштабного ракетно-космического комплекса для высадки на Луну Н1-Л3. Именно тогда были сделаны важные выводы о несоответствии методов организации работ, традиционно сложившихся при подготовке простых изделий типа "Восток", уровню новых, более сложных, изделий. Необходимо было разработать новый, более совершенный, процесс создания комплекса "Энергия-Буран" Что и было сделано с большим трудом.

«ЗАВТРА». Вы как-то сказали, что этот успех, тем не менее, лично для вас сопровождается чувством досады. Почему?

Владимир БУГРОВ. Дело даже не в том, что первый полет "Бурана" стал последним, чему, как многие считают, помешала перестройка. Эта программа была принята вдогонку за американским "Шаттлом" без анализа целесообразности. Мне поручали разобраться с целевым использованием "Бурана". В длинном списке задач я не обнаружил ни одной, которую нельзя было бы решить на одноразовых носителях. А запускать по тридцать тонн на орбиту и возвращать по двадцать обратно четыре раза в год мы не умели.
Досада возникала по другим соображениям. Главным замыслом Королева, утвержденным двумя постановлениями правительства, была экспедиция на Марс, и реальный фундамент для ее осуществления к 1974-му году был создан. Однако бывшие соратники Королева уничтожили нашу межпланетную программу. А ведь вся, более чем двадцатилетняя, титаническая эпопея по совершенствованию методов работы, развернутая на королёвском предприятии, в которой мне пришлось принимать непосредственное участие, с успехом могла обеспечить экспедицию советского человека на Марс в середине 80-х годов прошлого века, но, к большому сожалению, "Буран" занял ее место.

«ЗАВТРА». Сегодня всё чаще звучат выказывания о том, что хорошо было бы возродить проект "Энергия—Буран". По-вашему, это возможно? И нужно ли?

Владимир БУГРОВ. По-моему, возможно все, если Родине нужно, и она создаст условия. Специалисты, высказывающиеся за возрождение проекта, видимо, знают, какие двадцать тонн нужно будет регулярно спускать с орбиты. Я такую потребность представить себе не могу. 15 ноября в РКК "Энергия" на торжественном вечере, посвященном 25-летию полета МРКК "Энергия-Буран" присутствовал цвет ракетно-космической отрасли. Выступали наши прежние министры, генеральные конструкторы, директора заводов, новый глава Роскосмоса. Я не слышал, чтобы кто-то предлагал возродить "Энергию-Буран". Говорили дружно о другом: что нам необходимо вернуться на тот научно-технический и производственный уровень, который был достигнут к 1988 году, на ту "планку". При этом отмечалось, что должна быть поставлена государственно значимая задача, и что решать ее нужно всем вместе, как это было на "Буране". Но что это за задача, пока осталось в секрете. Будем ждать, что скажет Родина.

Иосиф Сталин. Социализм и равенство

Газета Завтра. 15 декабря 2004

Сталин  Иосиф Сталин

За XVII съездом ВКП(б) в отечественной исторической науке закрепилось наименование "съезда победителей", в годы "перестройки" и "реформ" дополненное параллельным наименованием "съезд расстрелянных": мол, большинство делегатов этого съезда оказались репрессированы в ходе "Великой Чистки" 1937-1938 годов, проведенной Сталиным ради установления режима личной власти. Эта концепция, которую вдалбливают в общественное сознание страны почти полвека, весьма далека от действительности. Ведь уже к 1934 году стало ясно, что выходом из глубочайшего системного кризиса капитализма может стать только новая мировая война — и приход к власти в Германии Гитлера, и вторжение милитаристской Японии в Китай свидетельствовали об этом со всей очевидностью. Очевидным было и то, что первая в мире страна социализма не сможет остаться в стороне от этой войны, что главный удар будет нанесен именно по Советскому Союзу, — вопрос заключался только в том, когда и в каком "формате" это произойдёт. Поэтому "съезд победителей", по сути, решал задачу перехода страны на военное положение, что требовало не только ускоренного роста, но и полной управляемости экономики, политики (включая армию) и идеологии. Именно эту задачу — с разных сторон — решали и стахановское движение, и пресловутые "репрессии", и множество других инструментов управления, задействованных в СССР второй половины 30-х годов. В противном случае "41-й год" мог наступить для нашей страны гораздо раньше, а "45-й" — не наступить совсем.
"Съезд победителей" действительно заложил фундамент будущей Победы, на нем была поставлена и затем решена важнейшая для того времени задача превращения страны в мощный монолит, способный отразить любую агрессию. Сегодня, когда Путин продолжает сдавать сталинское наследство: хоть на Дальнем Востоке, хоть в Абхазии, хоть на Украине, — в стремлении удержаться у власти, когда заявленная им борьба с бедностью оказывается на поверку войной против бедных, а съезды патриотов вместо реальной политической работы занимаются в основном бессмысленным сведением личных и групповых счетов и сотрясением воздуха, сталинское время всё отчётливее видится торжеством реального исторического творчества и социальной справедливости. Конечно, от нынешних "хозяев Кремля" и их сторонников не приходится ждать воплощения этих принципов на практике: там давно признали, что политика — исключительно "грязное дело", а "мыться" политикам вообще противопоказано. Но нам необходимо хотя бы знать, что иная политика возможна и осуществима.
Из политического отчёта Центрального Комитета XVII Съезду ВКП(б), 26 января 1934 года
Партию нельзя рассматривать, как нечто оторванное от окружающих людей. Она живет и подвизается внутри окружающей ее среды. Неудивительно, что в партию проникают нередко извне нездоровые настроения. А почва для таких настроений, несомненно, имеется в нашей стране хотя бы потому, что у нас всё ещё существуют некоторые промежуточные слои населения как в городе, так и в деревне, представляющие питательную среду для таких настроений.
XVII конференция нашей партии сказала, что одна из основных политических задач при осуществлении второй пятилетки состоит в "преодолении пережитков капитализма в экономике и сознании людей". Это совершенно правильная мысль. Но можно ли сказать, что мы уже преодолели все пережитки капитализма в экономике? Нет, нельзя этого сказать. Тем более нельзя сказать, что мы преодолели пережитки капитализма в сознании людей. Нельзя этого сказать не только потому, что сознание людей в его развитии отстает от их экономического положения, но и потому, что всё ещё существует капиталистическое окружение, которое старается оживлять и поддерживать пережитки капитализма в экономике и сознании людей в СССР и против которого мы, большевики, должны всё время держать порох сухим.
Понятно, что эти пережитки не могут не являться благоприятной почвой для оживления идеологии разбитых антиленинских групп в головах отдельных членов нашей партии. Добавьте к этому не очень высокий теоретический уровень большинства членов нашей партии, слабую идеологическую работу партийных органов, загруженность наших партийных работников чисто практической работой, отнимающей у них возможность пополнить свой теоретический багаж, — и вы поймёте, откуда берется та путаница по ряду вопросов ленинизма в головах отдельных членов партии, которая нередко проникает в нашу печать и которая облегчает дело оживления остатков идеологии разбитых антиленинских групп.
Вот почему нельзя говорить, что борьба кончена и нет больше необходимости в политике наступления социализма.
Можно было бы взять ряд вопросов ленинизма и продемонстрировать на них, насколько еще живучи среди некоторых членов партии остатки идеологии разбитых антиленинских групп.
Взять, например, вопрос о построении бесклассового социалистического общества. XVII конференция партии сказала, что мы идем к созданию бесклассового, социалистического общества. Понятно, что бесклассовое общество не может прийти в порядке, так сказать, самотёка. Его надо завоевать и построить усилиями всех трудящихся — путем усиления органов диктатуры пролетариата, путем развертывания классовой борьбы, путем уничтожения классов, путем ликвидации остатков капиталистических классов, в боях с врагами как внутренними, так и внешними.
Дело, кажется, ясное.
А между тем, кому не известно, что провозглашение этого ясного и элементарного тезиса ленинизма породило немалую путаницу в головах и нездоровые настроения среди одной части членов партии? Тезис о нашем продвижении к бесклассовому обществу, данный, как лозунг, они поняли, как стихийный процесс. И они прикидывали: ежели бесклассовое общество, то значит можно ослабить классовую борьбу, можно ослабить диктатуру пролетариата и вообще покончить с государством, которое всё равно должно отмереть в ближайшее время. И они приходили в телячий восторг в ожидании того, что скоро не будет никаких классов, — значит, не будет классовой борьбы, значит, не будет забот и треволнений, значит, можно сложить оружие и пойти на боковую — спать в ожидании пришествия бесклассового общества.
Не может быть сомнения, что эта путаница в головах и эти настроения как две капли воды похожи на известные взгляды правых уклонистов, в силу которых старое должно самотеком врасти в новое, и в один прекрасный день мы незаметно должны оказаться в социалистическом обществе.
Как видите, остатки идеологии разбитых антиленинских групп вполне способны к оживлению и далеко еще не потеряли своей живучести.
Понятно, что, если бы эта путаница во взглядах и эти небольшевистские настроения овладели большинством нашей партии, партия оказалась бы демобилизованной и разоружённой.
Возьмем далее вопрос о сельскохозяйственной артели и сельскохозяйственной коммуне. Теперь все признают, что артель является при нынешних условиях единственно правильной формой колхозного движения. И это вполне понятно: а) артель правильно сочетает личные, бытовые интересы колхозников с их общественными интересами; б) артель удачно приспособляет личные, бытовые интересы к общественным интересам, облегчая тем самым воспитание вчерашних единоличников в духе коллективизма.
В отличие от артели, где обобществлены только средства производства, в коммунах до последнего времени были обобществлены не только средства производства, но и быт каждого члена коммуны, т.е. члены коммуны в отличие от членов артели не имели в личном владении домашнюю птицу, мелкий скот, корову, зерно, приусадебную землю. Это значит, что в коммунах личные, бытовые интересы членов не столько учитывались и сочетались с интересами общественными, сколько заглушались последними в интересах мелкобуржуазной уравниловки. Понятно, что это обстоятельство является самой слабой стороной коммун. Этим, собственно, и объясняется, что коммуны не имеют большого распространения и попадаются лишь единицами и десятками. По этой же причине коммуны, чтобы отстоять свое существование и не развалиться, оказались вынужденными отказаться от обобществления быта, начинают работать по трудодням, стали выдавать зерно на дом, допускают личное владение домашней птицей, мелким скотом, коровой и т.д., но из этого следует, что коммуны фактически перешли на положение артелей. И в этом нет ничего плохого, ибо этого требуют интересы здорового развития массового колхозного движения.
Это не значит, конечно, что коммуна вообще не нужна, что она не является больше высшей формой колхозного движения. Нет, коммуна нужна, и она, конечно, является высшей формой колхозного движения, но не нынешняя коммуна, которая возникла на базе неразвитой техники и недостатка продуктов и которая сама переходит на положение артели, а — будущая коммуна, которая возникает на базе более развитой техники и обилия продуктов. Нынешняя сельскохозяйственная коммуна возникла на основе малоразвитой техники и недостатка продуктов. Этим, собственно, и объясняется, что она практиковала уравниловку и мало считалась с личными, бытовыми интересами своих членов, ввиду чего она вынуждена теперь перейти на положение артели, где разумно сочетаются личные и общественные интересы колхозников. Будущая коммуна вырастет из развитой и зажиточной артели. Будущая сельскохозяйственная коммуна возникнет тогда, когда на полях и в фермах артели будет обилие зерна, скота, птицы, овощей и всяких других продуктов, когда при артелях заведутся механизированные прачечные, современные кухни-столовые, хлебозаводы и т.д., когда колхозник увидит, что ему выгоднее получать мясо и молоко с фермы, чем заводить свою корову и мелкий скот, когда колхозница увидит, что ей выгоднее обедать в столовой, брать хлеб с хлебозавода и получать стираное белье из общественной прачечной, чем самой заниматься этим делом. Будущая коммуна возникнет на базе более развитой техники и более развитой артели, на базе обилия продуктов. Когда это будет? Конечно, не скоро. Но это будет. Было бы преступлением искусственно ускорять процесс перерастания артели в будущую коммуну. Это спутало бы все карты и облегчило бы дело наших врагов. Процесс перерастания артели в будущую коммуну должен происходить постепенно, по мере того как все колхозники будут убеждаться в необходимости такого перерастания.
Так обстоит дело с вопросом об артели и коммуне.
Дело, казалось бы, ясное и почти что элементарное.
А между тем среди одной части членов партии имеется изрядная путаница по этому вопросу. Считают, что, объявив артель основной формой колхозного движения, партия отдалилась от социализма, отступила назад от коммуны, от высшей формы колхозного движения — к низшей. Почему, спрашивается? Потому, оказывается, что в артели нет равенства, так как там сохраняется разница в потребностях и в личном быту членов артели, тогда как в коммуне есть равенство, так как там уравнены и потребности и личное бытовое положение ее членов. Но, во-первых, у нас нет больше таких коммун, где бы существовали поравнение, уравниловка в области потребностей и личного быта. Практика показала, что коммуны наверняка погибли бы, если бы они не отказались от уравниловки и не перешли на деле на положение артели. Стало быть, нечего ссылаться на то, чего нет уже в природе. Во-вторых, всякому ленинцу известно, если он только настоящий ленинец, что уравниловка в области потребностей и личного быта есть реакционная мелкобуржуазная нелепость, достойная какой-нибудь первобытной секты аскетов, но не социалистического общества, организованного по-марксистски, ибо нельзя требовать, чтобы у всех людей были одинаковые потребности и вкусы, чтобы все люди в своем личном быту жили по одному образцу. И наконец: разве среди рабочих не сохраняется разница как в потребностях, так и в их личном быту? Значит ли это, что рабочие стоят дальше от социализма, чем члены сельскохозяйственных коммун?
Эти люди, очевидно, думают, что социализм требует уравниловки, уравнения, нивелировки потребностей и личного быта членов общества. Нечего и говорить, что такое предположение не имеет ничего общего с марксизмом, ленинизмом. Под равенством марксизм понимает не уравниловку в области личных потребностей и быта, а уничтожение классов, т. с. а) равное освобождение всех трудящихся от эксплуатации после того, как капиталисты свергнуты и экспроприированы; б) равную отмену для всех частной собственности на средства производства после того, как они переданы в собственность всего общества; в) равную обязанность всех трудиться по своим способностям и равное право всех трудящихся получать за это по их труду (социалистическое общество); г) равную обязанность всех трудиться по своим способностям и равное право всех трудящихся получать за это по их потребностям (коммунистическое общество). При этом марксизм исходит из того, что вкусы и потребности людей не бывают и не могут быть одинаковыми и равными по качеству или по количеству ни в период социализма, ни в период коммунизма.
Вот вам марксистское понимание равенства.
Никакого другого равенства марксизм не признавал и не признает.
Делать отсюда вывод, что социализм требует уравниловки, уравнения, нивелировки потребностей членов общества, нивелировки их вкусов и личного быта, что по плану марксистов все должны ходить в одинаковых костюмах и есть одни и те же блюда, в одном и том же количестве, — значит, говорить пошлости и клеветать на марксизм.
Пора усвоить, что марксизм является врагом уравниловки. Еще в "Манифесте Коммунистической партии" бичевали Маркс и Энгельс примитивный утопический социализм, называя его реакционным за его проповедь "всеобщего аскетизма и грубой уравнительности". Энгельс в своем "Анти-Дюринге" посвятил целую главу бичующей критике "радикального уравнительного социализма", выдвинутого Дюрингом, как противовес против марксистского социализма.
"Реальное содержание пролетарского требования равенства, — говорил Энгельс, — сводится к требованию уничтожения классов. Всякое требование равенства, идущее дальше этого, неизбежно приводит к нелепости".
То же самое говорит Ленин: "Энгельс был тысячу раз прав, когда писал: понятие равенства помимо уничтожения классов есть глупейший и вздорный предрассудок. Буржуазные профессора за понятие равенства пытались нас изобличить в том, будто мы хотим одного человека сделать равным другим. В этой бессмыслице, которую они сами придумали, они пытались обвинить социалистов. Но они не знали по своему невежеству, что социалисты — и именно основатели современного научного социализма Маркс и Энгельс — говорили: равенство есть пустая фраза, если под равенством не понимать уничтожения классов. Классы мы хотим уничтожить, в этом отношении мы стоим за равенство. Но претендовать на то, что мы сделаем всех людей равными друг другу, это пустейшая фраза и глупая выдумка интеллигента". (Речь Ленина "Об обмане народа лозунгами свободы и равенства", т. XXIV, стр. 293-294.)
Кажется, ясно.
Буржуазные писатели охотно изображают марксистский социализм, как старую царскую казарму, где всё подчинено "принципу" уравниловки. Но марксисты не могут быть ответственными за невежество и тупость буржуазных писателей.
Не может быть сомнения, что эта путаница во взглядах у отдельных членов партии насчет марксистского социализма и увлечение уравниловскими тенденциями сельскохозяйственных коммун похожи, как две капли воды, на мелкобуржуазные взгляды наших левацких головотяпов, у которых идеализация сельскохозяйственных коммун доходила одно время до того, что они пытались насадить коммуны даже на заводах и фабриках, где квалифицированные и неквалифицированные рабочие, работая каждый по своей профессии, должны были отдавать зарплату в общий котел и делить ее потом поровну. Известно, какой вред причинили нашей промышленности эти уравниловско-мальчишеские упражнения "левых" головотяпов.
Как видите, остатки идеологии разбитых антипартийных групп имеют довольно большую живучесть.
Понятно, что, если бы эти левацкие взгляды восторжествовали в партии, партия перестала бы быть марксистской, а колхозное движение было бы вконец дезорганизовано.
Или, например, возьмем вопрос о лозунге "Сделать всех колхозников зажиточными". Этот лозунг касается не только колхозников. Он еще больше касается рабочих, так как мы хотим сделать всех рабочих зажиточными, — людьми, ведущими зажиточную и вполне культурную жизнь.
Казалось бы, дело ясное. Незачем было свергать капитализм в октябре 1917 года и строить социализм на протяжении ряда лет, если не добьемся того, чтобы люди жили у нас в довольстве. Социализм означает не нищету и лишения, а уничтожение нищеты и лишений, организацию зажиточной и культурной жизни для всех членов общества.
А между тем этот ясный и, по сути дела, элементарный лозунг вызвал целый ряд недоумений, путаницу и неразбериху среди одной части членов партии. Не есть ли, говорят они, этот лозунг возвращение к старому, отвергнутому партией лозунгу "обогащайтесь"? Ежели все станут зажиточными, продолжают они, и беднота перестанет существовать, на кого же нам, большевикам, опираться в своей работе, как же мы будем работать без бедноты?
Может быть, это и смешно, но существование таких наивных и антиленинских взглядов среди части членов партии является несомненным фактом, с которым нельзя не считаться.
Эти люди, очевидно, не понимают, что между лозунгом "обогащайтесь" и лозунгом "сделать всех колхозников зажиточными" лежит целая пропасть. Во-первых, обогащаться могут только отдельные лица или группы, тогда как лозунг о зажиточной жизни касается не отдельных лиц или групп, а всех колхозников. Во-вторых, обогащаются отдельные лица или группы для того, чтобы подчинить себе остальных людей и эксплуатировать их, тогда как лозунг о зажиточной жизни всех колхозников при наличии обобществления средств производства в колхозах исключает всякую возможность эксплуатации одних другими. В-третьих, лозунг "обогащайтесь" был дан в период начальной стадии НЭПа, когда капитализм частично восстанавливался, когда кулаки были в силе, в стране преобладало единоличное крестьянское хозяйство, а колхозное хозяйство находилось в зачаточном состоянии, тогда как лозунг "сделать всех колхозников зажиточными" дан в последней стадии НЭПа, когда капиталистические элементы в промышленности уничтожены, кулаки в деревне разгромлены, индивидуальное крестьянское хозяйство оттеснено на задний план, а колхозы превращены в господствующую форму сельского хозяйства. Я уже не говорю о том, что лозунг "сделать всех колхозников зажиточными" дан не изолированно, а в неразрывной связи с лозунгом "сделать колхозы большевистскими".
Не ясно ли, что лозунг "обогащайтесь" означал, по сути дела, призыв — восстановить капитализм, тогда как лозунг "сделать всех колхозников зажиточными" означает призыв — добить последние остатки капитализма путем усиления экономической мощи колхозов и превращения всех колхозников в зажиточных тружеников?
Не ясно ли, что между этими лозунгами нет и не может быть ничего общего?
Что касается того, что без существования бедноты немыслимы будто бы ни большевистская работа, ни социализм, то это такая глупость, о которой неловко даже говорить. Ленинцы опираются на бедноту, когда есть капиталистические элементы и есть беднота, которую эксплуатируют капиталисты. Но когда капиталистические элементы разгромлены, а беднота освобождена от эксплуатации, задача ленинцев состоит не в том, чтобы закрепить и сохранить бедность и бедноту, предпосылки существования которых уже уничтожены, а в том, чтобы уничтожить бедность и поднять бедноту до зажиточной жизни. Было бы глупо думать, что социализм может быть построен на базе нищеты и лишений, на базе сокращения личных потребностей и снижения уровня жизни людей до уровня жизни бедноты, которая к тому же сама не хочет больше оставаться беднотой и прет вверх к зажиточной жизни. Кому нужен такой, с позволения сказать, социализм? Это был бы не социализм, а карикатура на социализм. Социализм может быть построен лишь на базе бурного роста производительных сил общества, на базе обилия продуктов и товаров, на базе зажиточной жизни трудящихся, на базе бурного роста культурности. Ибо социализм, марксистский социализм, означает не сокращение личных потребностей, а всемерное их расширение и расцвет, не ограничение или отказ от удовлетворения этих потребностей, а всестороннее и полное удовлетворение всех потребностей культурно развитых трудящихся людей.
Не может быть сомнения, что эта путаница во взглядах у отдельных членов партии насчет бедноты и зажиточности есть отражение взглядов наших левацких головотяпов, идеализирующих бедноту, как извечную опору большевизма при всех и всяких условиях, и рассматривающих колхозы, как арену ожесточенной классовой борьбы.

Державная  Державная икона

Как видите, и здесь, в этом вопросе, остатки идеологии разбитых антипартийных групп всё ещё не теряют своей живучести.

Константин Пчельников: Европа живет по инерции. Они обречены...

Газета Завтра. 03.07.2006

Чаша   Евразийская чаша

Андрей ФЕФЕЛОВ. Наш разговор не обещает быть стройным и последовательным. Но очевидно, что фундаментальные проблемы бытия можно рассматривать в любом порядке. Неважно, что послужит отправной точкой... Америка, Океания, Европа или участок городского ландшафта за вашим окном.

Константин ПЧЕЛЬНИКОВ. Погодные фронты среднерусской равнины, как правило, проходят через Москву. Их активное сопряжение происходит в районе Москвы практически круглый год. С северо-запада и юго-запада движутся области высокого давления, а с северо-востока, востока и юго-востока области низкого давления (там нет лесов, там больше прогревается земля, и воздух поднимается вверх). Когда насыщенные и более прохладные западные циклоны врываются сюда, на границе соприкосновения фронтов образуется линия дождей.
Каждое место Земли имеет свои энергетические параметры. Существуют такие места, например, как Бермудский треугольник. Москва - это тоже своего рода Бермудский треугольник, только не в том гибельном качестве, а быть может, это Бермудский треугольник с противоположным знаком.
Если взглянуть на Россию сверху, то можно увидеть, что как раз по зыбкому перекрестью линии погодных фронтов от Москвы радиально тянутся натянутые струны наземных коммуникаций. Такова инфраструктура России - центрическая система пешеходных троп времен неолита. Но все это - суть только проекция могучих подземных георазломов, где в пустотах образуются сквозняки магнитных потоков. Их формирующий центр находится где-то в районе Москвы.

А.Ф. Если мы посмотрим на Россию сверху, то мы не различим лиц, персоналий... Подлецы и герои, гении и бездари, лентяи и энтузиасты - все сольются в одно огромное, теплое серое море, имя которому Народ.

К.П. О любом народе нельзя говорить, не обозначив, хотя бы в общих чертах, его место в глобальном пространстве Земли.
Характеристики человека, человеческих популяций определяются природно-климатическими свойствами того или иного места планеты и особенностями материкового строения...
Пять континентов, кроме Евро-Азиатского - все сточные. Зафиксируем этот факт, который уже отличает этот кусок суши от всего остального мира.
Когда-то гигантский евроазиатский материк спокойно плавал на магме. Но в поздние геологические времена он под собственной тяжестью прогнулся в виде огромной Чаши. Он сломался в широтном направлении. Треснул. Из недр хлынула магма. Так возникла новейшая величайшая цепь гор и хребтов от Пиренеев дo Сахалина (Пиренеи, Балканы, Карпаты, Кавказ, Гиндукуш, Тянь-Шань, Саяны, Гималаи, Тибет, хребты Яблоневый и Становой)... Так возникла эта безрудная горная масса.
Северная кромка нашего континента несколько вздыбилась, обозначив верхний контур ВЕЛИКОЙ ЧАШИ.
Язык Индостана согнулся вниз. Прогнулся Ближний Восток. Персидский залив, Красное море - все это следы работы тектонических сил разлома и дробления праматерика. На его восточной и западной оконечностях Китай и Европа сползли в Океан. А здесь, в этой Евразийской ЧАШЕ, создались совершенно особые условия формирования этносов...
Евразийский континент имеет семь субконтинентов. Если двигаться против часовой стрелки, то можно выстроить следующий ряд: Скандинавия, Европа, Аравия, Индостан, Юго-Восточная Азия, Индокитай, Камчатка плюс Японские острова. Получается сарафан с центром на Среднерусской равнине.
Только здесь мы имеем географические параметры единственного на Земле места, где могли проходить первичные великие переселения народов. Все остальное - дорога в тупики. Юг Африки, Огненная земля, Океания, Скандинавия - это мировые тупики расселения.
Из дельты Волги, где 50000 лет тому назад сформировалась цивилизация пахарей. Через 30000 в результате процессов этнообразования на периферии появились "осколки" этносов. Великие переселения народов происходили в основном в широтном направлении, а "осколки" скатывались в устья северных рек и в ущелья горной гряды. В многочисленных ущельях северных отрогов Больших гор эти народы расположились, как на нарах. Туда прятались "осколки" этносов, которые в силу психологических, физиологических причин не выдерживали гигантских переходов. Они оставшись в меньшинстве, по законам генетики уже не могли воспроизводить свой генофонд. Они теплились 1000 лет на старых запасах генофонда. Увы, осколочные этносы, несмотря на все их своеобразие, - обречены. У них есть один путь выживания - смешиваться. Здоровый инстинкт малых этносов - смешаться с большим народом. Можно заметить, что если численность какой-либо популяции достигает миллиона, этот народ спокойно идет на смешение. Если их меньше, они консолидируются, пытаясь сохранить свои этнические признаки. Инстинкт сохранения своего вида, в силу тотемных установок, у них выше, чем инстинкт выживания. Так привычки губят народ. Здесь налицо неспособность пластически переходить на новые позиции (в новое состояние).
Когда славяне, активно растекаясь по русской равнине, двинулись на Восток, переваривая последние очаги кочевых народов, инстинкт гнал их занять пространство. Чаша должна была быть наполнена. Интеллектуальный и этнический потенциал для ее заполнения был только у восточных славян. Славяне, знавшие и Европу, и Восток, шли по пустынным пространствам и докатились до Берингова и Татарского проливов. Баранов дошел так до Самоа. Русские выхлеснулись аж в Океанию и Калифорнию.
Восточные славяне огибали народы, растекались как вода. У русского народа - свои особенности. Текучесть, предрасположенность к мирному смешению - все это дает колоссальные предпосылки для появления пассионарной элиты, суперэтноса. На 1/6 - протяженные коммуникации, сложные природно-климатические условия, низкий коэффициент плодородия. Здесь процесс этнического смешения задержался по сравнению с Европой на 500-700 лет. Только, когда человек достиг такого уровня скотоводства, что была освоена лошадь, только тогда здесь активизировались миграционные процессы, зародилась "тусовка народов", заработал, по выражению Льва Гумилева, этнический реактор - необходимая предпосылка для формирования суперэтноса.

А.Ф. Итак, шестая часть Земли предоставила плацдарм для этой запоздалой супертусовки. Возникла фабрика народов?

К.П. На нашей 1/6 суши процессы смешения усилились после татарского нашествия. К концу существования Российской империи обмен этноматериала на 1/6 не обеспечивался, и к началу XX века миграционные процессы внутри империи совершенно затормозились. Возможно, в этом надо искать фундаментальную причину прихода к власти большевиков (под лозунгами космополитизма, интернационала, равенства народов... и т.д.)
К концу 70-х годов нынешнего века процесс смешения снова затормозился. Сегодня мы - свидетели активизации процесса очередной тусовки народов. Частота внутренних передвижений граждан необычайно велика. Грузовики, зафрахтованные в Курске, везут через дырявые границы полтавскую картошку в Москву.
Белгородский грузовичок работает как каботажное судно. Москва наводнена кавказцами. Недавно опубликовали статистику: 1 миллион 200 тысяч азербайджанцев живут в России, это притом, что их всего 4 миллиона 500 тысяч. Приблизительно, делим их общее число пополам. Получается 2 миллиона 200 тысяч женщин, столько же мужчин. 1 миллион в Петербурге, Москве и прочих регионах средней полосы. Значит, в Азербайджане остался 1 миллион мужчин. А под ружье можно поставить примерно 10% населения. Самые активные, умные, от 18 до 45 лет, мужики, настоящие самцы, сбежали в Россию. Они сейчас все здесь и возвращаться к себе не собираются. А там остались и воюют доходяги, которых прикладом загоняют в окоп. У них голова кружится от одного звука выстрела - чертики в глазах. Они не стреляют - просто на курок нажимают... Воюют там все те же славяне. Славяне в первую голову борются за то, чтобы на "одной шестой" восстановился необходимый всем порядок, чтобы здесь "националистические хамства не водились", шутка ли подумать, по данным 1979 года, 70% браков в СССР - смешанные.
Этнические потоки, как горные реки, стекают с краев Чаши. Сегодня представители осколочных этносов срываются в море основного, потом инстинкт и привычка гонит их обратно. Они карабкаются обратно вверх, срываются, снова стекают вниз. Сейчас этноматериал "пылесосно" втягивается с периферийной, "буферной" зоны Чаши Русского пространства в ее внутренние континентальные области. В сегодняшней России перемещение народов больше, чем было оно в старой империи, больше даже, чем при советской власти. Что означает цифра 30 миллионов беженцев-славян? Можно, конечно, и ахать, и бесполезные слезы лить. Но это сама жизнь. Продолжаются запоздалые миграционные процессы. В этническом реакторе не хватает топлива...
Славянский этнический тип по численности во много раз превышает свое этноокружение, и при смешении с последним только обогащает свой генофонд, усваивая, как правило, сильные физиологические стороны иных. Механизм смешения народов прекрасно описан антропологом Кживицким. Увы, малые этносы при контакте с этносами большой критической массы "размываются" генетически и тихо исчезают... Но иногда и с шумом... Они генетически обобраны. Им неоткуда восстанавливать свой генофонд. Что же касается русских... Цифра - 150 миллионов - дает право говорить о запасе прочности. Пружинистость, пластичность, способность к самовосстановлению - вот свойства тех, кто организовывает все жизненные процессы в России. Русский этнос в стадии становления. В стадии формирования. Это молодой этнос. За ним будущее. Он еще не сказал свое слово.
1/6 - это не субтропики, где возникли ранние цивилизации, от которых осталась одна китайская, а все остальные погибли. В разных исторических обстоятельствах погорели как солома. Китай - единственная цивилизация безусловной древности, сохранившаяся до наших дней. По Кжевицкому, Китай представляет собой центростремительную этномассу. Если бы он был центробежный, он бы давно расползся на другие регионы. Этого они не сделали. Они не способны абсорбировать в себе другие этносы. Китай - был и будет там, где он есть сегодня. Китай - гигантский моноэтнос, он располагает гигантским запасом генофонда. Он еще долго может существовать сам по себе, но у него нет перспективы. Это факт. В силу особенностей этой тропической зоны они не способны были создать науку-физику. Не следует также забывать, что русские - второй, после Китая, моноэтнос на планете, но формирующий вокруг себя суперэтнос. Россия - мощный, центробежный этнореактор со всеми вытекающими отсюда последствиями.

А.Ф. А Европа?

К.П. Такого континента нет. Представления о Европе как об отдельном континенте противоречат геологической конструкции материка, его происхождению и логике его формирования. Европа - часть Азии. Европа - субконтинент Азиатского континента. Граф Толстой в преклонном возрасте, однажды взглянув на географическую карту, обнаружил: "Ба, да Европы-то нет! Это всего-навсего маленький полуостров!"
На всех своих оконечностях, в том числе и в Европе, Азия испещрена бухтами, срезами, обращениями к морю и т. д.. В Средиземном море климатические условия лучше. К тому же Европа - страна маленьких расстояний. Вся ее территория - в рамках пешеходной доступности. Разные племена ходили друг к другу в гости пешком. Генеральная тусовка в Европе достигла апогея во времена Римской империи. Тогда все перемешались, все перероднились, и вскоре закончилось топливо для этнореактора, не стало этноматериала для воспроизводства мутантов-пассионариев. Со временем кризис усугубился, не воспроизводился генофонд. Сегодня этнический реактор в Европе погашен. Сегодняшние европейцы - олигофрены. Сейчас Европа живет по инерции, на наработанном технологическом материале. Они обречены. Технологию там практически негде приложить, там нет предмета приложения интеллектуальных достижений.

А.Ф. Россия всегда брала от Европы все самое передовое. Киевская Русь, образно говоря, сняла сливки с Римской цивилизации. Ярослав Мудрый и московские князья использовали в своих целях опыт европейского средневекового общества. Петр I за считанные годы "хапнул" все новейшие социальные и технические достижения. И сегодня идет процесс, так сказать, похищения Европы...

К.П. И ведь европейцы этого не замечают. Конечно, умные люди там это видят, видят и за голову хватаются. Им - труба.
У нас этнореактор - на полном ходу. Европа накопила интеллектуальный и технологический материал, который использовать будем мы. И я уже вижу, что на каком-то этапе, когда "одна шестая" достигнет своего апогея, а Европа уже окончательно истратит свой генофонд, она будет попросту колонизирована. Европа - это колония с интеллектуально-техническим потенциалом.
В 1941 году я перешел в восьмой класс. Мы пришли в школу первого сентября. Наш историк на первом уроке, обводя указкой яркое пятно на карте мира, говорил нам: "Мы победим, и этот красный цвет прольется далеко на Запад, вплоть до Лиссабона". По-видимому, суть конфликта Жукова и Сталина связана с тем, что Жуков предлагал радикально покончить с Европой. Жуков понимал, что Европы не должно быть. Не случайно сегодня все настойчивее в прессу вбрасывают информацию о событиях весны 1945 года, когда СССР и США стояли на грани открытого вооруженного конфликта. Фрагменты его, как говорят, таки состоялись где-то западнее Берлина.

А.Ф. Скрытый конфликт между Сталиным и Жуковым воспроизводит схему отношений Александра III и Скобелева. "Образчик русского космополитизма" Михаил Скобелев, предлагая двинуть войска на Индию, не нравился рядящемуся в национальные одежды царю. Полезное, необходимое противостояние стабильного националистически настроенного бюрократического центра и активной, космополитически, экспансионистски устремленной армии в каждую эпоху было представлено разными персоналиями.

К.П. Когда приморские и континентальные (всех мастей) варвары разграбили Римскую империю, Восточный Рим сохранил и в XII веке передал Руси в виде знаний, книг общественных и церковных институтов имперскую эстафету... При Петре и Екатерине к нам понаехали немцы, которые записались в историки и повторили новоевропейские байки о какой-то Византии, А ведь Византии на самом деле не было. Была именно Восточно-Римская империя.

А.Ф. Перед самым падением Восточного Рима, по мере того как турки приближались к Царьграду, византийская элита разделилась. Неоязычники, прихватив кое-какие древние рукописи, рванули на Запад, став у истоков западноевропейского ренессанса. Христиане (исихасты) бежали на Север, нa Русь. Мы унаследовали от ромеев и универсальный греческий алфавит, так называемую кириллицу.
История осознания Россией своей ключевой роли на Земле - это история интуитивных прозрений и метафизических предшествий. Наивная риторика о "римском преемстве" Ивана Грозного и большевистские идеи мировой революции разными словами говорили об одном и том же. Патриарх Никон в XVII веке строит под Москвой Новый Иерусалим, утверждая тем самым, что духовный центр мира находится не в Палестине, а здесь.

К.П. В 1952 году я закончил Ленинградскую Академию художеств. Получив диплом художника-архитектора, я принял предложение работать над проектированием Дворца культуры в Варшаве под началом академика архитектуры Руднева. У нас было принято в большие праздники назначать на ночь дежурного в помещении проектного бюро. Дежурный обычно сидел в кабинете у начальника. Так, в ноябрьскую ночь 1952 года я сидел в кресле академика Руднева. На столе лежал документ с грифом секретности, подписанный Сталиным и Георгадзе. Документ представлял собой закрытый проект переделки географических карт. На новых картах нулевой меридиан должен был проходить через Пулково! Гринвич уже ничего не значил.

А.Ф. Может быть, хорошо, что данный проект не был осуществлен. Хорошо, что это не случилось тогда, хотя это было правомерно сделать и тогда и сейчас. Мы рано или поздно подойдем к этому.

К.П. Думаю, что нулевой меридиан будет пролегать все же не через Пулково, а через Москву, через собор Василия Блаженного. Москва - естественный коммуникационный узел.
Радиальная система расширяется одновременно во всех направлениях. Ведь чтобы из Молдавии попасть в Туркмению, из Киргизстана в Белоруссию, из Грузии в Таджикистан, нужно проехать через Москву. "Хитрые пути" - неудобные и опасные морские коммуникации вокруг мыса Горн, через Суэцкий и Панамский каналы скоро "усохнут". Планетарный узел коммуникаций, трассированных еще во времена неолита, будет проходить через 1/6 (Россию/СССР). Здесь самый экономный, самый удобный центр. Коммуникации отсюда тянутся во все стороны света и наиболее рационально покрывают все жизненные точки пространства планеты. Нам с помощью этих коммуникаций придется организовывать гармоничную деятельность всего человечества.
Такой подход позволит обустроить коммуникационно весь мир. 1/6 - площадка для континентальных автомобильных и железнодорожных трасс, обеспеченных навигационным и техническим обслуживанием. Над ней будут проходить безопасные авиатрассы. Космические многофункциональные станции будут рационально покрывать гигантские площади от Сицилии до Камчатки.
С наступлением нового тысячелетия и одновременным выходом России из изоляции система мировых коммуникаций будет кардинально пересмотрена. Структурные же изменения в системе мировых коммуникаций приведут к смене миропорядка, к установлению новой планетарной гармонии. Сложные природно-климатические условия 1/6 при недавнем уровне технологического развития не позволяли организовать мировые коммуникации наилучшим образом. Приходилось пользоваться протяженными окольными путями. 1/6 не была задействована. Весь мир сегодня заинтересован в том, чтобы мировые транзитные пути проходили через 1/6. Вопрос номер один: КАК НАМ ОБУСТРОИТЬ КОММУНИКАЦИИ? Не только транспортные, но и информационные. Решение этой проблемы потребует колоссальных усилий и средств.
В освоении ресурсов земной коры 1/6 будут по своей специфике участвовать и Китай, и Индия, и Турция, и Европа. Иные говорят: мы не дадим никому ничего. Это чепуха! Другое дело - в какой форме давать. В сложнейших условиях будущего века мы подтянем сюда все силы. В этом процессе будут задействованы (им от этого никак не отделаться) Украина, Кавказ и Адриатика. Там будет зона физиологической реабилитации после периода работы в Сибири. Шамиль сдался царю Николаю I и из его рук получал жалованье. Уже при Александре II телохранители-горцы сопровождали его на коронацию. После была сформирована "Дикая дивизия". Ее боялись немцы и австрийцы в Первую Мировую. "Как миленькие" амнистированные дудаевские боевики будут работать на 1/6. Они отличные стрелки и наездники, будут охранять коммуникации от Лиссабона до Нью-Йорка через Берингов пролив. Пролив, через который (по Доксиадису) будет построен город-эстакада Берингград.

А.Ф. Важно разглядеть в сегодняшнем дне те глубокие, тянущиеся из вековой давности тенденции, которые активно станут раскрываться завтра. Наша попытка заглянуть в будущее демонстрирует, надеюсь, именно такой органический подход к истории. Не исключено, что наши рассуждения могут прийтись не по вкусу тем, для кого история представляется в виде гостиничного коридора с множеством дверей и табличек, так что можно ходить и выбирать: "монархия", "коммунизм" или демократия. Не понравится это и нашим либералам.

К.П. Если под либералами подразумевать западников (всех времен и народностей), то они выводятся (т.е. выводят себя) за рамки обсуждения темы, ибо они даже не подозревают, что 1/6 имеет свою ПРА-историю. Их видение мира - это аберрация сознания, или, точнее, - смещение вектора этнической ориентации.

А.Ф. И все же... Россия всеми своими силами рвется вперед. Теряя колеса и ездоков, через кочки, склизкие трясины, тугие сугробы - несется... Пусть впереди пока ничего не видно... Но это только пока. Это время суток такое поганое, темное... Это - нелетная погода конца тысячелетия.

К.П. Здесь, на 1/6, еще идут горячие процессы, однако перспектива уже просматривается. Высказанные идеи, по меньшей мере, могут дисциплинировать, призвать к самообладанию и выдержке - и тем самым способствовать сдерживанию негативных процессов.

А.Ф. Революционер Нечаев, когда сидел в Петропавловке, рассуждал о будущем России и Америки...

К.П. Об Америке особый разговор. Америка зависит от эфемерных морских коммуникаций. Наша Чаша контролируема, стабильна - находится в рамках планирования и регулирования. 1/6 - грандиозная арена исторических драм и мировая лаборатория. Здесь гигантский плацдарм для вхождения человечества в цивилизацию будущего. Здесь не тесная Европа и не плоская Америка. Здесь гигантские горы и величайшие реки создают сложный ландшафт. Здесь родина кочевников, евразийский Бродвей - главное русло миграционных процессов. Россия еще вернется в Америку, вернется не замочив ног. С этой целью будет построен самый удобный и короткий путь из Старого Света в Новый, дорога Москва-Нью-Йорк, прощупанная наперед и трассированная каменными и костяными наконечниками пятнадцатитысячелетней давности.

Андрей Фефелов. Последний. Он же первый. Памяти Константина Пчельникова

Ушел Пчельников — ярчайший представитель русской интеллектуальной элиты. Таких, увы, уже не сыскать. Феномен архитектора Константина Павловича Пчельникова восходит к сверхавангардному, футурологическому направлению, возникшему в недрах советского социума. Известный в России и на Западе как теоретик "архитектуры будущего", Пчельников являл из себя потрясающий тип вечного изобретателя, на ходу генерирующего новые архитектурные и социальные модели.
Творческое наследие Пчельникова велико и многогранно. Во многом не понятый современниками, Пчельников работал над концепциями грядущего, взятыми в глобальном, планетарном масштабе. Чего стоит его так называемая "кинетическая система расселения", получившая признание на Всемирной выставке в Осаке в 1972 году!
Демонстрируя точный и оригинальный тип мышления, Пчельников бесстрашно оперировал массивами информации, двигаясь от архитектуры и техники к антропологии и геополитике. Последние его революционные разработки в области архитектуры связаны с созданием мобильного жилого модуля на основе "стержневых полигональных структур".
Давний друг и автор газеты "Завтра", Пчельников чувствовал, понимал всю красоту и жуть человеческой цивилизации. Погиб он мгновенно, в результате транспортной катастрофы. Идеолог теории развития глобальных коммуникаций, раскинувшихся от Мадрида через Москву и Магадан до Нью-Йорка, умер в потоке ревущих автомобилей на одной из оживленных московских трасс.
Пчельников был по духу человеком ренессанса. Чуткий, художественно одаренный, он беззаветно, страстно верил в Россию. Верил в ее призвание и великое будущее. Вместе с ней из тьмы и плесени прорывался в сияющий завтрашний день.
Теперь вспоминается один давний стих Константина Павловича, ушедшего от нас на 77-м году жизни.
"Затухло мое кострище, пылавшее ярким факелом. Языки его пламени поднимались до неба, а искры золотым снопом летели в пространство, теряя земную весомость. Там, где-то очень далеко, в мирах иных, они перемешались со звездами".
Редакция "Завтра"

Шаг вперед всегда, неминуемо есть и возвращение. Возвращение, но не в "прошлое", которое представляет собой математическую абстракцию. Это возвращение к тем энергиям, смыслам и образам, благодаря которым стало возможным само движение.
Решившись почувствовать Пятую империю, я отыскал золотые нити, ведущие в ослепляющую белизну незаполненного грядущего. Потом, оглянувшись назад, натянул их, словно вожжи, остановив бешеную скачку всегда запаздывающих времен. И снова очутился в залитой электричеством крохотной мастерской Константина Пчельникова, что располагалась в квартале от речки Сетунь.
Уже пять лет нет его на этой земле. Нет никакой мастерской. Но я снова и снова возвращаюсь в мир, существующий для меня навсегда. За окном — живая лиственная тьма, на плите закипает высокий эмалированный чайник; а невысокий старик, отвернувшись от меня, медитирует над скромным, но, как всегда, магически вкусным ужином. Пока Пчельников, сжимая в своих больших ладонях белое полотенце, держится за край горячего чана с вареной картошкой, сливает кипяток; пока он энергичными жестами сервирует стол, бросая волчьи взгляды то на холодильник, где стынет водка, то на низкую лампу, в которой мечется комар, производящий чудовищные тени на потолке; пока не почата бутылка и не начался, не потек разговор, перерастающий в шумный спор, — я расскажу немного о моем гостеприимном учителе.
Пчельников произошел из русской семьи, живущей в Ташкенте. Начавший жизнь из середины двадцатых годов двадцатого века, он с молоком матери впитал дух динамики и фундаментализма мощно строившей себя советской страны. При этом я никогда бы не решился назвать его советским человеком. Был он не из "советских", не из "бывших", но из "грядущих"… В силу юного возраста не попав на фронты Второй мировой, после войны принялся жадно осваивать жизнь: работать и учиться. Поступил в Академию художеств в Ленинграде. В начале 50-х с блеском окончил ее, вышел с дипломом архитектора. Молодым специалистом попал в мастерскую Руднева. Строил знаменитую "высотку" в Варшаве. В 60-е, работая в Моспроекте, был одним из ярых адептов "нового конструктивизма", но в своих смелых разработках вышел за рамки вульгарной реальности Хрущева и Посохина. Ни один из его крупных проектов не был воплощен в жизнь, если не считать стадион в Джакарте или президентскую резиденцию в Гвинее. В середине 60-х Пчельников поразил архитектурное сообщество, создав проект автономного градообразующего ядра "Застава Ильича". Французский историк экспериментальной архитектуры Мишель Рагон называл Пчельникова одним из ярких теоретиков "городов будущего".
От собственно архитектуры он двинулся в сторону технологий и далее: к теории градостроительства и проблемам расселения в масштабе уже всей страны.
В конце 70-х он работает над так называемой Кинетической системой расселения, получившей признание на Всемирной выставке в Осаке 1970 года. Теория Пчельникова описывала основные тенденции развития транспортных и социальных коммуникаций в СССР. Раскрывала логику миграционных потоков, содержала анализ процессов исхода населения из русского центра в зоны индустриализации, предсказывала фрагментацию пространства, прогнозировала катаклизмы распавшейся на этно-корпоративные ядра советской цивилизации. То была теория дифференциации пространств, основанная на силовых линиях истории и этногенеза. По сути, проект реставрации утраченного русского пространственного порядка — теория "возобновления пространства", как говорил ее автор. Необходимость обуздания и гармонизации миграционных потоков на одной шестой части суши, социально-архитектурного компромисса между развитием и стабильностью, растеканием и стягиванием — была осознана Пчельниковым еще в далеком 1970 году.
Творчески заряженный и интеллектуально оснащенный, Пчельников не остановился на достигнутом. Проявилась типично русская черта: тяга к бесконечному, порой опасному, расширению взгляда на окружающий мир. Он занялся изучением структуры мировых коммуникаций, осмыслил "композицию континентов". Увидел планету как полигон пространственных превращений. Пространство, по Пчельникову, только на первый взгляд рутинно, однородно, глобально и взаимосвязанно. На самом деле оно очень сложно структурировано, антропоморфно и, в некоторых своих формах, сакрально. Пчельников говорил об этническом пространстве и этническом времени.
Он пришел к формуле Чаши русского пространства, что является не просто срединной землей, но центром планетарного мира, стройплощадкой для будущей жизни.
Его проект храма к 1000-летию Крещения Руси являл собой метафорическую модель русского пространства — комплекс из десяти храмов, символизирующих каждый век православия. Куполообразные и "луковичные" континуумы, толпящиеся вокруг одного — величайшего — таково "многоединство" русского мира.
В лихие 90-е, когда пространство империи начало "схлопываться", Пчельников проектирует "Артполис", в основе которого заложена идея Ковчега. Это замкнутый в себе дом-город, дом-монастырь, дом-лаборатория.
Параллельно он увлечен созданием универсального "жилого модуля на основе стержневых полигональных структур" — сверхдешевого, предназначенного для моментальной сборки-разборки, удобного индивидуального дома. В основе конструкции этого дома лежало некое таинственное открытие, пчельниковское ноу-хау.
Вообще, Константин Пчельников — это тип человека творящего. Он — генератор представлений, творец новых идей, которые напоминают эманации радия…
Ниже опубликованы фрагменты моей беседы с Пчельниковым, случившейся в 1994 году. Так получилось, что в газете "Завтра" эта беседа была напечатана с большим техническим браком. На последнем этапе верстки текст исказил некий компьютерный "глюк". Вместо некоторых абзацев обнаружились странные значки, закорючки и отточия. Увидев в газете этот бред, Пчельников шутливо заметил: "Мы же делали заявку на будущее, поэтому не всё из сказанного должно быть достоянием широкой общественности в настоящем…"
Теперь, как видно, это "будущее" наступило. Пчельниковские концепции и метафоры, несомненно, станут востребованы уже завтра.
Магизм его личности, абсолютная убежденность в предназначение нашей "одной шестой" поддерживали во многих надежду и веру. Его взгляд простирался за горизонт очевидного, и в самые кромешные и беспросветные времена он уже видел блеск зарождающегося утра.
Он, осколок "аэродинамического" СССР, был последним в своем роде. Но он же, Константин Пчельников, и первый из провозвестников Пятой империи.

Владимир Карпец. Битва за историю

Газета Завтра 9 мая 2013

Помимо генетики, еще одной "жертвой сталинизма" в науке принято считать кибернетику. 9 сентября 1985 г. в "Правде" был опубликован опус Евгения Евтушенко. Дескать, диктатор "видел во всей кибернетике/лишь мракобесье и мистику/и отнимал компьютеры/у будущих наших детей…" С этих "стихов", как и с "Белых одежд" Дудинцева ("о генетике"), начиналась перестройка… Что же было на самом деле?
Заметим, что Сталин по теме кибернетики не высказывался, не было никаких постановлений ЦК или "общесоюзных дискуссий". 4 мая 1950 г. в "Литературной газете" вышла статья Бориса Агапова "Марк III, калькулятор". Далее появились "Кибернетика — "наука" мракобесов" Михаила Ярошевского ("Литературная газета", 5 апреля 1952 г.) и "Кибернетика или тоска по механическим солдатам" К.Гладкова ("Техника — молодёжи", 1952, №8). Затем, уже после смерти Сталина, в журнале "Вопросы философии" (1953, № 5) за подписью "Материалист" выходит статья "Кому служит кибернетика", посвященная, главным образом, критике взглядов Норберта Винера, разрекламированного на Западе ("Доктор Винер сделал для познания человеческого мозга то, что Эйнштейн сделал для познания Вселенной", — писала, в частности, американская газета "N.-Y. World Telegramm"). Еще через год, в "Философском словаре" за 1954 год, было сказано: "Кибернетика (от др.-греч. слова, означающего рулевой, управляющий) — реакционная лженаука… форма современного механицизма". И опять — никаких "оргвыводов".
При этом за 1950-1954 гг. были завершены испытания и начата регулярная эксплуатация первой в континентальной Европе вычислительной машины МЭСМ, начата опытная эксплуатация ЭВМ М-1 и работы по проектированию машины M-2, завершена разработка и начата опытная эксплуатация БЭСМ-1, на тот момент — самой быстродействующей ЭВМ в Европе, начат серийный выпуск ЭВМ "Стрела" (продолжался до 1956 г), начата разработка ЭВМ "Урал-1"… Развивались и фундаментальные исследования. А.А. Ляпуновым был предложен операторный метод, позволивший создать теорию синтаксических структур программ. В 1953 году А.А. Ляпунов сформулировал постановку задачи автоматизации программирования. Она была успешно использована в первых отечественных трансляторах. Летом 1954 года появилась программирующая программа ПП-1 (отдел прикладной математики Института математики АН СССР), а в 1955 году — ее улучшенный вариант ПП-2
В СССР, как указывает А.Трубицын, МЭСМ была запущена в то время, когда в Европе была только одна ЭВМ, — английская ЭДСАК, запущенная на год раньше. Но процессор МЭСМ был намного мощнее за счет распараллеливания вычислительного процесса. Аналогичная ЭДСАК машина, ЦЭМ-1, была принята в эксплуатацию в Институте атомной энергии в 1953 году, но также превосходила ЭДСАК по ряду параметров. Разработанный лауреатом Сталинской премии С.А. Лебедевым принцип конвейерной обработки, когда потоки команд и операндов обрабатываются параллельно, применяется сейчас во всех ЭВМ.
Новая ЭВМ БЭСМ в 1956 году была лучшей в Европе и использовалась в Европейском центре ядерных исследований (ЦЕРН). В феврале 1964 г. сам Н.Винер дал интервью журналу "U.S. News & World Report". Вот что он говорил.
"Вопрос. Вы нашли во время вашей последней поездки в Россию, что Советы придают большое значение вычислительной машине?
Ответ. Я скажу вам, насколько большое. У них есть институт в Москве. У них есть институт в Киеве. У них есть институт в Ленинграде. У них есть институт в Ереване, в Армении, в Тбилиси, в Самарканде, в Ташкенте и Новосибирске. У них могут быть и другие.
Вопрос. Используют ли они эту область науки полностью, если сравнить с нами?
Ответ. Общее мнение — и оно идет от самых разных лиц — таково, что они отстают от нас в аппаратуре: не безнадежно, а немного. Они впереди нас в разработке теории автоматизации…"
Однако в 1967 году ЦК КПСС принял решение копировать американскую машину IBM-360 под названием Единая Система "Ряд". Именно тогда "у будущих наших детей" и были "отняты компьютеры" отечественного производства. Хотя во время космических полетов по программе "Союз—Аполлон" советские ученые, используя БЭСМ-6, получали обработанные результаты телеметрической информации за минуту — на полчаса раньше, чем их американские коллеги.
То есть, на деле "сталинская" кибернетика была не менее эффективна, чем "винеровская", которая с самого начала являлась подготовкой "информационного концлагеря". "В общем, кибернетика — это не разработка и производство ЭВМ… Это наука об управлении обществом, и не просто управление, а оценка общества, как большого бездумного механизма, реагирующего на внешние раздражители. С помощью таких раздражителей им можно управлять. Все это понимали и советские философы, включая и Сталина", — пишет М.С.Грачёв. Кстати, "сталинские" позиции разделял великий французский физик Луи де Бройль, индийские ученые Говендасвами и Чанди, и многие другие. Сегодня, на пороге создания "электронного ГУЛАГа", всеобщей чипизации и полной утраты в связи с ней какой-либо свободы человеческой личности, на фоне которой ГУЛАГ сталинский представляется "неуклюжей телегой", мы вынуждены признать, что все они были полностью правы. Речь шла на самом деле о том, что А.Г. Дугин называет сегодня "модернизацией без вестернизации".

Владимир Бондаренко. 50 писателей ХХ века

http://zavtra.ru/content/view/2008-01-2371/

Газета Завтра. 22 января 2008

Упорно подвожу итоги. Двадцатому веку, русской литературе, в конце концов, самому себе. Наверное, пора. Чем дальше мы уходим от ХХ века, тем больше понимаем, мы — его дети. Его величие — это и наше величие. Его драмы и трагедии — это и наши тоже. Всех из нас в той или иной мере коснулось это — у кого отцы поумирали сразу после войны от ран, у кого и в лагерях побывали. Почти все мы, через поколение, родом из деревень, хоть и родились и выросли в крупных городах. Вот и пишу поэтому по-прежнему о своем ХХ веке.
Мой трехтомник: "Серебряный век простонародья" — о фронтовой и деревенской прозе, о тихой лирике, "Дети 1937 года" — о славном и великом поколении, родившемся накануне войны, а только что вышедшее "Поколение одиночек" — о своём, может быть, поначалу и растерявшемся поколении детей победы 1945-55 годов, о последнем зрелом советском поколении, о тех, кому в годы перестройки уже было далеко за тридцать; по сути, это трёхтомник о русской литературе и её творцах второй половины ХХ века. Может быть, не все достойные писатели вошли в него, нельзя объять необъятное, но эти изъяны я уже буду править все оставшиеся годы.
И вот предлагаю читателю, на мой взгляд, лучшие 50 произведений русской литературы ХХ века. Сейчас перед вами лишь список этих книг и имена авторов. Далее последуют комментарии, по две-три страницы к каждой книге, короткое эссе о писателе, и такая маленькая книжка, листов на пять печатных, ляжет на прилавки магазинов. Думаю, этот список и эта книжка привлекут внимание не только школьников, студентов и преподавателей, но всех, кто любит литературу.
И вновь каждый из увидевших этот список найдёт в нём прорехи, не обнаружит кого-то из своих любимцев, но 50 есть 50, и у каждого из вас может возникнуть свой список лучших 50 книг. Впрочем, думаю, основа будет у всех одна и та же.
Кто-то может удивиться и даже оскорбиться появлению в одном списке, к примеру, Льва Толстого и Эдуарда Лимонова, Антона Чехова и Юрия Казакова, Андрея Платонова и Александра Проханова, Ивана Бунина и Григория Климова…
Кто-то смело отмахнётся от самой арифметичности подхода к литературе, мол, вечно Бондаренко то года рождения вспоминает, то свои десятки и пятидесятки выдаёт. Но, может быть, кому-то из простых читателей окажется полезным именно такой выбор — значит, я работал не зря.
Как всегда одни будут упрекать меня в излишней широте подхода, мол, зачем нам Битовы и Маканины, другие — упрекать за то, что я проигнорировал постмодернизм, не упомянул, к примеру, Бабеля (которого, по-моему, сейчас никто не упоминает и не печатает). Творите, друзья, предлагайте свои подходы. А я буду делать своё дело.
Но даже 50 лучших книг, во-первых, не говорят о том, что все они одного уровня, не может быть даже в России 50 Львов Толстых в одном веке, во-вторых, естественно, чем ближе к современности, тем больше спорных кандидатов, тем больше оппонентов. Время покажет, насколько прав я в своём списке. А пока желающие через форум газеты "Завтра" поправляйте, вносите свои изменения и добавления, пока не вышла книга, я с охотой и не скрывая фамилии моих умных помощников, воспользуюсь вашими советами.
Итак, вот мой личный список золотого фонда русской литературы — список 50 лучших произведений лучших писателей ХХ века, составленный литературным критиком Владимиром Бондаренко:
1. Лев ТОЛСТОЙ. Повесть "Хаджи Мурат", опубликованная великим писателем в 1902 году. Мы прежде времени вычеркнули Льва Толстого из писателей ХХ века, ведь именно в этом веке были опубликованы и вошли в жизнь читателя "Крейцерова соната", "После бала", "Фальшивый купон", "Отец Сергий" — самые спорные и страстные его произведения. Именно в ХХ веке Льва Толстого отлучили от церкви, признали зеркалом русской революции, именно в ХХ веке он ушёл из Ясной Поляны. Его идеи и сегодня носятся в воздухе. Не случайно, его как богохульника до сих пор чураются такие, как Владимир Крупин, например. Что уж говорить о прочеченской его повести "Хаджи Мурат", которую наш современник, писатель Александр Сегень, совсем недавно объявил антирусской. Я же, наоборот, считаю, что все традиционно русские имперские стремления выражены в этой ясной, чарующей классической повести. Это — главная повесть ХХ века.
2. Антон ЧЕХОВ. Пьеса "Вишневый сад", опубликованная в 1903 году. Если кто-то думает, что эта пьеса о давно минувших днях, о крахе нашего дворянского уклада, он ошибается. Эта пьеса о традиционном русском крахе, именно сейчас и застраиваются все "Вишневые сады" наших русских иллюзий новыми хозяевами жизни. Но и их ждёт крушение. Эта пьеса посильнее "В ожидании Годо" моего любимого ирландца Самуэля Беккета, она вбирает в себя и ожидание, и свершение, и крушение всех надежд. Но заставляет думать о будущем.
3. Иван БУНИН. Сборник рассказов "Тёмные аллеи", вышедший в суровом 1943 году, но посвященый отнюдь не войне, а чувственной любви. Это шедевр мировой новеллистики. Из "Тёмных аллей" пророс и Владимир Набоков, как бы он ни открещивался позднее от бунинского влияния.
4. Дмитрий МЕРЕЖКОВСКИЙ. Неоконченный роман "Маленькая Тереза". При всей своей незавершённости, а, может быть, в чём-то и благодаря ей, этот роман о католической монахине Терезе из Лизье, который он писал до самой смерти в 1941 году, являет нам ту святость, к которой стремился и сам писатель. Как известно, монахиня Тереза, при безусловном её католичестве, считается "заступницей и молитвенницей за землю Русскую".
5. Александр КУПРИН. Повесть "Поединок", опубликованная в 1905 году, после поражения в русско-японской войне, воспринималась многими как пацифистская и антивоенная проза. Прошли годы, и сегодня образ поручика Ромашова становится одним из лучших символов русского офицерства.
6. Максим ГОРЬКИЙ. "Жизнь Клима Самгина". На мой взгляд, этот эпический роман, который Горький писал до самой смерти в 1936 году, ничем не ниже ни "Войны и мира" Льва Толстого, ни "Тихого Дона" Михаила Шолохова. Он до сих пор недооценён. Поражает, что и в сталинские годы, публикуя свои большевистские соцреалистические статьи, в романе этом Максим Горький ни одной строкой не сделал уступки внешним политическим мотивам. Считаю, что пастернаковский "Доктор Живаго" весь пронизан мотивами самгинщины и лишь продолжает мощную русскую эпическую традицию.
7. Фёдор СОЛОГУБ. Роман "Мелкий бес". Есть немало писателей, вошедших в мировую литературу лишь одним произведением, взять хотя бы аббата Прево. Вот и Фёдор Сологуб, написавший достаточно много, остался навсегда в русской литературе благодаря своему роману "Мелкий бес" (1907) и его герою, учителю Передонову; тут заложен и будущий Кафка, и вся литература абсурда, и одновременно — вся бичующая социальная проза. Великий роман.
8. Андрей БЕЛЫЙ. Роман "Петербург", опять же явно недооценённый великий русский роман. И опять — явное преддверие Марселя Пруста и Джеймса Джойса. Ещё в школьные годы читая "Петербург", впервые задумался над трагичностью русской истории. В романе вся ширь русской беспредельной и часто разрушительной стихии, собранная в блестящие формы русского символизма. Вот настоящий русский национализм. Без примесей.
9. Василий РОЗАНОВ."Апокалипсис нашего времени". Вышел в Сергиевом Посаде в 1918 году. Хоть Розанова и называют философом, но все русские философы — писатели, и первый среди них — Василий Розанов. Это его сокровенная, трагичнейшая русская проза, навеянная мыслями о русской жизни и о русском характере. Кто ещё более беспощадно писал о наших пороках и наших бедах, как ни сами национальные русские писатели, и кто из них ни любил Россию до самого конца, до самого края, как Василий Розанов.
10. Евгений ЗАМЯТИН. Роман "Мы". Книга, открывшая еще в 1920 году тоталитарное будущее всего мира, от немецких вариантов и советской имперскости, до нынешнего американского или израильского глобализма. Потом были и "1984" Джорджа Оруэлла, и "Прекрасный новый мир" Олдоса Хаксли, братья Стругацкие, и далее, и далее. Читал роман ещё студентом, в Питере, и восхищался живостью слога, чёткостью образов, но более всего поразило предисловие… Владимира Бондаренко. Позже я познакомился с этим талантливейшим филологом и прозаиком в Монтеррее (США). Оказалось, он и не Владимир, и не Бондаренко, как и все эмигранты второй власовской волны. Но, тем не менее, мне хочется написать о Евгении Замятине, тем самым спутав все карты будущим исследователям, разбирайтесь, кто из нас кто…
11. Николай ОСТРОВСКИЙ. Роман "Как закалялась сталь". Закончили печатать в 1934 году. Его сейчас хотят забыть, не удастся. Большей предельной исповеди человека идеи в нашей литературе нет. Куда до неё роману "Что делать?" Николая Чернышевского. Тот роман — из головы, этот — из сердца. Образ Павки ещё много веков будет воспламенять сердца молодых романтиков и фанатиков. Великолепная книга. Прав Андрей Платонов: "Мы ещё не знаем всего, что скрыто в нашем человеческом существе, и Корчагин открыл нам тайну нашей силы". Не за большевизм, а за тайну русской силы и стараются нынче изъять роман из памяти молодого поколения.
12. Андрей ПЛАТОНОВ. "Чевенгур". Более большевистского и даже сталинистского писателя (кроме слабеющего телом Николая Островского) в нашей литературе не было и нет. Почему его невзлюбил Иосиф Сталин, для меня загадка. Может, потому, что Платонов в прозе был русским пророком? Его высоко ценили Александр Фадеев, Михаил Шолохов, все настоящие, великие советские писатели ХХ века. Поразительно, но ценят его и все диссиденты: от Иосифа Бродского до Александра Солженицына. Впрочем, обругали бы советские власти "Тихий Дон" — и он тоже стал бы настольной книгой всех диссидентов. "Чевенгур" — это утопия русского коммунизма образца 1928 года. Великий роман великого писателя.
13. Леонид ЛЕОНОВ. Роман "Вор", ранний вариант 1927 года. Роман о предназначении человека и о сложности выбора своего пути. Всегда этот выбор есть и будет. Всегда человек его будет искать. Значит, и роман "Вор" будет всегда.
14. Михаил ШОЛОХОВ. Роман "Тихий Дон". О великих произведениях всегда спорят, был ли Шекспир, был ли Лао Цзы, был ли Шолохов? Хорошая компания, вряд ли кто усомнится в написании какого-нибудь гранинского романа, или аксёновской повести. Великий роман, великие герои, великие споры. "Тихий Дон" и сделал равновеликими в русской литературе два наших славных века. Закончена эпопея весной 1940 года. Клим Самгин, Григорий Мелехов — эти мощные мировые образы родились в якобы бессловесное время. Эх, нам бы сейчас хоть малое подобие их, в наши-то бесцензурные дни…
15. Михаил БУЛГАКОВ. Роман "Мастер и Маргарита". Долго думал, какому роману отдать предпочтение: православному, близкому мне по всем идеям роману "Белая гвардия", в котором легко живётся, герои, образы, мечтания — всё родное, русское, или же явно еретическому роману "Мастер и Маргарита". Ведь роман-то был сожжён, и возрождён к жизни дьяволом. И перед нами версия дьявола. "За одну минуту покоя я посмертный отдам покой", — писала Анна Ахматова. Вот и отдал Михаил Булгаков свой посмертный покой. Может, и спасла его обладающая немалыми мистическими силами жена от излишних нападок, и роман сохранила. И роман-то впрямь, великолепный, яркий, фантасмагорический. Таких мало в мировой литературе, но и цена за это великолепие была отдана немалая. "Фауст" Гёте, "Мастер…" Булгакова — опасное дело. Но — великая литература, однако.
16. Александр ГРИН. Роман "Бегущая по волнам". Писатель и впрямь был не от мира сего, и герои его жили по иным, идеальным законам. Его идеализму не дано было осуществиться, впрочем, социализм тут не при чём, ещё более жестко к нему бы отнеслись в наше коммерческое время. От восторженности "Алых парусов" (1923) к неосуществимости "Бегущей по волнам" (1928) — вот его путь. Вроде бы у героев "Бегущей по волнам" сил и возможностей куда больше, чем у романтиков "Алых парусов", но никакие сверхвозможности одинокого героя не способны разорвать тяжкие узы общества. Остаётся уйти в мечту. Так и уходили романтики семидесятых годов, сделав Александра Грина символом своего времени.
17. Александр ФАДЕЕВ. Роман "Разгром". Это своего рода антитеза индивидуализму Александра Грина, написанная в те же годы (1927), впрочем, такая же романтическая, ибо во всех своих лучших книгах Фадеев — безусловный романтик. К тому же его романтические революционные герои были живыми героями, а сам роман — явный символ двадцатых годов — вобрал в себя непосредственные впечатления Фадеева, лишённые ходульности и штампа.
18. Борис ПАСТЕРНАК. Роман "Доктор Живаго". Позднейший лирико-эпический отклик (1957) на наши отечественные катастрофы ХХ века. Естественно, написан с учётом романов и Андрея Платонова, и Максима Горького, и Алексея Толстого. И всё же эпичность в романе перевешивает его поэтический подход к драгоценности бытия каждого человека. И всё же сохраняется связь и литературных традиций, и самой судьбы русской интеллигенции. Пожалуй, рвётся эта связь лишь сейчас.
19. Алексей ТОЛСТОЙ. Следуя развитию событий, хотелось бы назвать, со всеми оговорками его трилогию "Хождение по мукам", но по высоте замысла и по исполнению, конечно же, лучший роман третьего Толстого — "Пётр Первый", над которым он работал до самой смерти в 1945 году. Да и ближе самому писателю этот образ, роднее сам дух петровской истории. В этом романе писатель, может быть, впервые позволил себе оставаться самим собой, быть до предела искренним. Алексей Толстой, по мощи своего дарования пожалуй и мог бы стать самым значимым художником ХХ века, но помешало его сибаритство и излишняя услужливость сильным мира сего. Увы, эта услужливость с лихвой передалась и его наследнице — Татьяне Толстой.
20. Владимир НАБОКОВ. Роман "Дар". Конечно же, "Дар", а не заморская "Лолита", не его — Набокова — западнизированный облик. "Дар" — классический русский роман. Своим "Даром", вышедшим в 1938 году, завершающим серию его русских эмигрантских произведений, Набоков как бы оправдал само существование русской литературной эмиграции. Кто ещё рождён эмиграцией — Гайто Газданов и Поплавский, больше и назвать некого.
21. Вениамин КАВЕРИН. Роман "Два капитана". Конечно, по большому счёту, Каверин — средний писатель, тот же Валентин Катаев, Юрий Олеша или Алексей Толстой — гораздо талантливее. Но именно Вениамин Каверин написал культовое сталинское произведение, которое реально влияло на три поколения советских людей, в том числе и на наше. Не случайно и мюзикл возник уже в наши дни. Закончил роман Вениамин Каверин в 1944 году, уже под звуки победных маршей. Его романтика действия ещё сослужит хорошую службу русскому обществу, независимо от изменения в дальнейшем взглядов как на самого писателя, так и на время, в котором живём.
22. Виктор НЕКРАСОВ. Повесть "В окопах Сталинграда". С этой повести и началась настоящая фронтовая проза, был же вкус у Сталина, выделил и наградил своей премией сразу же после выхода книги в 1946 году. Одна из лучших книг о войне. Собственно, ничего более стоящего Виктор Некрасов и не написал. А в эмиграции вообще замолчал, так же, как и Анатолий Кузнецов. Не всем эмиграция по плечу, иным — хуже лагеря.
23. Александр ТВАРДОВСКИЙ. Книга про бойца — "Василий Тёркин". О поэзии я хотел написать отдельно, и напишу, но "Василий Тёркин" — это уже не только поэзия. Это великий эпос о русском воине. И одновременно весь срез русской жизни. Как "Евгений Онегин" у Пушкина. Твардовского, как редактора журнала, очень ценят наши демократы, но почему-то поэтом его не считают. А ведь после Пушкина такой вечный русский образ никто из поэтов не создавал.
24. Гайто ГАЗДАНОВ. Роман "Вечер у Клэр", вышел в 1930 году в Париже, первый и самый значимый роман русского осетина. Изящное сочетание лиризма, интимности и бурных событий русской истории.
25. Илья ИЛЬФ и Евгений ПЕТРОВ. Роман "Двенадцать стульев". Искренне не хотел вставлять роман в свой список, но куда от него деваться? Отрицать его влияние на читательские умы, его мировую популярность, отрицать отрицательное обаяние жулика и махинатора Остапа Бендера, значит лгать и самому себе и читателям. Как есть, так и есть.
26. Варлам ШАЛАМОВ. Книга "Колымские рассказы". На мой взгляд, Варлам Шаламов как писатель сильнее, чем Александр Солженицын, хотя и написал немного. Он и на самом деле писал о том, о чём и писать-то, может быть, нельзя, и, понимая это, сам же и успокаивал читателя: да, самое тяжёлое — но и это пережили, и живём дальше. Книга рассказов писалась с 1954 по 1982 годы, до самой его смерти, и вышла сначала в эмиграции, затем уже у нас.
27. Александр СОЛЖЕНИЦЫН. Не знаю, на чём остановиться. Повесть "Один день Ивана Денисовича" или рассказ "Матрёнин двор"? По сути, они об одном и том же: как выживает в самые лютые времена русский человек. И всё-таки остановлюсь на рассказе "Матрёнин двор". Не стоит село без праведника, и Россия не держится без таких.
28. Константин ВОРОБЬЁВ. Повесть "Это мы, Господи!.." написана была в 1946 году, отправлена в "Новый мир", но напечатана только после смерти автора в 1985 году. Вот уж, поистине, явление силы человеческого духа. Нет, русская проза на одной стилистической игре и приёмах существовать не может. По крайней мере, большая русская проза.
29. Владимир БОГОМОЛОВ. Роман "В августе сорок четвертого…" Предельно точный военный приключенческий роман о работе советской контрразведки. И что бы нынче ни писали и ни придумывали об авторе, какие бы истины ни открывались, роман уже не нуждается в прикрытии именем автора. Он давно стал классикой.
30. Виктор АСТАФЬЕВ. Роман "Прокляты и убиты" был опубликован в 1994 году. Тяжёлый роман, даже, я бы сказал, злой роман — злой к собственному народу. Но он стал вехой в литературе конца ХХ века.
31. Юрий БОНДАРЕВ. Роман "Горячий снег", выдвинувший писателя в несомненные лидеры "фронтовой прозы". Всё лучшее, написанное Бондаревым, написано о войне. Очевидно, так захватила война всю душу писателя, что и в поздних романах об отечественной интеллигенции "Берег", "Выбор" страницы о войне будто бы написаны другим писателем, исчезает многословие, излишняя философичность, герои оживают.
32. Евгений НОСОВ. Повесть "Усвятские шлемоносцы" как бы соединила навеки нашу фронтовую прозу с деревенской. Да и впрямь, войну всё-таки выиграли не штрафные батальоны и не безусые лейтенанты, а кондовый деревенский русский народ, сколько бы генералов и маршалов над ним не было. Нет народа — и выигрывать некому. Не стало шлемоносцев на Руси...
33. Василий ШУКШИН. Сказочная повесть "До третьих петухов", смешная и трагичная одновременно, из-за её смелых народных образов публикация затянулась аж до 1975 года (уже после смерти автора), да и сегодня её не любят упоминать даже иные шукшиноведы. Эта сказка всегда ко времени на Руси.
34. Василий БЕЛОВ. Конечно же, повесть "Привычное дело", ставшая классической сразу после публикации в журнале "Север" в 1967 году. Иван Африканович — один из вечных коренных типов русского народа. Пока живы такие, как он, жив и народ русский. Благодаря таким и выдерживали неимоверные трудности, да ещё и веселиться успевали.
35. Валентин РАСПУТИН. Повесть "Прощание с Матёрой" (1976). Это прощание со старой Русью, а может быть, и вообще с Россией, уходящей в прошлое. Когда я писал свою инсценировку, которая и сейчас, уже более 10 лет, идёт во МХАТе имени Горького, мы сплавлялись с Андреем Борисовым, режиссёром, по якутской реке Амга и размышляли о "Матёре". Мифический образ горящей и тонущей России. Великий роман. Но сумеют ли переселенцы построить новую Россию? Дай-то Бог!
36. Григорий КЛИМОВ. Роман "Князь мира сего" (1970). Может, это и не литература вовсе, а чистая мистика — тем более, что все продолжения вообще ошарашивают. Такое впечатление, что бездна, за то, что автор романа приоткрыл некие её тайны, далее заплутала его самого в себе вовсе. Чтобы серьёзный читатель ничему не поверил. Если бы после "Князя…" ничего и не было опубликовано, роман бы и сегодня мог всерьёз напугать читателя. Будем считать, что после этого романа ничего у Григория Климова и не выходило.
37. Михаил ПРИШВИН. Роман-сказка "Осударева дорога" о моём родном русском Севере, о русских сказках, о нашей природе и, между прочим, о строительстве Беломоро-Балтийского канала, о перековке нового человека. Впрочем, Михаил Пришвин всегда писал о чуде земного творения, в каких бы условиях это чудо ни взращивалось.
38. Владимир МАКСИМОВ. Роман "Семь дней творения", написанный в 1971 году, несомненно, лучшая книга писателя, его попытка осознать национальную и православную историю России через события бурного ХХ века.
39. Венедикт ЕРОФЕЕВ. Поэма в прозе "Москва—Петушки". Пожалуй, эти записки писателя-алкоголика-протестанта-бомжа-тусовщика характеризуют не только распад его личности, но и распад всего общества. Яростное предчувствие распада самой державы. И вновь, это единственное достойное произведение автора, увековечившее его. Эта поэма вызывает как общественный интерес, так и интерес к судьбе отдельного, падшего в данном случае, человека. Поэма была закончена в 1969 году.
40. Юрий КАЗАКОВ. Книга наблюдений и созерцаний "Северный дневник". Лучшая русская эссеистика ХХ века. И вновь о моём родном севере, о людях, о природе, о мужестве самой жизни. Писал её Юрий Казаков более десяти лет, закончил в 1972 году.
41. Юрий МАМЛЕЕВ. И всё-таки его самый завершённый роман "Шатуны", русский и даже советский сюрреалистический ужастик 1968 года, где писатель пробует размышлять над очень серьёзными проблемами жизни и смерти.
42. Александр ВАМПИЛОВ. Его абсолютно гениальная пьеса "Утиная охота", которую не понял ни Олег Ефремов, ни другие режиссёры. Потому что страшно принимать её всерьёз. Тогда ведь и о своей жизни задуматься надо, зачем ты живёшь? И надо же, вся эта горькая правда была сказана ещё в 1970 году. Зилов — это наш вечный и не лучший национальный тип времён очередного кризиса веры.
43. Андрей БИТОВ. Роман "Пушкинский дом". Пожалуй, вместе с прохановской "Надписью" и маканинским "Андеграундом…" эти три романа по-разному, с разных сторон осмысливают конец империи и конец века.
44. Александр ПРОХАНОВ. Роман "Надпись" — совсем не типичный, совсем не прохановский, совсем не фантасмагорический, и даже не милитаристический, и всё же лучший роман Проханова. Соловей Генштаба вдруг спел свою лучшую песню о себе и о своей эпохе. Но написан роман в 2006 году, значит, для лучших книг ХХ века не подходит. Значит, в ХХ веке всё же остаётся мой друг прежде всего автором блестящей новой военной прозы. "Чеченский блюз" — роман 1998 года, где стилистическая отделка, природный метафоризм, избыточный эстетизм соединяются с жёсткой правдой войны.
45. Владимир МАКАНИН. Роман "Андеграунд или Герой нашего времени", совсем не по Лермонтову, но и герои у нас нынче другие. Его Петрович — скорее, обобщённый итог всей маканинской прозы, это то, к чему пришли с разных сторон и Ключарёв, и Алимушкин — совсем разные герои его ранней прозы. Хотел бы назвать лучшей повесть "Предтеча", тем более, я её и помог опубликовать в "Севере" в 1982 году, она мне ближе и героем своим, народным лекарем, и темой, но всё же перевешивает "Андеграунд…", самый последний и самый значимый его роман 1998 года.
46. Анатолий КИМ. Роман "Отец-лес" написан в 1989 году. Это перетекающая восточная проза, где всё может пересекаться, преобразовываться, переходить одно в другое; и этот явный восток писателем перемещается в Рязанскую область, в глубинные русские леса и реки. Может быть, это и есть настоящий природный метафизический реализм, данный писателю свыше?
47. Владимир ЛИЧУТИН. Историческая трилогия "Раскол". Пожалуй, по-настоящему с русскими историческими сюжетами после Алексея Толстого справлялись разве что Дмитрий Балашов и Владимир Личутин. Но личутинский "Раскол" и по языку, и по характерам героев, и по глубине замысла всё же значимее прекрасных балашовских романов. Явно недооценённый роман, один из лучших в русской прозе ХХ века, куда там рядом Джону Фаулзу или Айрис Мердок. К тому же, он пронизан прозрачной северной мистикой. Это и факт, и миф, и легенда, и мистерия одновременно.
48. Эдуард ЛИМОНОВ. Повесть "У нас была Великая эпоха". Не разобравшись и не вчитавшись, лишь для открытия новых имён эмигрантов, повесть была опубликована либеральным журналом "Знамя" в начале перестройки в 1989 году, потом редакторы судорожно оправдывались, что недосмотрели. Редкой силы талант. Вот уж действительно, как писали не раз, ёрничая, Лимонов, вроде бы играя, показывает читателю истинное величие и героизм всей советской эпохи. Но если писатель и играет, то всерьёз, даже и с самой смертью.
49. Саша СОКОЛОВ. Роман "Школа для дураков" (1973). Ещё одна попытка найти свой путь в прозе. Владимир Набоков назвал роман лучшей современной русской книгой. Но это в представлении Набокова. Сюжеты перетекают как в музыке, но не теряются. Можно увлечься героем географом Норвеговым, можно увлечься и сюжетом, действие и на самом деле происходит в школе для дураков, а можно увлечься просто перетеканием слов и смыслов, фантазий и воспоминаний.
50. Юрий ПОЛЯКОВ. Роман "Козлёнок в молоке" вышел в 1995 году, с тех пор переиздавался не меньше пятидесяти раз. Читают. И есть за что, и есть о чём — есть над чем посмеяться и есть о чём задуматься. Вот за эту по-настоящему смешную сатиру на постмодернизм Юрия Полякова и не любят наши либералы. Посмел на святое замахнуться. Впрочем, писатель всю жизнь замахивается, как бы не по чину, то на армию, то на партию, то на перестройку, то на постмодернизм. Но пока прокураторы до писателя всерьёз добираются, от смеха при чтении все их пуговицы лопаются. Это и спасает.

Владимир Бондаренко. 50 писателей ХХ века. Альтернативный список

http://zavtra.ru/content/view/2008-03-1271/

Газета Завтра. 11 марта 2008

Не скрою, был поражен количеством откликов на мой список 50 лучших писателей ХХ века. Свыше ста откликов по Интернету, письма из разных уголков страны, Андрей Василевский дал ссылку в своем "Живом журнале", поместили еще на других сайтах, и там отклики. Дело не в моей персоне, как пишет в Интернете Клейст: "Не автор удивителен своим списком — в конце концов, его список, кого хочет, того и ставит — но удивительны читатели…"
Газета "Завтра" всё-таки чисто политическая газета, о литературе почти не пишет, это не "Литературка", и всё же читатели "Завтра" по-прежнему читают художественные книги. И спорят о книгах. Значит, поставь литературу на видное место в обществе, и вновь получим "самую читающую страну". Я уверен, нашу литературоцентричность ликвидирует осознанно наша политическая элита. Читающие люди мало ли до чего додумаются, лучше уж пусть пьют свою "Путинку", или что похуже. Итак, альтернативный список , предложенный читателями:
1. Владимир Короленко. "История моего современника" (1905-1910). Эту свою автобиографическую книгу автор писал долго. Известный критик Д.Овсянико-Куликовский сравнивал её с "Детством" и "Отрочеством" Л.Толстого, с герценовскими размышлениями "Былое и думы". Конечно, более известны, да и художественно значимы его "Дети подземелья" и "Слепой музыкант", но это уже век девятнадцатый. Нашумели его "Письма к Луначарскому" (1922), осуждающие насилие революции и гражданской войны, но это уже чистая гражданская публицистика.
2. Леонид Андреев. "Рассказ о семи повешенных" (1908). Николай Кузин пишет, что он бы выбрал рассказ "Жизнь Василия Фивейского" (1903) "об исканиях человеческого духа". Мне кажется более значимым, и, кстати, пробелом в моем первом списке именно рассказ о смерти и смертной казни, как о трагическом опыте всего человечества. Покушение на одного царского чиновника повлекло за собой смертную казнь сразу пятерых. Так растет поток насилия.
3. Алексей Ремизов. Как пишет Николай Кузин: "Его повесть "Крестовые сёстры" — психологическое повествование о судьбе маленького человека — извечная тема русской литературы." Но я бы всё-таки, выбрал "Взвихренную Русь" (1927), о революции , как мировом пожаре, где гибнет всё старое и нарождается нечто новое. Сразу и плач, и восторг одновременно. У нас и сейчас "Взвихренная Русь", и опять гибнет всё старое, и что-то там народится новое? Где же новые Ремизовы? Один Проханов с "Пятой империей".
4. Иван Шмелёв. "Лето Господне" (начат в 1927 году, закончен в 1944). Владимир Барахнин пишет: "Думаю, только по недоразумению в список не попал Иван Шмелёв с "Лето Господне". Достаточно напомнить, что Шмелёв номинировался вместе с Буниным (и Мережковским) на Нобелевскую премию." Согласен с ним и Кузин: "Без этого писателя невозможно себе представить список лучших книг ХХ века". Добавлю, да и вообще всей русской литературы. Весь пласт русской народной жизни, живая народная речь. Впрочем, меня потрясло и его "Солнце мертвых", посвященное гибели в Крыму его сына Сергея.
5. Борис Шергин. "Шиш московский"(1930). За отсутствие нашего северного земляка меня критиковал Владимир Личутин. Каюсь, и выбираю из всех его чудесных сказов "скоморошью эпопею о проказах над богатыми и сильными". Народная сатира, беспощадная и озорная, грубоватая и сочная. Самая знаменитая книга поморского моего земляка.
6. Владимир Арсеньев. "Дерсу Узала" (1916, опубл. в 1923). Казалось бы, географические описания путешественника, путевая хроника, описание встречи с охотником-гольдом Дерсу Узала, скромно изданные во Владивостоке в 1923 году, давно уже стали фактом мировой культуры. А русский офицер — одним из самых сокровенных природных писателей. Михаил Пришвин считал Дерсу Узала духовным двойником автора, талант самого Арсеньева — реликтовым. Не случайно всемирно известный японский режиссер Акиро Куросава снял в семидесятых годах фильм "Дерсу Узала", оценив способность Владимира Арсеньева "глубоко проникать в человеческие души".
7. Петр Краснов. Роман-эпопея " От Двуглавого орла к красному знамени" (1922). Не знаю, что было бы, если бы смерть настигла казачьего атамана где-нибудь в начале тридцатых годов. Допускаю, что, подобно Куприну и Бунину, его бы стали печатать еще при Сталине. Особенно утопию "За чертополохом". О печальном превращении русского державника и монархиста, самого популярного русского беллетриста в эмиграции в прислужника Гитлера и борца за независимую от русских Казакию я писал отдельно в "Завтра". Но литература тем и сильна, что она живет "поверх барьеров". "Поверх барьеров" ценил Петр Краснов своего земляка Михаила Шолохова. Их постоянно сравнивали в эмиграции. Кстати, удивляюсь, как еще генерала Краснова не причислили к мнимым авторам "Тихого Дона". Уж поталантливее Федора Крюкова будет. Георгий Адамович писал: "Характер его писаний — шолоховский. Притом талант у него отрицать нельзя…" Иван Бунин: "Не ожидал, что он так способен, так много знает, и так занятен". Александр Куприн: "В военных сценах он проявляет себя настоящим художником" . Над романом-эпопеей он работал более 20 лет. Конец империи и начало революции, особенно хорош первый том.
8. Исаак Бабель. "Конармия" (Первый вариант вышел в 1926 году, потом дополнялся, всего 37 новелл). Как пишет в Интернете некто "фроим": "Я так таки и не понял: а шо с Бабелем?". Это прямо как в старом анекдоте. Противника "Конармии" Семена Буденного спрашивают: "Как вы относитесь к Бабелю?". Тот, поглаживая усы, отвечает: "Смотря какая бабель". Я и сам бы спросил у "фроима", а шо вы таки позабыли своего Бабеля? Его краснознаменность не нравится? Конечно, лучшее, написанное Исааком Бабелем, воспевает большевизм и революцию. Увы, сегодня это не модно у либералов, вот и скинули со своего борта современности. Русским патриотам, как маршалу Буденному, тоже поднимать не с руки. И всё-таки одна из лучших книг о гражданской войне, жесткость коллизий и изощренность стиля. Пафос и ирония — одновременно. Ироничный романтик.
9. Борис Пильняк. "Голый год" (1921). Первый роман о революции. Сегодня прочно забыт всеми. Он соединил в себе стилевые интонации Алексея Ремизова и Андрея Белого с поэтизацией чекистских "кожаных курток". За что и поплатился. И тогда, когда началась чистка чекистов, и сейчас, когда их деяния стараются забыть. Один из самых популярных писателей двадцатых годов.
10. Михаил Зощенко. "Рассказы …господина Синебрюхова" (1922). В этом сборнике рассказов умещался уже весь Зощенко, его стилистика, его образ мещанина, старающегося вжиться и победить советскую реальность своим приспособлением. Кстати, точно также приспосабливались наши партаппаратчики к режиму Ельцина, наши либералы ныне приспосабливаются к Путину и Медведеву. Зощенко писал желчно, беспощадно, "смех сквозь слезы", презирал духовную нищету своих героев. Как он ни пытался, ему не хватало собственного безмятежного приспособленчества под условия жизни, коим обладали Ильф и Петров. Потому и был в опале.
11. Юрий Олеша. "Зависть" (1927). Писатель бунтовал против самого себя. Воспевал героя Гражданской войны, колбасника Андрея Бабичева, строящего новый пищевой комбинат, и всячески принижал Николая Кавалерова, то есть самого себя, тонкого поэта и писателя. Кавалерову оказалось нечего делать со своими метафорами и чувствами в новом обществе, в новом строительстве. Вот Юрий Олеша и замолчал, уйдя в пьянство. По сути, он оказался со всем своим мощным талантом лишь автором сказки "Три толстяка" и романа "Зависть". "Ни дня без строчки" — это уже какой-то постмодернизм, скрытый юмор или скрытый вызов. Писатель, молчащий 30 лет, пишет книгу "Ни дня без строчки". Как большой писатель, Олеша не состоялся, но роман "Зависть" и сегодня может вызвать зависть у пишущей братии. Да и сюжет повторяется, опять колбасники в деле, а поэту Кавалерову тошно и противно. Вся их художественность — это нищета, но как трудно таланту стать новыми Минаевым или Робски? Пора писать новую "Зависть".
12. Константин Вагинов. "Труды и дни Свистонова" (1929). Я полюбил прозу Вагинова еще студентом, в Ленинграде, искал в букинистических магазинах его книжки, вышедшие в "ИПЛ" — издательстве писателей в Ленинграде. Это был наш русский сюрреалист, растворяющий реальность в античности, в древнем прошлом. Он изумительно коллекционирует частности питерской жизни, не желая видеть новое целое, уходя в свою внутреннюю жизнь. При этом — написано сюжетно и завлекательно. Сын жандармского полковника и дочери крупных золотопромышленников, Вагинов, думаю, и в той царской жизни жил бы вне своей среды, а в новой с его биографией ему и впрямь оставалось коллекционировать изумительные детали. Константину Вагинову крупно повезло, он умер от туберкулеза в 1934 году в своей постели. В газетах писали о смерти тончайшего и изысканного мастера. Его в русской литературе даже сравнивать не с кем. Уникальный писатель.
13. Константин Паустовский. "Судьба Шарля Лонсевиля" (1933). Большой мастер, советский романтик. Читать его всегда интересно, но нет одной какой-то великой книги. Нет какого-то увлекательного сюжета. Он чересчур литературен для живых характеров и образов. В его прозе интереснее подробности и отсутствует главная идея. Но писал он много, и хорошо печатался. И потому я выбрал из многочисленных его повестей наиболее близкую мне по северному сюжету "Судьба Шарля Лонсевиля". В Петрозаводске на кладбище он нашел заброшенную могилу французского инженера Шарля Лонсевиля. В эпоху петровских реформ тот строил здесь Петровский завод. Здесь и остался навсегда. В повести всё романтично, особенно в годы её написания. Французский инженер в глухой северной русской провинции.
14. Всеволод Вишневский."Оптимистическая трагедия" (1933). Одна из лучших пьес советского времени. Матрос и комиссар, любовь и революция. "Кто еще хочет комиссарского тела?" При этом сам автор — дворянин, фронтовик, кавалер трех Георгиевских крестов. В противовес Бабелю, напуганному войной и ничего не увидевшему, Вишневский пишет свою пьесу "Первая Конная". И всё-таки, лишь оценив важность образ героя, в противовес массовым сценам, он создал подлинный шедевр — "Оптимистическую трагедию", написанную явно с учетом античной драматургии.
15. Альфред Хейдок. "Звезды Маньчжурии" (Харбин, 1934). Сборник рассказов. Мне этот сборник в своё время рекомендовал прочесть во время нашей беседы в Ленинграде Святослав Рерих. Позже я и сам познакомился с мощным древним бородачом, приезжавшим в Москву на юбилей Рериха из Алтая. Его мистические рассказы, бывшего белого офицера, служившего у барона Унгерна, дружившего с Николаем Рерихом в его харбинский период, меня покорили. Я написал о них в газете "Советская Россия", в ответ на меня был донос в ЦК КПСС за пропаганду белогвардейской романтики. Помогло мне то, что автор был еще жив, и к тому времени жил не в эмиграции, как считал доносчик, доктор наук Леонид Резников, и уже не в лагерях, а в Казахстане, и печатался в местных газетах. К сожалению, его поздняя проза, которую он присылал щедро мне, уже живя в Казахстане, была намного слабее. Хейдок, латыш по происхождению, храбрый офицер, переживший немало удивительных приключений, оказался автором одной книги. Но и это немало.
16. Александр Беляев. "Человек-амфибия" (1927). Я осознанно не думал трогать фантастику. Но немало читателей возмутилось таким пренебрежением. Впрочем, уже и Альфред Хейдок — некий сверхрелизм, мистическая фантастика. Значит, продолжим. Тем более, мне "Чиж" пишет по Интернету: "Беляевский "Человек-амфибия" половину этих книг (из первого списка. — В.Б.) переживет. И "Трудно быть Богом"…" Тем более, и сам с детства Александра Беляева люблю, считаю его одним из лучших мировых фантастов.
17. Иван Ефремов. "Лезвие бритвы" (1963). Это уже не столько фантаст, сколько философ. Не хуже Станислава Лема. Да еще и "Артем" на меня давит: "Иван Ефремов с его "Туманностью Андромеды" или "Часом Быка" почему-то отсутствует, хотя это куда более великая литература, чем две трети из перечисленного". Категоричны нынче читатели, каждый готов половину чужого списка перечеркнуть. Но я всё же у Ивана Ефремова ценю прежде всего "Лезвие бритвы". И сюжет увлекательный, и концепция мира цельная, и размышления о красоте.
18. Братья Стругацкие. Раз требует читатель, куда же без них. Но, считаю наиболее достойной для списка "Улитку на склоне" (1966 и 1968 г.г., вместе в 1988). Читал её ещё в 1966 году в журнале "Байкал". Мы и сейчас в таком же Лесу живем, и Управление ничем не лучше. Антиутопия как раз для нашего времени.
19. Даниил Андреев."Роза мира" (1950-е годы). Раз уж мы дали место мистике и фантастике, завершим эту тему философской мистерией Даниила Андреева, начатой им еще в лагере в 1947 году и законченной после освобождения. Его мистическая картина мира — это некое откровение, объединяющее элементы всех мировых культур и религий.
20. Аркадий Гайдар. "Тимур и его команда" (1940). Не думал я писать и о детской литературе, но настойчивый читатель, который всегда прав, заставил меня назвать хотя бы несколько главных детских книг из трех эпох ХХ века. Конечно, при всей сложности собственной биографии писателя, а тем более — его разрушительных потомков, книга "Тимур и его команда" — детская классика ХХ века. Писатель, удивительно чувствующий и ритм, и композицию, и завершенность сюжета. Герой, который был вызван временем — предвоенным. Впрочем, не слабее и "Судьба барабанщика". Но всё-таки "Тимур и его команда" — знаковая книга, которая еще не раз будет востребована.
21. Николай Носов. "Приключения Незнайки" (1954). Всё тот же Владимир Барахнин пишет: "Наконец, "Незнайка" Н.Носова — наиболее выдающийся (и, увы, чуть ли не единственный) пример русской (именно русской) и одновременно советской сказки для детей…" Барахнин прав вот в чём: большинство других сказочных героев — и Чиполлино, и Буратино, и даже Мурзилка — пришли к нам из других стран, пусть и в обрусевшем виде. Незнайка — даже по этимологии слова придуман у нас и для наших ребятишек.
22. Эдуард Успенский. "Крокодил Гена и его друзья" (1966). Докончу список наших национальных сказочных героев Чебурашкой. Тоже не заимствован из зарубежья. Да и по всем своим корням, пусть кто-то и удивится, Эдуард Успенский — стопроцентно природный русский писатель, любит кто его или нет. Знаю абсолютно точно. Сюда же можно пустить в кампанию и кота Матроскина и дядю Федора. Выдумки у Эдуарда Успенского хватит на всех.
23. Леонид Бородин. "Год чуда и печали". Закончу список детских книг моей любимой книгой у Леонида Бородина — нежной лирической, истинно сибирской, с какими-то даже восточными элементами, повестью-сказкой "Год чуда и печали". Я уже не раз сравнивал её с "Маленьким принцем" Антуана Де Сент-Экзюпери. Сравнение выдерживает. Известности не хватает, фильм бы снять хороший по сказке. Иллюстрированных изданий побольше. А то, как вышла в свое время в эмигрантском "Посеве", так и издается всё среди серьезных книг. Как некое приложение к его же "Третьей правде". А надо издавать для детей. Дети её точно полюбят.
24. Вячеслав Шишков. "Угрюм-река" (1933). Возвращаюсь в предвоенное время. Роман о русском капитализме. Жизнь целого рода сибирских предпринимателей Громовых, которая завершается крахом, гибелью всего рода. Может быть, сейчас проявятся новые Громовы? Не только ворующие, но и созидающие. Эту книгу надо навязывать всем русским предпринимателям, особенно сибирякам. А также книги Мамина-Сибиряка, Новикова-Прибоя, Сергеева-Ценского…
25. Сергей Сергеев-Ценский. "Севастопольская страда" (1940). Прекрасная историческая эпопея. Я с детства был увлечен событиями Крымской войны, моими кумирами были адмиралы Нахимов, Корнилов, Истомин… Тогда же купил и перечитал "Севастопольскую страду". И почему не переиздается сейчас, в период всеобщего увлечения исторической прозой? Бездари боятся конкуренции.
26. Дмитрий Балашов. "Государи московские". Серия романов. (1975-2000). Дмитрия Балашова я знал лично очень хорошо еще с его петрозаводских времен. И романы все его люблю, начиная с первых — "Господин Великий Новгород" и "Марфа-посадница". Но трудно выделить какой-то один. Пожалуй, лучший исторический писатель ХХ века. Впрочем, пишет и Negoro "Удивлен. В списке нет Д.Балашова. А ведь ничего подобного не только в ХХ веке, но и во всей русской исторической прозе нет, как по замыслу, так и по исполнению"…
27. Валентин Пикуль. Конечно же, "Нечистая сила" (1979). Самый проблемный его роман о надвигающейся революции, о бессилии монархии.
28. Семен Бабаевский. "Кавалер Золотой Звезды" (1947). Вернемся в послевоенное время. Это был самый знаменитый и любимый читателями роман. Кстати, и сегодня он читается с интересом, мастерски написан.
29. Иван Стаднюк. "Война" (1971-1974-1980). Смелое соединение фронтовой окопной правды с так называемым стратегическим мышлением, с изображением руководства страны в годы войны. Его совершенно напрасно относят к так называемой "секретарской литературе". В чем-то Иван Фотиевич был посмелее многих диссидентов, и характер имел стойкий.
30. Константин Симонов. "Живые и мертвые".(1959-1971) Больше всего мне досталось от читателей, что не дал в первом списке Симонова. Любят его до сих пор многие. Что удивительно, и правые, и левые. За него и Бушин заступится всегда, и Борщаговский. Мастеровитый писатель. Удивляется "Александр": "Почему-то не упоминается даже косвенно один из самых талантливых и одаренных писателей ХХ века — Константин Симонов. А это писатель, я считаю, самый талантливый из тех, кто творил в 40-х—50-х годах. Уверен, что творчество Симонова переживет 80% этого списка. А его роман "Живые и мертвые" это и есть "Война и мир" о середине ХХ века". Добавляет NN: "Александр. Согласен с Вами насчет "Живых и мертвых", это действительно великое произведение и непременно должно стоять в списке". Вот и стоит. Но с "Войной и миром" я бы не стал сравнивать.
31. Валентин Катаев. "Уже написан Вертер" (1979). Вот уж кто умел писать для всех времен и для всех читателей. Для детей: "Белеет парус одинокий" или "Сын полка" — изумительные книги советского времени. Для взрослых — от "Растратчиков" до "Отче наш". И вдруг под старость написал лично своё, пронзительное по откровенности и искренности произведение "Уже написан Вертер". Либералы заворчали: "заантисемитничал Катаев", а он просто написал то, что ярко помнил, как в его Одессе еврейские комиссары расстреливали русское дворянство. Впрочем, для кого-то лучшее — это "Алмазный мой венец" или "Сухой Лиман".
32. Илья Эренбург. "Люди, годы, жизнь" (1961-1965) Хотя читатели требовали "Хулио Хуренито", я сам ценю эту остроумную парадоксальную книгу. Но для многих и многих книга воспоминаний "Люди, годы, жизнь" определила всё отношение и к жизни, и к эпохе, и к литературе. Либеральный интеллигент заставил всю интеллигенцию смотреть на первую половину ХХ века своими глазами.
33. Станислав Куняев. "Поэзия. Судьба. Россия" (1990-2000). Зато о второй половине ХХ века ярче всех написал уже поэт-почвенник, может быть, и в противовес Эренбургу. Книга о русской судьбе и русской литературе. Всё-таки есть особый дар мемуариста, воспоминаний — тысячи, а остались "Былое и думы", "Люди, годы, жизнь" и куняевский трехтомник.
34. Владимир Дудинцев. "Не хлебом единым" (1956). "Алексей СТ": "Почему нет в списке Дудинцева. Роман "Белые одежды" Очень хороший и со знанием дела написанный роман, перевернувший представление о социализме… По силе воздействия на умы можно поставить в один ряд с Шолоховым…" Афанасий: "У Дудинцева не "Белые одежды", а роман "Не хлебом единым" — сильная вещь, всколыхнувшая в своё время общественное сознание…" Скорее, соглашусь с Афанасьевым, крепкая социальная проза. Не более.
35. Юрий Трифонов. "Дом на Набережной" (1976). В сталинское время нашумел "Студентами", в эпоху застоя их же опроверг "Домом на Набережной". Городская социальная проза. А сейчас будто исчез, никому не нужный.
36. Василий Аксенов. "Остров Крым" (1970). Читатель требует "Звездных мальчиков" и "Коллег", но они безнадежно устарели. Хотя, признаю, в юности все зачитывались ими. Поздняя его проза просто бездарна. Остается или "Ожог", или "Остров Крым". Последний хотя бы занятнее. Некий сохранившийся без красных русский остров Тайвань. Впрочем, такой и был — русский Харбин, где царское время как бы продолжалось до конца 30-х годов. Но кончилось чисто по-аксеновски. Кто не уехал на остров Тубабао, тот переехал в Сибирь.
37. Фазиль Искандер. "Сандро из Чегема" (1973). Плутовской роман про абхазскую деревню. Пишет "Дмитрий": "Странный вы, однако, коли не приметили "Сандро из Чегема", да и Бушин понужнее Пастернака…" Странные, однако, у нас читатели, одновременно требуют ультралиберала Искандера и сталиниста Бушина. Или как пишет из Светлого Яра Владимир Бескровный: "Ты прогнулся под еврейское лобби. Эх ты…" И тут же в своем списке просит добавить Лазаря Карелина, Светлану Алексиевич, Виктора Конецкого и других крутых либералов. Ради таких запутавшихся писателей и нужны списки, подобные моему.
38. Виктор Розов. "Вечно живые" (1956). Это его первая пьеса, написанная по свежим фронтовым впечатлениям. Позже, уже основательно переделанная, вышла в 1956 году. С постановки драмы "Вечно живые" начался театр "Современник". На основе пьесы "Вечно живые" кинорежиссер М.Калатозов поставил фильм "Летят журавли". Честный русский реализм.
39. Георгий Владимов. "Три минуты молчания" (1969). Вообще-то, проза мужественных мужчин, ему бы лауреатом стать, а загнали в диссиденты. Но от русского реализма он и в Германии не отказывался. Борьба за человека, изуродованного жизнью. Об этом и "Верный Руслан".
40. Александр Зиновьев. "Зияющие высоты" (1976). Это салтыковская сатира советских времен. Но его социологическая концепция человека важнее, чем сатира. Блестящий социолог ХХ века. От сталинизма до катастройки.
41. Олег Куваев. "Территория" (1974). "Самый в хорошем смысле советский роман это "Территория"…" — пишет "Вольга"… Величайший имперский роман о строительстве и долге. "Где же "Территория" Куваева?" — спрашивает читатель. Вот и я спрашиваю, где нынче наша имперская Территория, и кто её строит?
42. Михаил Алексеев."Драчуны" (1981). Владимир Барахнин пишет: "Михаил Алексеев, "Драчуны" — первое в советской литературе произведение о голоде 30-х годов. Достаточно вспомнить общественный резонанс, вызванный статьей Лобанова "Освобождение" об этой книге, и разгромное постановление ЦК. Громили, правда, Лобанова, Алексеева тронуть побоялись, ему просто не дали Ленинскую премию".
43. Фёдор Абрамов."Пряслины" (1972). Николай Кузин пишет: "Книга, которую нельзя изъять из русской литературы". Самый острый социальный деревенщик.
44. Виктор Лихоносов. "Наш маленький Париж". Большая творческая удача. Первый в послевоенное время роман о кубанском казачестве. Николай Кузин: "Без Лихоносова невозможно представить современную русскую литературу".
45. Анатолий Иванов. "Вечный зов" (1976). Владимир Барахнин пишет: "Конечно, не А.Н.Толстой, но "Вечный зов" не слабее Каверина, да и острота проблематики для 70-х была весьма смелой. Это настоящая, а не "секретарская" литература, сравните уровень популярности "Вечного зова" и, скажем, "Строговых" Г.М.Маркова…"
46. Пётр Проскурин. "Судьба" (1972). Попытка советского эпоса, на примере судьбы Захара Дерюгина, "мужицкого Прометея". О Проскурине мне писали многие наши старики. Но будут ли читать его молодые?
47. Сергей Довлатов. "Чемодан" (1986). Вариант эмигрантского Зощенко. Беспощаден и по отношению к себе, и ко всему эмигрантскому окружению. Читается всегда с интересом.
48. Виктор Пелевин. "Чапаев и Пустота" (1996) Пишет "going out" : "В обшем, нормальный список. Не без вкусовщины, естественно… Но вот Пелевина он зря забыл. Ранние рассказы и "Чапаев…" — пожалуй, лучшее в последней трети ХХ века". Добавляет "tanulla": "…И Пелевина, да, это он зря…". А "Вольга" добавляет: "В самое логово врага нанес удар Виктор Пелевин…"
49. Юрий Козлов. "Колодец пророков" (1998). По мнению Льва Данилкина — это тот же Пелевин, но патриотического разлива. Интеллектуальный увлекательный триллер, где философствуют все герои. Главенствует тема России.
50. Дмитрий Галковский. "Бесконечный тупик" (1997). Если уж мы начинаем Василием Розановым, продолжаем Даниилом Андреевым и Александром Зиновьевым, то и заканчивать надо философским литературным трудом Галковского. Как пишет Евгений Конюшенко из Кемерово: "Эта книга (Галковского. — В.Б.) — настоящий сгусток интеллектуальной и эмоциональной энергии. Заслуга Галковского в том, что он восстановил традицию русского национального философствования, искусственно оборванную в ХХ веке…"

Владимир Бондаренко. 50 поэтов ХХ века

http://zavtra.ru/content/view/2009-07-2971/

Газета Завтра. 29 июля 2009

Думаю, любой другой критик, любого направления и любого возраста, затеявший нечто подобное, на добрых две трети повторит те же самые имена.
Даже абсолютных гениев в России ХХ века — и то предостаточно. От Блока и Есенина, Маяковского и Цветаевой до Бродского и Кузнецова. Кстати, сразу же укажу на так называемый "заговор элитарной интеллигенции", навязавшей всему миру так называемую знаменитую "четверку": Борис Пастернак, Марина Цветаева, Анна Ахматова и Осип Мандельштам… Несомненно, это замечательные русские поэты ХХ века и они, конечно же, есть в моем списке. Но так же несомненно, что как минимум, не менее талантливы, а, по моему мнению, и превосходят нашу "четверку" по поэтическому дарованию, по величию замысла и по масштабности его исполнения Александр Блок и Владимир Маяковский, Велимир Хлебников и Николай Заболоцкий, Николай Клюев и Сергей Есенин, Даниил Хармс и Павел Васильев… Таких "четверок" можно было в русской поэзии подобрать с десяток — что же мы по чьему-то злому умыслу крутимся лишь вокруг одной из них?
Впрочем, точно так же во второй половине ХХ века наши либеральные литературоведы и критики навязали всему миру еще одну "четверку": Андрея Вознесенского, Булата Окуджаву, Евгения Евтушенко и Беллу Ахмадулину, естественно, не замечая ни Николая Рубцова, ни Юрия Кузнецова, ни Татьяну Глушкову, ни Глеба Горбовского. Просчитались лишь в одном, за что получили сполна: не заметили будущего нобелевского лауреата Иосифа Бродского. Вот и остались у разбитого корыта. Тем более, Иосиф Бродский сделал всё, чтобы уже в своем нобелевском статусе указать всему литературному миру на фальшивую либеральность и хлестаковщину, поэтическую мелкотравчатость Евтушенко и Вознесенского…
Я осознанно обошел своё поколение и более молодых, представив лишь Лёню Губанова, хотя мог бы назвать и Юрия Кублановского, и Николая Дмитриева, и Ольгу Седакову (читайте мою книгу "Поколение одиночек"). Думаю, всё впереди.
Итак, читатель, я предлагаю вашему вниманию 50 ведущих, наиболее талантливых русских поэтов ХХ века. Жду ваших замечаний и советов на форуме "Завтра".
1.КОНСТАНТИН СЛУЧЕВСКИЙ.
Это, несомненно, оригинальнейший поэт предыдущего девятнадцатого столетия, дворянин, гвардеец, камергер, дебютировавший еще в некрасовском "Современнике" в 1860 году. Он как бы опередил свое время, став предтечей русских символистов, может быть, поэтому ему судьбой было дано переползти в ХХ век. В начале ХХ века сближается с Бальмонтом и Брюсовым, которые охотно начинают печатать стареющего поэта диссонансов в своих изданиях символистов. Последние циклы стихов вышли в 1903 году в "Русском вестнике". Скончался в Петербурге в 1904 году. Случевский соединил две эпохи, золотой и серебряный век.
2. К.Р.
Увы, по придворному статусу великий князь не имел права баловаться литературой. Поэтому великий князь Константин Константинович Романов остановился лишь на инициалах, публикуя свои сборники стихов без лишней выдумки "Стихотворения К.Р.", "Новые стихотворения К.Р." Его стихи полюбились самым лучшим русским композиторам, в том числе Петру Ильичу Чайковскому, положившему его стихи на музыку. Незадолго до смерти (а умер великий князь в 1915 году) выпустил мистерию на евангельский сюжет "Царь Иудейский".
3. ИННОКЕНТИЙ АННЕНСКИЙ.
Пожалуй, первый выдающийся поэт уже века ХХ-го. Его первый сборник стихов "Тихие песни" вышел в 1904 году. Второй, посмертный — "Кипарисовый ларец" — в 1910-м. Его стихи оказали огромнейшее влияние на всю русскую поэзию ХХ века. Он смело соединил психологию романа с высокой лирикой, за что и был назван философом Георгием Федотовым "Чеховым в стихах".
4. АЛЕКСАНДР БЛОК.
На мой взгляд, самый великий русский поэт ХХ века. Его поэтическая вершина — как Александр Пушкин в девятнадцатом веке. О чем бы он ни писал: "Стихи о Прекрасной даме", программные для раннего символизма, героико-романтический цикл "На поле Куликовом", полный предчувствия новых мятежных дней, анализировал ли народную мифологию в "Поэзии заговоров и заклинаний", знаменитые "Скифы" и "Двенадцать", — он, как и Пушкин, определял своими стихами не только поэзию, но и историю России. Тайное высшее назначение поэзии никогда не покидало его.
5. АНДРЕЙ БЕЛЫЙ.
Самый дерзкий среди символистов, глубокий мистик, очень тонко чувствующий слово, во всех его проявлениях. Выросший в почтенной профессорской среде, сам он был близок к "мистическому анархизму". Андрей Белый всю жизнь разрывался между эпико-романтической психологической прозой и фантазийной космогонической поэзией. Его поэзия, впрочем, как и проза, всегда музыкальны.
6. КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ.
Начинал как поэт-народник. После знакомства с Валерием Брюсовым примкнул к символистам. Жизнь воспринимал, как мечту. "В дымке нежно-золотой", или "…в золотистом тумане". Его ритмической выразительности стиха поражались многие. Как писал сам Бальмонт: "Имею спокойную убежденность, что до меня, в целом, не умели писать в России звучных стихов".
7. ВАЛЕРИЙ БРЮСОВ.
Явный идеолог русского символизма. Так и назвал первые свои три сборника "Русские символисты" (1894-1895). Считал своей задачей "выразить тонкие , едва уловимые настроения…". Долгое время считался вождем новой поэтической школы. Прославился своим для того времени вызывающим стихотворением "О, закрой свои бледные ноги…"
8. ВЯЧЕСЛАВ ИВАНОВ.
Даже без своей поэзии остался в истории литературы знаменитой "башней Иванова", где собирались все известные поэты, художники, философы. Представитель так называемого религиозного символизма, знаток античности. Не случайно с 1924 года переехал в Рим, где и жил до конца дней своих. Считал, что "высшая реальность течёт через символ".
9. НИКОЛАЙ ГУМИЛЁВ.
Один из моих самых любимых поэтов. Ставлю его творчество выше всей знаменитой четверки, в том числе и выше творчества его первой жены Анны Ахматовой. Если Александр Блок — это Пушкин ХХ века, то Николай Гумилёв, думаю, сопоставим с Михаилом Лермонтовым. Романтик, герой, человек чести. Я люблю и его ранние "Романтические цветы", его "Путь конквистадоров", его "Капитанов", "Огненный столп", "Колчан". Восхищаюсь совершенством его поздней, зрелой поэзии. По сути, был основателем акмеизма, основным его представителем. В нем всегда жили страсть к приключениям, отвага и высокое чувство чести. Он успел достичь своих поэтических вершин в стихах последних лет. Таких, как "Шестое чувство", "Заблудившийся трамвай", "Мои читатели".
10. АННА АХМАТОВА.
Прошла путь от раннего увлечения символизмом, затем вошла вместе с мужем Николаем Гумилёвым в группу акмеистов, далее уже шла своей дорогой, придя к лирической эпике, к трагичности и народности в высшем смысле этого слова. "Я была тогда с моим народом, / Там, где мой народ, к несчастью, был…" Голос Анны Ахматовой становится мужественным и в годы репрессий "Реквием", и в годы войны "Мужество", "Клятва".
11. МАРИНА ЦВЕТАЕВА.
Гениальнейшая поэтесса России. Соединение античности и авангарда, всемирности и русскости. Соединение трагического романтизма с народной сказовостью и фольклоризмом. Как Марина Цветаева писала: "…"народный элемент"? Я сама народ…" И была права более, чем многие другие поэты. Несомненным шедевром поэзии двадцатых годов стал её сборник стихов "Вёрсты". Воспевала белую армию в "Лебедином стане", и в то же время представляла Владимира Маяковского в 1928 году в Париже, к которому творчески была близка более, чем многие его соратники. Чувственный, предельно искренний лирик и при этом всегда гражданский поэт. Всю жизнь она искала предельную истину, с ней и ушла из жизни, навсегда оставшись в русской поэзии.
12. ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ.
Начинает как символист, близок Вячеславу Иванову, но вскоре, с образованием гумилевского кружка акмеистов, резко порвал с символистами. Николай Гумилев писал, что Мандельштам: "открыл двери в свою поэзию для всех явлений жизни, живущих во времени, а не только в вечности или мгновении". Он играет эпохами, соединяя их в своих стихах, сближая отдаленное, и все самое чужеродное начинает служить в его стихах времени. У него и русский язык становится высокой античностью.
13. БОРИС ПАСТЕРНАК.
Итогом предреволюционных лет для поэта стал сборник "Поверх барьеров. Стихи разных лет" (1929), для которого он переработал все свои лучшие ранние стихи, периода увлечения футуризмом. Ценил Блока, но преклонялся перед Маяковским. Его лучшие стихи как бы впитывали жизнь. С одной стороны, "Какое, милые, у нас / Тысячелетье на дворе?" С другой — до конца дней своих активно откликался на бытие своего грозного времени, писал историко-революционные поэмы, в "Высокой болезни" вспоминает о Ленине, да и сам нашумевший роман "Доктор Живаго" — один из ликов ХХ века. Впрочем на мой взгляд, "Стихи из романа" — гораздо сильнее самого романа.
14. НИКОЛАЙ КЛЮЕВ.
Мой великий олонецкий земляк. "Земли моей печальный гений…". В годы советской власти со своим плачем по русской деревне он казался лишним, сегодня он видится и на самом деле печальным пророком Руси. В поэме "Погорельщина" песнописец Николай свидетельствует всему миру о сожженной "человечьим сбродом" величайшей красоте "нерукотворной России". Это истинный апостол русской народной поэзии.
15. СЕРГЕЙ ЕСЕНИН.
Долгожданное чудо ХХ века в русской поэзии. Классическая любовная лирика Есенина столь же проникновенна, как лирика Данте и Гейне. Трагическая поэзия его последних лет дает зловещий красный отблеск всему столетию. Вот уж кто был равен своему народу и в его радостях, и в его несчастьях.
16. ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН.
Многие сочтут его лишним в таком списке. Но при всём желании это имя никак нельзя изъять из поэзии ХХ века. Северянин неповторим — так же, как неповторимы его "Ананасы в шампанском", "Я — гений, Игорь Северянин…" Я часто бываю на эстонской мызе Тойла, где поэт провел практически весь послереволюционный период своей жизни, и поражаюсь пропасти между двумя его жизнями: шумной, бурлескной, эстрадной, шампанской в дореволюционном Петербурге и спокойной, медитационной, одинокой в прелестном, но глухом эстонском местечке. Северянин уезжать не желал. И писал в своем домике хорошие русские, проникнутые любовью к России стихи.
17. ВЕЛИМИР ХЛЕБНИКОВ.
Самый русский из всех авангардистов в русской поэзии. Живущий как бы внутри русского языка, в праязыческом прошлом древней Руси. Знаток мифологии, славянской истории и фольклора. Слово и становилось смыслом его поэзии, завораживало всех любителей и ценителей русского языка. Блаженный пророк русской поэзии, утопист-мечтатель. От ранней зауми он идет к сотворению русского языка. Его языковые эксперименты влияли на поэзию Маяковского и Пастернака, Цветаевой и Заболоцкого.
18. ВЛАДИМИР МАЯКОВСКИЙ.
Глыбища русской поэзии ХХ века. Не влезающая ни в какой формат. Ни в советский, ни в антисоветский. Им восхищаются, но постоянно стараются где-то обрубить, кастрировать. Пожалуй, самый известный из русских поэтов во всем мире. Недавно я выступал в одной телепередаче, посвященной его творчеству, и поразился, в какие узкие рамки хотят сегодня загнать его поэзию. Отделить его "настоящую поэзию" от всего якобы наносного, в данном случае — советского. А он всегда был настоящим во всем, вот и закончил трагически, как настоящий поэт, не влезающий ни в какие рамки.
19. НИКОЛАЙ ЗАБОЛОЦКИЙ.
Я Николая Заболоцкого считаю самым недооцененным из русских гениев ХХ века. Ценю его поэзию выше поэзии знаменитой четверки. Начинал как обэриут, и даже написал самые важные манифесты ОБЭРИУ . Как любой поэтический гений, от Блока до Маяковского, от Есенина до Гумилёва, быстро перерос рамки ими же взращенных группировок символистов, футуристов, акмеистов, имажинистов и обэриутов. Задумал написать свод русских былин, подобно Лёнроту с его "Калевалой" , к сожалению, замысел не осуществился.
20. ДАНИИЛ ХАРМС.
Начинал вместе с Александром Введенским в группе заумников, затем стал одним из организаторов ОБЭРИУ (объединения единственно реального искусства), душой этого объединения. При жизни печатал в основном свои замечательные детские стихи. Погиб во время блокады Ленинграда в тюремной психиатрической больнице.
21. ПАВЕЛ ВАСИЛЬЕВ.
Поэт яркий, с огромной энергетикой стиха, стихийный, как сама Россия. Его поэзия, как казачья лава, неслась по степи. Он обретал популярность истинно народного поэта, продолжателя есенинской линии, но время уже шло в другую сторону. Погиб в лагере в 27 лет. Увы, но среди тех, кто назвал его хулиганом и чуть ли не фашистом, был Максим Горький. Мощная эмоциональная лиро-эпическая стихия "Песни о гибели казачьего войска" или "Соляного бунта" не укладывались в новое содержание эпохи. Как и почти все великие поэты России, Павел Васильев не допел свою песню до конца.
22. ГЕОРГИЙ ИВАНОВ.
Лирика его — одна из вершин поэзии ХХ века. Его "кусочек вечности". С одной стороны — крайний эмигрантский пессимизм — "жизнь бессмысленную прожил / На ветру и на юру…", с другой стороны предвидение того, что в будущем он "…вернется в Россию стихами". Безнадежно предан России, но где его Россия? "И лишь на Колыме и Соловках / Россия та, что будет жить в веках". Суровый памятник всей России ХХ века. Не случайно его считали черным демоном русской поэзии, который творил "…из пустоты ненужные шедевры". Это парижский распад русского атома.
23. АРСЕНИЙ НЕСМЕЛОВ.
На другом краю света, вдали и от России, и от Парижа, взошла яркая, но такая же, как у Георгия Иванова, трагическая звезда русской дальневосточной эмиграции — поэзия каппелевского офицера Арсения Несмелова. Жил в Харбине, там же выходили его лучшие книги стихов. Завершает жизнь поэтическим идеологом русского фашизма.
24. БОРИС ПОПЛАВСКИЙ.
"...Царства монпарнасского царевич", — по меткому выражению поэта Николая Оцупа, коробил многих какой-то дикой смесью самобытности и испорченности. Но, как утверждал Дмитрий Мережковский, одного таланта Поплавского хватило бы, чтобы оправдать всю литературную эмиграцию.
25. ЭДУАРД БАГРИЦКИЙ.
Помню, когда собирал поэзию русского авангарда, попались мне и первые одесские альманахи "Авто в облаках", "Серебряные трубы". Там нашёл совсем молодого футуристического Багрицкого. Но из Одессы в Москву приехал уже другой поэт, блестящий имитатор, романтик, птицелов. Жестокая, между прочим, профессия, сродни палачу. Птицелов сымитирует пение любой птицы, а потом заманит вольную птицу в клетку. Впрочем, Эдуард Багрицкий и не скрывает свой дар птицелова. "Как я, рожденный от иудея,/ Обрезанный на седьмые сутки,/ Стал птицеловом — я сам не знаю…". Птицелов знает и чувствует природу, знает и чувствует поэзию, знает и чувствует красоту. И берет её силой.
26. ИЛЬЯ СЕЛЬВИНСКИЙ.
Он тоже как бы из породы птицеловов. Поразительно, будучи в каком-то смысле палачами Николая Гумилёва, и Багрицкий, и Сельвинский многому учились у него и долго подражали ему. Я еще в юности, увлекаясь русским авангардом, естественно, читал стихи лидера конструктивистов Ильи Сельвинского. Особенно легла мне на душу его поэма "Уляляевщина". Его ранние стихи так и остались непревзойденными. Как писал в своих стихах о кумирах ХХ годов тот же Багрицкий: "А в походной сумке — спички и табак, / Тихонов, Сельвинский, Пастернак…"
27. АЛЕКСАНДР ТВАРДОВСКИЙ.
Его "Книга про бойца" стала сразу же мировым событием. Её признал суровый Иван Бунин. "Василий Тёркин" заслонил и "Страну Муравию", и "За далью даль". Это вошла в жизнь в 30-е годы новая деревенская поэзия, отличная от поэзии Есенина и Клюева. Думаю, наиболее талантливыми её представителями были Твардовский и Исаковский, Фатьянов и Яшин, Смеляков и Дмитрий Кедрин. Они были строителями нового. Может быть, это и было лучшее, что создала именно советская литература. Но характерно, что в конце жизни каждого потянуло к тому, что сами и разрушали.
28. МИХАИЛ ИСАКОВСКИЙ.
Вот уж верно сказал про себя: "Я потерял крестьянские права, / Но навсегда остался деревенским…" Как и Твардовский, в молодости воспевал новую деревню, все преобразования, не замечая жесткости этих преобразований, но сидела в душе заноза, и уже в пору зрелости, вместе со своими песнями , защищая ими во время войны свою родную землю, он восстановил порванную связь с землей, с народом. Настала пора говорить правду. Народ её сразу же почуял в столь близких русской душе песнях "Катюша", "Дайте в руки мне гармонь", "В лесу прифронтовом"… Настоящим шедевром русской песенной поэзии стала его горькая песня "Враги сожгли родную хату".
29. ИВАН ЕЛАГИН.
Из мощного дальневосточного поэтического клана Елагиных-Матвеевых. Дед Н.П. Матвеев писал стихи и рассказы. Отец его — яркий футурист Венедикт Март, о котором я когда-то писал в пору своей авангардной молодости. Из этого же рода наш автор, замечательная поэтесса Новелла Матвеева, двоюродная сестра Елагина. И всё-таки, и в своем поэтическом роду, и в поэзии второй эмиграции, и вообще в русской поэзии Иван Елагин — звезда первой величины.. Если бы вторая эмиграция дала только Ивана Елагина, она уже этим бы себя оправдала.
30. ДМИТРИЙ КЛЕНОВСКИЙ.
Последний русский акмеист. Как поэт начал печататься еще в России, первая книга стихов "Палитра" вышла в 1917 году. Но по-настоящему его талант расцвел в эмиграции, в Германии, куда он переезжает из России в 1942 году. Широко печатается в эмиграции, и наравне с Елагиным становится лидером литературной второй волны из "Архипелага Ди-Пи". С Россией старается в своей поэзии не порывать: "Я служу тебе высоким словом,/ На чужбине я служу тебе…"
31. ЯРОСЛАВ СМЕЛЯКОВ.
Его поэзию любили даже те, кто не знал такого слова: "поэзия". "Если я заболею, к врачам обращаться не стану…", или "Хорошая девочка Лида на улице Южной живет…" Просто, понятно и так близко всем. Остается загадкой, отчего у такого простого, любимого народом поэта была такая сложная судьба. Один лагерь, второй лагерь, и так четыре срока… Впрочем, и лагеря не изменили его наивную и простую душу . Он был лишен трагизма и полон любви. По сути своей, он был рожден для счастья, вот оно и пришло к нему в поэзию, а значит, и к нему в жизнь…
32. АРСЕНИЙ ТАРКОВСКИЙ.
Первые стихи поэт опубликовал еще в 1926 году, но потом на несколько десятилетий ушел в восточные переводы, где добился и признания и успехов. Но позже прочитали горькое признание поэта: "Для чего я лучшие годы / Продал за чужие слова? Ах, восточные переводы, / Как болит от вас голова…" Поэт воевал, был тяжело ранен, писал проникновенные стихи "Русь моя, Россия, дом, земля и матерь…" Вадим Кожинов относил его к "неоклассикам", продолжающим классическую традицию русской поэзии.
33. КОНСТАНТИН СИМОНОВ.
Он был всегда победителем — так же, как Сергей Михалков. Но, несмотря на все свои высокие посты и связь с высокой властью, умел писать настоящие стихи и прозу. Говоря о поэзии Константина Симонова, прежде всего вспоминаешь о войне. Ибо это уже не поэзия, нечто выше. Как воздух, как переливание крови для раненых. Как сама жизнь. "Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…", "Майор привез мальчишку на лафете…" , "Атака", яростное "Убей его!", и , конечно же, звучащее, как молитва каждого солдата "Жди меня…"
34. ВАСИЛИЙ ФЁДОРОВ.
Сибирский народный поэт. Живой и мудрый, дерзкий, самобытный. В чем-то продолжил линию своих земляков — Сергея Маркова и Леонида Мартынова. Прежде всего прославился своими поэмами " Проданная Венера", "Женитьба Дон Жуана", "Дикий мёд", "Белая роща", "Протопоп Аввакум"… Из лирических стихов большую полемику вызвал его сборник "Не левее сердца". Его лирика почти всегда была гражданской и острополемичной."Сердца, не занятые нами,/ Не мешкая , займет наш враг…" Или же"История устала от войны,/ Но от борьбы с войною / Не устанет!.."
35. БОРИС СЛУЦКИЙ.
Мастер сурового реализма. Всегда, с детства, высоко ценил его поэзию. В своем отношении и к поэзии, и к действительности во многом схож с Маяковским, но не по форме, не по стилистики, а по монументальности и трагичности стиха. Он видел всю правду войны, но его самоотверженности многие могли бы поучиться и сегодня. Это подлинный лирический эпос ХХ века. Беспощаден и к себе, и к своей поэзии.
36. ДАВИД САМОЙЛОВ.
Я бывал у него в Пярну, в эстонском городке, где он отгородился от московской поэтической суеты и мелких литературных перепалок и склок. Да и соответствовали эстонские крепости и рыцарские замки его историческим поэмам. Парадоксально, но они были и по возрасту близки, и по поэмному мышлению схожи — Василий Федоров и Давид Самойлов. Та же любовь к русской и мировой истории, часто даже схожие сюжеты, к примеру — о Дон Жуане. А где история, там с неизбежностью появляется и высокая философичность, некая медитативность, склонность к размышлениям… И всё же я выше всего ценю у Давида Самойлова, как и почти у всех поэтов военного поколения, его военные стихи. Прежде всего его классическое — "Сороковые, роковые…" По-моему, наша военная поэзия — это уникальное явление в мировой поэзии. Взять бы, да и издать лучшие военные стихи всех наших поэтов вместе.
37. НИКОЛАЙ ТРЯПКИН.
Этот замечательный поэт был символом газеты "День". Он и приходил к нам каждый день, мы ему помогали во всех передрягах и печатали все его стихи. А уж что оставалось, нес в "Наш современник". Вообще-то, он всегда был вне времени и пространства. Наш домовой, а для кого и леший. Писать стихи стал на русском Севере, там и состоялся как поэт. Он никогда не обращал внимания на цензуру, но что удивительно, и цензура не обращала внимания на него. Его молитвы звучали и печатались даже в сталинские годы. Думаю, это последний русский народный поэт, ибо нет уже ни того народа, ни того языка.
38. АНДРЕЙ ВОЗНЕСЕНСКИЙ.
Талантливейший поэт, всю жизнь играющий по законам шоу-бизнеса. Вряд ли он лукавил, когда писал. Когда воспевал Октябрьскую революцию, и когда проклинал, когда проклинал царя, и когда прославлял. Поэт быстротекущего времени. Чем живет время, тем живет и поэт. Может быть, за это его и ненавидел Иосиф Бродский, называя фальшивым авангардистом. Пожалуй, каждый найдет у Вознесенского стих, созвучный ему.
39. ЕВГЕНИЙ ЕВТУШЕНКО.
Лидер поэтической "оттепели". Пожалуй, Евтушенко в поэзии и недавно умерший Аксенов в прозе определяли всё направление "оттепели". Но с концом оттепели не уехал в эмиграцию, а стал полпредом именно советской поэзии по всему миру, полпредом вольного советского слова. Объездил более 80 стран, был личным другом чекистов и цекистов. Сгубила его не стихийная свобода (будто Есенин или Васильев были лишены этой стихийной свободы), сгубило стремление улыбаться всем — от Сталина до Ельцина, стремление быть прославленным на Западе. Вот так и стоял всю жизнь враскорячку. Стремясь охватить и принять всё, впал в верхоглядство.
40. БЕЛЛА АХМАДУЛИНА.
Не скрываю, одна из моих любимых поэтесс, о чем мы много спорили с Татьяной Глушковой. Будучи одной из шестидесятниц, Белла Ахмадулина никогда не впадала в крайность верхоглядства и всеохватности, не бегала вприпрыжку по миру, смиряясь со всеми властями. Она всегда писала себя и свой мир, свое видение времени. Прекрасность самой русской поэзии была выше всех сдвигов времени. Ритмика и мелодика её стиха всегда разнообразны. И эта поэтичнейшая мечтательница называет себя чуть ли не простой рассказчицей. Её суть в поэме "Сказка о дожде".
41. ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ.
Как Александр Фатьянов и Михаил Исаковский, вошёл в большую поэзию своими песнями. Из поколения детей войны, "детей 1937 года". К шестидесятничеству уже относился с иронией, он был певцом эпохи безвременья. Но осколки большого стиля советской поэзии прочно сидели в нём. И потому его любимая песня "Вставай, страна огромная". Вот он и возвеличивал то альпинистов, то артистов, то моряков. Смеялся над пошлостью и рыдал над ушедшими героями. Мечтал о родниковой России. Потому и был — бард всея Руси.
42. ИОСИФ БРОДСКИЙ.
Поэт огромнейшего дарования. Рожденный русской культурой, и продолживший её традиции, от Державина до Батюшкова, от Цветаевой до Заболоцкого. Несомненно, был имперским поэтом до конца своих дней, мечась по треугольнику трех великих империй: русской, римской и американской. Был близок к Ахматовой, но её поэзия Бродскому была чужда. Достаточно деликатный в быту, в поэзии был непреклонен и тверд. Я знавал его в Питере, бывал у него в полутора комнатах, и замечу, что характерами, как в чем-то и поэзией, они близки с Юрием Кузнецовым, но , может быть, поэтому никогда друг с другом не общались. Великолепна его любовная лирика, вся посвященная его Беатриче — ленинградской художнице Марине Басмановой. В жизни Марина принесла Иосифу немало горя, но благодаря ей, благодаря их любовной трагедии мировая поэзия получила немало шедевров. До конца жизни, и в России, и в эмиграции в Америке, считал себя исключительно русским поэтом.. Его стихотворение о русском народе "Народ" Анна Ахматова назвала гениальным.
43. ГЛЕБ ГОРБОВСКИЙ.
Это один из самых известных и талантливых ныне живущих русских поэтов. Как говаривал Иосиф Бродский: "Конечно же, это поэт более талантливый, чем, скажем, Евтушенко, Вознесенский, Рождественский, кто угодно…" Прославился своими блатными песнями "Сижу на нарах, как король на именинах…", или "Ах вы, груди, ах вы, груди, носят женские вас люди…", но самые проникновенные, не просто лирические, но и философские стихи, близкие тютчевской традиции, превозносят самые тонкие ценители поэзии. При всей своей вольности в жизни и в поэзии, последовательный патриот и государственник.
44. НИКОЛАЙ РУБЦОВ.
Он естественен в русской классической поэзии. Он неожиданен и с трудом вписывается в поэзию своего поколения. Его заждались, но его и не ждали. Судьба Николая Рубцова — это и судьба всей России. Как же ненавидел свою неустроенность, своё сиротство, свою кочевую жизнь Николай Рубцов. Своими светлыми лирическими стихами он отрицал своё пьянство, свой неуют, свое сиротство. Он, может, даже неосознанно бросил свой мощный вызов тем силам, которые обрекли его Россию на бездуховность и уныние.
45. ЮРИЙ КУЗНЕЦОВ.
На мой взгляд, последний великий поэт ХХ века. С ним закончилась не русская поэзия (я оптимист и считаю, что великие поэты были и будут), но та русская поэзия, которая у нас господствовала весь ХХ век. Для меня Юрий Кузнецов был поэтом всемирного значения, мировой культуры, и даже мирового авангарда. При этом он с мировых олимпийских высот, с высот мирового авангарда смело спускался вниз, в народный фольклор, находил себе место в русской традиции.
46. ОЛЕГ ЧУХОНЦЕВ.
Почвенник по изначальным убеждениям, по рождению, по своей поэтике. Уверен, если бы не абсолютно дурацкая расправа цензуры с его "Повествованием о Курбском", быть бы ему постоянным автором "Нашего современника", дружить с Николаем Рубцовым и Николаем Тряпкиным (хотя, думаю, он и так к ним неплохо относится). А если эта любовь к России немного поперечная, так и авторы "Нашего современника" ненавидят наши родные благоглупости и всякие свинцовые мерзости. И цензура доставала их не меньше. От шестидесятников он так же далек, как и от поэтов "тихой лирики". Одинокий поперечный почвенник.
47. СТАНИСЛАВ КУНЯЕВ.
Мне кажется, как поэт Станислав Куняев гораздо более уверенно продолжает линию Владимира Маяковского, нежели Сергея Есенина. Думаю, был более верен в наблюдениях первый учитель Станислава — Борис Слуцкий. "Добро должно быть с кулаками" — это и поэтический стиль, и жизненный девиз Куняева. Движение, действие, охота, стремительность, какая уж тут тишь. Ставка на русскую национальную поэзию. "Добро должно быть с кулаками" не только сделало поэта знаменитым, но и определило его стиль, его жесткое волевое начало.
48. ТАТЬЯНА ГЛУШКОВА.
Поэтесса последнего срока. Она, как верный воин языческих времен, пожелала быть погребенной вместе со своим Властелином, имя которому — Советская Держава. Прежде всего, допев ему свою великую Песнь. Песнь о Великой державе, о Великом времени.
49. ТИМУР ЗУЛЬФИКАРОВ.
Как и Велимир Хлебников в своё время, Тимур Зульфикаров занимает свою поэтическую Вселенную, и его ни с кем не спутаешь. Когда надо, он пишет просто и понятно даже деревенской бабушке, когда в его стихах припекает самаркандская жара, то и воздух его стихов плотнеет, обжигает. Он — самый древний архаист на свете, еще дописьменной эпохи. Он — поразительный новатор стиха, играет и со словом, и с каждым звуком, как чародей.
50. ЛЕОНИД ГУБАНОВ.
Его так и воспринимали — как варвара русской поэзии, несмотря на все его многочисленные ссылки на Верлена и Рембо, на Пушкина и Лермонтова. Он жил исключительно в мире поэзии, в мире русской поэзии, но вольность его обращения и со словом, и с ритмом, и с образами была такова, что весь предыдущий поэтический опыт как бы улетучивался, и он вновь оставался один на один с миром первичности: первичности слова, первичности человека.

Куда ведет наука?

Круглый стол в Изборском клубе. 1 августа 2013 6

Свои мозги уже не нужны  Цивилизация

Александр НАГОРНЫЙ, политолог, заместитель председателя Изборского клуба.
Уважаемые коллеги!
Сегодня мы собрались, чтобы обсудить проблемы современной науки, науки как фактора развития нашей страны и человечества в целом. Что происходит вокруг нас? Мы порой не замечаем стремительно накапливаемого научного багажа, не замечаем, что человечество с целым спектром открытий находится на пороге нового цивилизационного рывка. А в нашем Отечестве возникает безумное желание "закрыть" фундаментальную науку, профессорам в РАН платят по 15 тысяч рублей, а молодым сотрудникам и того меньше. Государственные СМИ львиную долю своего внимания посвящают мистике и религиозным символам. В свете такого подхода возникает растущий разрыв между обществом и наукой. Предлагаю обсудить складывающуюся ситуацию прежде всего в трех взаимосвязанных аспектах.
Первый из них — это возникающий системный "прорыв" передового отряда человеческого общества от пятого к шестому глобальному технологическому укладу (ГТУ). Становится все очевидней, что возможности той модели производства и потребления, которая доминировала в мире на протяжении почти полувека, исчерпаны, финансовые и другие меры для улучшения и продления её работы не дают эффекта, создавая только новые, еще более острые и сложные проблемы. Но смена модели ГТУ — вовсе не произвольный и не одномоментный процесс. Она требует гигантской трансформации всего общества: от экономики до идеологии. И главное — подобная "взрывная ситуация" требует нового подхода государства к созданию комплекса технологий, основанных на самом передовом научном знании. В связи с этим возникает вопрос: насколько далеко современная наука, в частности — российская, продвинулась по этому пути? Что сделано, что может быть сделано и чего пока не хватает, чтобы шестой ГТУ "заработал" в нашей стране?
Второй аспект — перспективы и направления развития самого научного знания и научного прогресса. Куда они ведут человечество в ближайшей, среднесрочной и долгосрочной перспективах. Производство информации, в том числе — научной информации, последние полвека растёт по экспоненте. Развитие IT-технологий вовлекло в этот процесс миллиарды людей. Однако почти 100% создаваемой в современном мире информации к развитию собственно научного знания, к познанию человека и окружающего мира не имеют никакого отношения, с данной точки зрения представляя собой "белый шум". События со Сноуденом показали, что потоки информации в современном мире не только контролируются, но и направляются достаточно узкой группой "избранных", имеющих доступ к "паролям и кодам" современной цивилизации, закрытым для большинства людей. Не возникает ли буквально на наших глазах некое "человечество-2", которое, обладая соответствующими финансовыми и технологическими возможностями, будет способно "затормозить" дальнейшее развитие науки?
И, наконец, третий аспект — состояние науки в самой России, все проблемы которой оказались в центре общественного внимания благодаря скандалу вокруг пресловутой "реформы" Российской Академии наук.
Я с особым удовольствием предоставляю первое слово Жоресу Ивановичу Алферову.

Жорес АЛФЕРОВ, академик РАН, лауреат Нобелевской премии, ректор Санкт-Петербургского академического университета.
Что касается "реформы" РАН, то этой теме посвящено моё открытое письмо президенту РФ Владимиру Владимировичу Путину, которое, надеюсь, в ближайшее время будет опубликовано — в том числе, газетой "Завтра".
А самое важное влияние на человечество в ближайшем будущем могут оказать новые биотехнологии, информационные технологии, нанотехнологии, при помощи которых станет возможным создавать материальные структуры, включая биологические организмы, с заранее заданными свойствами. А это действительно новый этап не только в научно-техническом прогрессе, но и новый цивилизационный этап. В частности, назову те работы, которые мы ведем у себя в университете по физике твердого тела, создавая "кристаллы внутри кристалла" — специальным образом организованные системы квантовых точек, скажем, внутри полупроводника. Эти материалы, которые можно использовать в том числе для создания "квантового лазера", не только принципиально меняют способы хранения и передачи информации, но и способны придать новый импульс развитию высокотехнологичной отечественной промышленности, в том числе — электронной.
Разумеется, мы должны быть готовы к тому, что весь этот нано-био-информационный комплекс технологий окажется задействован не только в гражданской, но и в оборонной сфере, что "пространство войны" в XXI веке выйдет в новые измерения.
Мой друг, ныне покойный, Джордж Портер, который был в 1985-1990 годах президентом Лондонского Королевского общества, как-то сказал, что наука — вся прикладная, только одни "приложения" возникают быстро, а другие — через десятки и даже сотни лет. Но чем шире и активнее будет общий фронт исследований, тем больше вероятность того, что мы не только узнаем что-то важное, но и сумеем быстро применить эти новые знания на практике.
Для науки фундаментом является система образования. В которой, на мой взгляд, должны совмещаться физико-математическая и культурная основы. Есть старая истина, которую сформулировал еще Иммануил Кант: в любой науке ровно столько науки, сколько в ней математики. Вся современная физика основана на математических моделях, применительно к реальному миру. И студенту-физику гораздо легче освоить, например, медицину, чем студенту-медику — физику. Потому что у него есть навыки математического моделирования. Мы это наглядно видим по опыту работы нашего университета.
Но пока люди в массе своей заняты проблемами выживания, а не проблемами познания, такой научно-технологический рывок нам вовсе не гарантирован. Более того, находится под очень большим вопросом. То есть, социальный прогресс неотделим от социальной справедливости.
Наш мир, нравится кому-то или нет, — един, в нём всё взаимосвязано и взаимообусловлено. Эти связи надо изучать и понимать, — иначе в них можно запутаться и погибнуть.

Михаил ДЕЛЯГИН, доктор экономических наук, директор Института проблем глобализации.
В прошлом году специалисты McKinsey Global Institute подготовили специальный доклад, ставший известным под названием "12 технологий, которые перевернут мир". В эту "волшебную дюжину" вошли: мобильный интернет, автоматизация умственного труда, "интернет вещей", "облачные" технологии, робототехника, автономные транспортные средства, геномика, аккумулирование энергии, трехмерная печать, прогрессивные материалы, новые методы добычи нефти и газа, возобновляемые источники энергии. Все они уже к 2025 году должны дать прибавку от 14 до 33 триллионов долларов к мировому производству.
Спрашивается, насколько точным окажется этот прогноз? Сегодня технологический прогресс тормозится монополиями на экономическом уровне и демократией — на уровне политическом. Почему? Не из-за злого умысла, а потому, что сегодня у нас больше нет второго, "запасного" человечества, которое можно было бы "пустить в расход" ради прогресса передовой части. Рынки некуда расширять. Людей на планете в несколько раз больше, чем необходимо для производства нынешнего объёма товаров и услуг. А денег напечатано в десятки раз больше, чем производится реальных товаров и услуг — если исходить из их номинальной стоимости. А информации добывается в миллионы раз больше, чем можно обработать и оценить в сроки, необходимые для эффективного управления теми или иными процессами. И что делать со всей этой избыточностью — непонятно. Можно устроить мировую войну, можно устроить массовый голод, можно устроить смертельную пандемию — но дальше-то что? Всё по новой? Так и ходить по кругу? Переоткрывать историю, законы физики, экономические модели? Потому что тайное знание избранных очень быстро отмирает в силу природы самого знания. Так что "компьютерное средневековье" или "электронное рабство" очень недолго будет компьютерным или электронным.
Нам действительно предстоит некий системный переход из нынешнего состояния человеческой цивилизации в некое последующее, но он будет носить, скорее всего, неуправляемый и непредсказуемый характер. Кстати, расцвет "фэнтэзи" вместо научной фантастики — свидетельство того, что дело обстоит именно так.
Технологии будущего, на мой взгляд, будут просты, общедоступны и, в силу этого, носить нерыночный характер. Точно так же нерыночный характер будет носить вся экономика, поскольку, повторюсь, подавляющее большинство людей сегодня вполне реально потребляют, но ничего реально не производят. Уничтожать их неразумно — поскольку в результате получится только сокращение общего потенциала человечества и его деградация. Значит, надо будет обеспечивать их существование — и не только как балласта, придающего устойчивость нашей цивилизации. А это уже принципиально нерыночный подход.

Максим КАЛАШНИКОВ, писатель, футуролог.
Я — не учёный, поэтому при взгляде на проблемы ближайшего будущего могу что-то упустить или даже преувеличить, но в совокупности можно и нужно выделить не менее шести прорывных направлений.
Первое — информационный прорыв при помощи качественно новых квантовых компьютеров. Благодаря их использованию станет возможной тотальная осведомленность, тайн больше не станет, что изменит подходы и к планированию, и к управлению, и к моделированию любых процессов: природных или общественных, включая военные действия, которые могут стать молниеносными, буквально со скоростью мысли.
Второе — огромные сдвиги в науках о жизни, в биологии и медицине, куда сейчас вкладываются гигантские деньги. Судя по всему, их цель — создание новой расы долго или даже вечно живущих господ. Уже сейчас наиболее дорогие виды лечения (трансплантации, замена органов, биоинженерия и др.) могут позволить себе только богатые и сверхбогатые люди. Эта тенденция будет усиливаться, причём раса господ, эдаких кощеев бессмертных, перестанет быть людьми в чистом виде. Они, скорее всего, превратятся не в биороботов, а в описанных фантастами киборгов. Киборг — это соединение живого организма с "умной" машиной. Вечная жизнь — изобретение пострашнее атомной бомбы. Потому что контроль за доступом к бессмертию позволит вертеть любыми "элитами". Наши власть имущие за вечную жизнь для себя Российскую Федерацию туда принесут в любом виде.

Михаил ДЕЛЯГИН.
А вам не кажется, что жить вечно и править неравным себе "быдлом" — довольно утомительное и неприятное занятие? Которое сравнительно быстро может и надоесть?

Максим КАЛАШНИКОВ.
Не кажется. Деление мира на рабов и свободных существовало на протяжении тысяч лет и казалось вполне естественным, нормальным для Сократа, Платона, Аристотеля, Сенеки и прочих выдающихся умов, которые и сегодня по праву входят в золотой фонд человеческой мысли. Вы, Михаил Геннадиевич, добрый христианин, но не все люди — христиане.
Я продолжу. Третья проблема, третий узел НТР прогресса — это интеграция нано-, био- и инфотехнологий, создающая возможности для гибкого и абсолютно безлюдного производства. Такая возможность была предвидена Гербертом Уэллсом в романе "Освобожденный мир" (1914), о чем я не устаю говорить. Считалось, что Уэллс предсказал ХХ век, но он предсказал XXI-й. В результате 80% населения Земли становится ненужным, и я уверен, что его будут, в отличие от прогноза Михаила Делягина, сокращать, и сокращать жестко. Потому что от коммунистической альтернативы, которая позволила бы занять эти 80% в совершенно новых отраслях деятельности, человечество сегодня отказалось.
Четвертая проблема — создание оружия нового поколения, которое будет более разрушительным, чем ядерное. Сюда входит оружие на новых физических принципах. Климатическое воздействие, которое разрабатывается на базе системы ХААРП. Или, например гразер — квантовый лазер. Многие говорят, что его создание в принципе невозможно, но я не стал бы безапелляционно и без обсуждения принимать это на веру. А гаммалазер — это преодоление искажения атмосферы, все это новая степень могущества. Мы с вами видим тенденцию к роботизации и автоматизации войны. Беспилотники-"дроны" убивают террористов, а могут убивать кого угодно. Только в миниатюрном виде. Один укус "электронного насекомого" — и вас нет. А оно может реагировать на запахи, например.
Пятая — возможно, самая главная — это "контроль над мозгами". Мы видим, что готовность к применению ядерного оружия у российской элиты выключена. Даже генералы этого боятся. Самой мысли об этом боятся. "Блок" в мозгах. Тот аспект, что у них дети, жены, капиталы там, за рубежом, над чем смеялся Збигнев Бжезинский, мы не берем. Просто табу. А значит, в военно-политическом отношении наша страна сегодня представляет собой некое подобие цинского Китая второй половины XIX века. Я недавно читал о военно-морской экспедиции французов в 1860 году, когда они на своих броненосцах поднимались вверх по реке Хуанхэ и расстреливали китайские джонки. С появлением у США высокоточного гиперзвукового оружия мы попадаем в такое же положение.
Шестая проблема — космическая. Мы видим, что они делают. Я должен сказать, что ничего ценного мы в космосе не найдем. Нам нечего будет везти ни с Марса, ни с Луны. Никакого азимовского кырта (хлопка, который под воздействием солнца приобретал удивительные свойства), никакого гелия-3… Но космические вызовы позволяют создать технологии, которые изменят жизнь на Земле. Не говоря уже о его важности с военной точки зрения.
Я общался с людьми, которые работали и в NASA, и в нашей космической отрасли. Они уехали из России в 90-е годы, и возвращаться что-то не собираются. Им там интереснее. Так вот, американцы резко обогнали нас в марсианской программе. Если в России реанимировали планы 60-х годов, то там идут принципиально иным, новым путем. Они уже не будут тормозиться с выходом на околомарсианскую орбиту, а уже отработали прямую посадку с торможением через атмосферу. "Curiosity" сел на Марс сходу, у нас этого как бы не заметили… А ведь новые космические программы — не просто источник и полигон для отработки новых технологий, в том числе военных. Это еще источник некоего психологического могущества, ментальной власти над миром. Потому что если человек умеет делать то, чего не умеют другие, — он уже возвышается над ними. Новая космическая программа это власть над миром и источник технологий и источник некого психологического могущества. Посадка на Марс — достижение, подъем пульса цивилизации.
Есть ли энергетический вызов? Пока сказать об этом четко не могу. Выросла роль газа из нетрадиционных источников, сланцевого газа, как его называют. Несмотря на большой расход воды, из одной скважины можно бурить в четырех разных направлениях. Теперь газ на внутреннем рынке США дешевле, чем у нас, в три раза. Куда девать "Газпром"? Куда девать "энергетическую сверхдержаву"?
А тут еще итальянский физик Андреа Росси наткнулся на новый тип ядерных реакций. Низкоэнергетических и "холодных". Я не хочу выносить своё суждение, шарлатан Росси или гениальный ученый. Но он заявляет, что готов к любым экспертизам, его установка признана работоспособной, стоимость производства киловатт-часа в ней составляет около цента, или 30 копеек. Если это так, то нынешняя углеводородная экономика будет неконкурентоспособной, а главным энергетическим ресурсом человечества станет никель.

Георгий МАЛИНЕЦКИЙ, доктор физико-математических наук, замдиректора Института прикладной математики РАН им. М.В.Келдыша.
У меня реплика! Одним из важнейших открытий второй половины ХХ века стало открытие прогностического горизонта или "горизонта прогнозов". В 1963 году американский метеоролог Эдвард Лоренц обратил внимание на следующее обстоятельство: компьютерные возможности выросли в миллиарды раз, но у нас как не было, так и нет возможности предсказывать погоду на три недели вперед. Почему? Не хватает глубины расчета? Нет адекватных моделей? А Лоренц высказал парадоксальную мысль: просто природа и мир так устроены. Они нестабильны. Взмах крыльев бабочки может через две-три недели вызвать ураган за тысячу километров от того места, где она пролетела.
В результате произошла настоящая революция в естествознании. Люди поняли, что так устроена не только атмосфера — так устроена экономика, так устроен весь наш мир. Поэтому преувеличивать роль компьютеров, говорить о том, что они сами сумеют все учесть и предсказать — нереально и неправильно. Например, за последнее десятилетие огромные усилия были вложены в так называемую криптографию с открытым ключом. Вы шифруете очень быстро и очень легко: вы рассказываете, как вы шифруете, вы передаете сообщение, но для того, чтобы расшифровать это сообщение, всем компьютерам Земли потребуется времени больше, чем существует наша Вселенная.

Владимир ОВЧИНСКИЙ, доктор юридических наук.
Георгий Геннадиевич, у меня к вам, как специалисту, вопрос.
По поводу, во-первых, уже упомянутых Максимом Калашниковым квантовых компьютеров, а во-вторых — "кварцевой памяти", которая может сохраняться при температуре нескольких тысяч градусов, то есть, даже после ядерной войны. И в том, и в другом случае мир уже на пороге практических решений: кварцевая память существует, а квантовый компьютер, хотя он пока будет занимать гигантский объём, планируется создать к 2025 году. У нас что-то делается в этом направлении? Или только за рубежом?
Ведь налицо проект, сравнимый по своему значению с атомным. Квантовому компьютеру нужна своя математика, своё программирование… Если эпоха кремниевых компьютеров уходит, как ушла в своё время эпоха орудий труда из кремния, то не отстанем ли мы тут навсегда?

Георгий МАЛИНЕЦКИЙ.
Владимир Семёнович, за последние полвека мощность компьютеров выросла в 250 миллиардов раз. Если бы такими темпами росли скорости транспорта, то в любой точке нашей планеты мы могли бы оказаться всего за несколько минут. Если бы такими темпами росла урожайность, все нужные нам продукты можно было бы вырастить на собственном подоконнике. Но! По сравнению с 60-ми наш мир практически не изменился — за исключением скорости и объемов передаваемой информации. И Михаил Геннадиевич абсолютно прав, когда говорит о её избыточности. Мы посчитали — какой-то собственный смысл несут только 23% сообщений, и только 3% из них человек способен воспринять как значимые для себя, проанализировать и использовать в дальнейшей деятельности. В отделе, которым я руковожу, просчитываются процессы на сетке в миллиард узлов, что несколько лет назад вообще казалось немыслимым. Но представьте себе, что у вас получается миллиард чисел. Как их осмыслить, как правильно поставить и сформулировать вопросы? Что касается квантового компьютера — он дает серьезный выигрыш только на трех задачах. Одна из них — как раз алгоритм ломания шифра, подбора ключа. Для массы других задач квантовый компьютер не дает существенного выигрыша.
Компьютерный прогресс не бесконечен. Потому что сейчас информация кодируется и передается в пространстве 15-20 нанометров. А атомный предел — 0,15 нанометров. То есть осталось два порядка. Дальше мы пойти не сможем. Кодировать и декодировать информацию на частотах гамма-волн уже нельзя. Так что закон Мура, утверждающий, что плотность информации на носителе удваивается каждые два года, видимо, перестанет работать. Да, можно сказать, что будут развиваться параллельные алгоритмы — это большая новая математика, и уже сейчас есть задачи, которые решаются одновременно на миллионах компьютеров. Но эти задачи для компьютеров формулирует не другой компьютер, а человек. И анализ самых сверхнадежных, самых сверхзащищенных программ, проведенный АНБ США, показал, — я надеюсь, это делалось и у нас, нашими спецслужбами, — что человек не в состоянии допустить меньше, чем одной ошибки на тысячу команд. А скорость эскадры, как известно, определяется скоростью самого медленного корабля. Человек — самый медленный корабль современной цивилизации. Поэтому его хотят усовершенствовать, улучшить, изменить его природу. Но тут мы вступаем в зону таких рисков, которые даже трудно себе представить. Сейчас многие хирургические операции делают не люди, а роботы. Делают очень точно и быстро. Но представьте себе, было уже несколько десятков случаев, когда происходил программный сбой в ходе операции, и пациенты робота-хирурга в результате отправлялись на тот свет. Человечество худо-бедно существует уже тысячи лет, о его "программе" нам многое известно, в том числе кое-какие гарантии безопасности. А каким будет "улучшенное человечество", и сколько оно сможет просуществовать — большой вопрос.

Елена ЛАРИНА, эксперт по информационной безопасности.
Здесь уже упоминалось об Агентстве национальной безопасности США: и как об одной из самых сильных спецслужб мира, и в связи с "делом Сноудена". Так вот, однажды, несколько лет назад, я задалась вопросом: почему у нас про ЦРУ написано так много и, в основном, плохо, а про АНБ — почти ничего? Я стала искать информацию. Нашла одну книжку, которую перевели на русский язык, нашла один фильм, частично затрагивающий АНБ: "Дворец головоломок", — и одно интервью с бывшим сотрудником АНБ.
Но это у нас. А у американцев про АНБ много чего написано, много информации и ссылки на государственные сайты по теме. Как специалист в сфере конкурентной разведки, должна сказать, что важен первоисточник информации, а не перепосты. И на официальных сайтах разных государственных структур США я нашла массу всякой информации про АНБ. Там было совершенно открыто написано, что да, информация из каналов электронной коммуникации собирается вся, полностью. Не было названия системы "PRISM", которую мы узнали от Сноудена, но всё остальное никем не скрывалось. Могу сказать, что и у нас есть точно такая же система СОРМ, которая в с девяностых годов вела тотальную прослушку, есть система СОРМ-2, которая снимает весь траффик Интернета — в основном с интернет-провайдеров. А после "разоблачений" Сноудена еще несколько государственных спецслужб признали, что и у них такие системы есть. Об этом в частности заявили руководители германской, британской, французской и шведской разведок. Причем, на фоне скандала с АНБ, особого шума это ни в мире, ни в соответствующих странах не вызвало. То есть, эта деятельность, благодаря "делу Сноудена", была легализована в глазах общественного мнения.
То есть, "дело Сноудена" — это, скорее всего, постановочный, медийный скандал. Все эту "сенсационную" информацию знали и без Сноудена — вернее, все, кто хотел её знать, тот и знал, она не скрывалась.
И еще хочу сказать, что сейчас в Юте строится огромный информационный центр, куда планируется собирать "большие данные". Всё, что было в Интернете за 20 лет его существования, — всё это складывается, обрабатывается и будет использовано для различного рода прогнозов.

Владимир ОВЧИНСКИЙ.
Юта — это еще штат мормонов, у которых самая сильная разведка в мире… Но вопрос: почему, имея такую развернутую систему наблюдения, США могли пропустить братьев Царнаевых и 11 сентября 2001 года? Ведь система "Эшелон" работала уже тогда, задолго до "Призмы"? Почему они так долго "ловили" Бен Ладена? Тут возможны две версии. Первая — при любой, даже самой мощной системе слежения могут быть элементарные провалы. Кто-то где-то отвлекся, как швейцарский авиадиспетчер, — и получилась катастрофа со множеством жертв. Вторая — что и "11 сентября", и бостонские взрывы, и всё прочее — операции самих спецслужб. Эти версии были озвучены неоднократно. Может ли быть что-то третье?

Елена ЛАРИНА.
Конечно, человек — слабое звено, медленный корабль и так далее, поэтому технические провалы, конечно, могут быть, но варианта спецопераций я бы тоже не исключала. Когда произошёл теракт в Бостоне? В тот самый день, когда стоимость унции золота выросла сразу на 200 долларов. То есть, налицо — операция прикрытия, отвлечения внимания. Но всё равно, всё замыкается на человеке, на том самом системном администраторе Сноудене, который сидит в самом-самом конце цепочки и может не закрыть какую-то папку, куда ему не надо бы залезать…

Владимир ОВЧИНСКИЙ.
Я не зря задавал вопрос про квантовые компьютеры и кварцевую память. Их сочетание не будет той технологической революцией, которая перевернет мир. Но это опять будет усиление Большого Брата. Те, у кого будут квантовый компьютер и кварцевая память, смогут ломать любую криптографию, получить доступ к любым базам данных и системам управления. Война с уничтожением живой силы и техники противника становится при этом просто ненужной. Возможность контроля над системами управления означает полную победу еще до начала каких-то боевых действий. Управление миром идет сегодня через связь спецслужб с финансовыми структурами и "айтишниками", специалистами в области информационных технологий. Этот конгломерат управляет современным миром и в еще большей степени будет управлять миром будущим.
В этой ситуации проблема технологического развития неразрывно связана с обеспечением национальной безопасности. На днях правительство России утвердило Дорожную карту развития отрасли информационных технологий. В ней приведены весьма негативные данные. Например, объем потребления продукции, разработанной на основании информационных технологий, в России составляет 1,2% ВВП, что в два раза ниже среднемирового уровня. Доля российской продукции на мировом рынке информационных технологий составляет только 0,6%. Производство программно-аппаратных комплексов не получило должного развития в течении последних 20 лет. И самое тревожное — более 95% интеллектуальной собственности, созданной в российской отрасли информационных технологий, регистрируется вне России. А значительная добавленная стоимость остается за границей. Государственной задачей является недопущение развития этих негативных тенденций. На это направлена и указанная Дорожная карта, а также одновременно утвержденная Дорожная карта по развитию биотехнологий.

Максим КАЛАШНИКОВ.
Владимир Семёнович, ваша реплика о мормонах весьма значима. В США государство — далеко не единственная сила. Там за спиной государства есть закрытая сеть, которая выросла из масонства, из разных протестантских номинаций. Масонство — это в основном уже прошлое, но закрытая сеть никуда не делась. Мы всегда проигрываем, потому что у нас такой общественной опоры для государства нет. У нас вообще ничего, кроме государства, нет, а государство порой рушится… Православная церковь — к сожалению, тоже часть государства, не более того, мусульмане обращены в сторону Мекки, где сидят салафиты-ваххабиты… Никакой российской идентичности пока не возникло, никакой национальной идеи у нас нет, а поэтому всё непрочно, и на одном Путине держаться не может.

Андрей ФУРСОВ, историк.
В 1970-е годы начался перевод определенных сегментов промышленности из ядра капиталистической системы, прежде всего из США, в страны тогдашнего Третьего мира, прежде всего в Корею и на Тайвань. И вскоре уже заговорили о "восточноазиатских тиграх" и т.п. Перевод промышленности принес большие прибыли буржуинам "технологического ядра": рабочая сила периферии была значительно более дешевой и значительно менее организованной, чем на Западе.
И всё же не прибыль была главным мотивом и фактором, определившим "переброску индустрии". То было начало развертывания долгосрочной социально-экономической, геоисторической программы деиндустриализации Запада. В её основе лежал классовый интерес мировой капиталистической верхушки: дальнейший рост промышленности в ядре, развитие науки и техники вели к увеличению численности рабочего класса и среднего слоя, а следовательно — к усилению их социальных позиций, к демократизации буржуазного общества. А это уже напрямую угрожало интересам верхушки, что и нашло своё выражение в написанном в 1975 г. по заказу "Трёхсторонней комиссии" докладе "Кризис демократии". Этот доклад стал идейным обоснованием "раздемократизации", а косвенно — и деиндустриализации Запада. Однако полностью реализовать эти планы, пока существовал Советский Союз как конкурент Запада было и опасно, и невозможно, поэтому разрушение СССР стало необходимым условием и составным элементом всей программы. Другими её элементами стали грядущая депопуляция мира и дерационализация сознания и поведения, добавившиеся к внешней дерационализации, хаотизации экономики в рамках неолиберальной (контр)революции.
Последняя представляет собой (контр)революцию Хаоса, призванную остановить ход истории, а затем повернуть его вспять для того, чтобы нынешняя верхушка после демонтажа ею же капитализма сохранила власть и привилегии в новом обществе. Причем это новое общество должно, по замыслам его проектировщиков, быть не "светлым будущим", а мрачным (для основной массы населения) прошлым. По сути, речь идет о демонтаже не только капитализма, но всей европейской цивилизации, европейскости, о возвращении во времена Древнего Египта, а для большей части человечества — в доцивилизацию, в футуроархаику и неоварварство с криминально-племенным душком.
Власть в будущем "неопрошлом" мире должна быть основана на контроле над ресурсами (явно некапиталистическая и даже не рыночная "глобальная распределительная экономика" Ж. Аттали), информацией (для этого сегодня рушат образование) и сознанием (психосферой). Социальные лифты для основной массы населения практически не предусматриваются, консервируется нынешняя ситуация резко выросшего за 1980–2000-е годы неравенства. По сути речь идет о создании социума, комбинирующего черты феодально-средневекового, рабовладельческого и кастового обществ, верхушка которого, монополизировав рациональное знание (неожрецы) выступает в качестве носителей магической власти; магия должна заменить и религию, и науку (отсюда одновременное сегодняшнее наступление и на науку, и на христианство).
Кто-то скажет: а как же компьютеры, IT-технологии и NBIC-конвергенция? Разве они — не альтернатива? Разве персонификаторы этой социо-производственной стратегии не стоят на пути "неожречества"? Не стоят. Не альтернатива.
Поворот от деиндустриализации произошел одновременно с рывком в развитии информационно-компьютерных технологий: во-первых, они были наукоемкими и не требовали значительного по численности рабочего класса; во-вторых, их достижения обещали контроль над информационно-образовательной сферой и психосферой. Таким образом, "передовые информационные" технологии — составной элемент кастово-жреческого ("темновекового") проекта, к тому же, как показали отношения аристократии и буржуазии в эпоху Нового времени, именно компромисс является основной формой отношений внутри верхушки, элоев, особенно перед лицом угрозы со стороны морлоков. Кроме того, "айтишные деньги" — "молодые деньги", и именно их будут уничтожать "старики". Часть "молодняка" (Гейтс, Баффет) это уже поняла и сдает деньги в "общак". Я уже не говорю о том, что жрецы — это фасад, кто-то ведь должен за "завесой мрака" магической власти развивать анклавы рационального знания.
Программа "три-Д" (не путать с 3D-принтерами!): деиндустриализация, депопуляция, дерационализация, — запущена; курс — "темновековое" неокастово-жреческо-рабовладельческое общество; за этим курсом — мощнейшие силы и средства. Это — их прогресс, который означает регресс для 80–90% человечества. Запрограммирован ли их успех? Нет, не запрограммирован. Будущее рождается в борьбе. Я не люблю так называемых "зрелых Стругацких" (мне понятен социальный смысл их "творчества"), тем не менее в переложенной ими в виде "Улитки на склоне" "Страны водяных" Акутагавы есть эпизод, который мне очень по душе. Главный герой, Кандид (привет Вольтеру!), столкнувшись с жестоким, антигуманным ходом событий, представляемых в качестве прогресса, не встраивается в них, а, зафиксировав позицию "это не мой прогресс", берет скальпель и уходит в лес, обещая стать тем камешком, на котором этот прогресс споткнётся. Прогресс "тёмных" должен быть пущен под откос.

Владимир ВИННИКОВ, культуролог.
Хочу обратить ваше внимание на тот момент, что проблема "светлых" и "тёмных" сил, "светлого" и "тёмного" знания постоянно возникала в ходе этого "круглого стола". Ничего подобного для классической науки, исходящей из бэконовского принципа "knowledge is power", или, в латинском варианте, "Scientia potentia est", то есть "Знание — сила", — не существовало. Для неё знание само по себе было и силой, и светом, и добром...
Гёте создал грандиозный образ Фауста, который стремится не просто к бессмертию и вечной молодости, а к победе над самим временем. Но — каким путём и кого он дал ему в спутники? Спрашивается, чем Маргарита провинилась перед Фаустом, Мефистофелем и Богом? Существуют ли, в таком случае, люди первого, второго, третьего и так далее сорта? Гёте эти вопросы оставляет как бы "за кадром", "уплывая" в откровенную мистику. Но ведь эти вопросы, по сути, никуда не делись. Современная наука — это уже миллионы, если не десятки миллионов "фаустов", и уже давно стало понятно, что совокупный эффект от их деятельности может оказаться катастрофическим для всего человечества.
Поэтому современная наука, в отличие от классической, всё чаще обращается к метафизике, к религии, а следовательно — к Богу. Но "встречного движения" со стороны религиозных институтов, со стороны церкви либо вообще нет, либо оно чрезвычайно слабо выражено. В значительной мере это касается и Московской Патриархии, где сегодня тон задают те иерархи, которые считают весь научно-технический прогресс исходящим от лукавого, формой апостасии, словно забывая о православном понимании человека как "раба Божьего", то есть "со-творца" и "соработника" Богу. Точно так же евангельскую формулу "нет власти аще не от Бога", трактуют как "всякая власть от Бога". Но это — особая большая тема, которая заслуживает отдельного разговора.

Александр НАГОРНЫЙ.
Я благодарю всех участников нашей дискуссии и постараюсь подвести под нею некую промежуточную черту — потому что обозначенные здесь проблемы не только остаются, они обостряются, и их обсуждение должно продолжаться. Причем, ситуация для нас может "взорваться" в любой момент.
Вскрытие генома человека — что это такое? А что такое биоинженерия? А что такое создание протезов, которые управляются нервными импульсами, идущими от человека, созданными в Массачусетском технологическом институте? А что такое разработки Пенсильванского технологического института, которые позволяют следить за мыслями человека благодаря использованию системы специальных сверхминиатюрных чипов, вживленных в головной мозг? Это говорит о том, что до создания киборгов остался один шаг, и вскоре человека можно будет "усиливать" по заданному набору параметров.
Но если биотоки идут из головного мозга, то можно развернуть их и в другую сторону. Создать в сознании человека ту картинку, которая будет определять его действия, руководить ими.
Это выход к совершенно другой цивилизации. Сейчас много пишут о технологиях объёмной печати, о 3D-принтере. На них начали "печатать" оружие, и тому подобное. Но это всего лишь первые шаги. А что дальше? Практически промышленность с применением физического труда человека станет ненужной, Китай рухнет. Мы можем рассмотреть перспективу и сказать, что в ближайшие три года ничего эпохального не произойдет, за пять лет — вполне может быть, а за семь лет, к 2020 году — начало смены цивилизационной парадигмы выглядит практически неизбежной.
США, сосредоточив свои научно-технические усилия в нескольких направлениях, создали сверхкрупные инновационные корпорации — такие, как MIT, Stanford Research Institute, который больше чем MIT, и другие. Все они работают в тесной связке с Пентагоном и спецслужбами. Вопрос: что, правящие круги США живут сами по себе, а Пентагон и АНБ сами по себе? Или же они вместе реализуют некую общую программу перехода к новому глобальному технологическому укладу, исходя из обозначенных выше перспектив?
Россия к такому повороту событий категорически не готова. У нас власть имущие озабочены и заняты совсем другими проблемами: подготовкой к Зимним Олимпийским играм в Сочи или пилингом земли под институтами РАН. Минобороны чуть было не превратили в контору по ликвидации армии, и одумались лишь тогда, когда возникла угроза российским активам за рубежом. Министерство науки и образования в открытую "гробит" и науку, и образование, но тут кажется, что учёные никакой пользы для сумм прописью не приносят, поэтому с ними можно поступать как угодно. Такая позиция — самоубийственна для нашего государства, нашей страны, нашей русской цивилизации в целом. Молчать об этом или делать вид, что ничего страшного не происходит, было бы недостойно и даже преступно. Полагаю, наш "круглый стол" — лишь первый шаг в данном направлении.

Алхимия – XXI

Интервью с Глебом Александровичем Бутузовым
«Завтра», № 44 от 29 октября 2008

Глеб Александрович Бутузов  Глеб Александрович Бутузов

Глеб Александрович Бутузов (род. 1963) – современный русский философ. В возрасте тринадцати лет увлёкся работами Шри Рамакришны Парамахамсы и Свами Вивекананды; в старших классах средней школы изучил Иммануила Канта и Георга Гегеля. Основным философским влиянием в период занятий в Киевском политехническом институте (1980–1986) был Фридрих Ницше. По окончании учёбы главным интересом была индийская метафизика и классические тексты Махаяны; на этот период также приходятся занятия формальной логикой – изучение работ Роберта Фейса, Сола Крипке и Курта Шютте. В 1988–1993 годах, наряду с профессиональной деятельностью музыканта, изучал Мартина Хайдеггера, работы Свами Муктананды, даосские тексты. Затем познакомился с каббалой, изучил классические источники «Зогар», «Бахир» и «Йецира», а также работы Бен-Шимона Халеви и Михаэля Лайтмана, однако эти занятия принесли разочарование. В 1995 году, повинуясь внутреннему импульсу, начал изучать тексты средневековых и ренессансных алхимиков, в результате чего занятия герметической философией обрели основное место в жизни. Член редакционного совета журнала «Волшебная Гора». Автор книги «Алхимия и Традиция» (М., 2006), а также ряда статей и переводов.

– Глеб Александрович, что вы можете сказать о современной русской философии? Какими именами она представлена?

– Я должен предупредить, что этот вопрос относится к категории «за какую команду вы болеете?». Судя по тому, что я отвечу – «Спартак», «Динамо» или «Зенит» – вы (и читатели) легко сможете сделать вывод, стоит ли со мной о чём-либо говорить или в меня нужно бросать пивными бутылками. Однако могу сказать, какой спорт мне нравится (или нравился, что почти одно и то же). Мне нравился Иммануил Кант, поэтому мне интересны люди, которые принимают и разделяют этот тип мышления и эту строгость. Мне нравятся Вадим Васильев и Геннадий Майоров. Фёдор Гиренок – за очень близкое к традиционному понимание некоторых важных вещей. Кирилл Никонов – потому что мне интересно читать религиоведческие работы в целом, а взгляд с противоположной стороны бывает ценнее, чем слова единомышленников. Тарас Сидаш – поскольку он смотрит на греческих философов под очень близким мне углом, а также потому, что он поэт, а философия и поэзия – две стороны одной медали.
Можно упомянуть множество имён, но главное не в этом, а в том, что разговор всё равно о футболе. Современная философия может быть оригинальна, увлекательна, чем-то близка; она может наводить на интересные мысли, развивать логику мышления; наконец, заменять современную литературу вследствие мировоззренческой бедности последней. Но она не может решить наши экзистенциальные проблемы. Если кому-то кажется, что она их решает, ему можно только посочувствовать.
Современная философия – шахматы для сокамерников: помогает отвлечься от счёта дней и не замечать решёток на окнах, а лишняя порция супа для выигравшего не меняет принципиально его положения. Герметическая философия указывает на выход и даёт ключи; дальнейшее зависит только от того, насколько философ умело с ними обращается. Наградой может быть свобода, и есть ли награда выше? Если бы вы спросили о моих пристрастиях в области современной русской герметической философии, я бы назвал Евгения Головина. Здесь, конечно, есть ирония, поскольку при всём желании сейчас трудно назвать другое имя, но уверен, что когда такие имена появятся, это не потускнеет.

– Какое место занимает алхимия в ваших философских работах?

– Я герметик, и, следовательно, алхимия в моей работе (как в процессе заполнения пространства бумаги текстом, так и в других менее заметных действиях) занимает главное место. Алхимия, согласно классическому определению Мартина Руланда, есть освобождение чистой субстанции от примесей, и всякий человек, сублимирующий и кристаллизующий в своём сознании научную идею, художественный образ или политическую цель, действует как алхимик – либо как неумелый любитель, который даже не подозревает, чем занимается, либо как последователь традиции, знающий modus operandi и основные ключи тайного знания, либо как адепт, в чьих руках, покрытых магической тинктурой, реальность плавится подобно воску и принимает любую форму по воле творящего.

– Почему вокруг алхимии возник антисциентистский миф, несмотря на то, что именно алхимия явилась родоначальником научной химии?

– Мирча Элиаде в работе «Миф и реальность» сказал, что классические греческие мифы демонстрируют триумф литературного процесса над религиозной верой. С другой стороны, этот же автор в работе «Мифы, сны и мистерии» продемонстрировал, что для до-современного человека миф составлял высшую реальность в противовес псевдо-реальности исторического существования…
Несомненно, алхимия – миф, хотя бы потому, что такие герои, как Ясон и Персей суть классические персонификации алхимика, а Медуза, Пегас, Золотое Руно и многие другие персонажи и объекты мифологического корпуса – алхимические субстанции в самом буквальном смысле этого слова. В свою очередь, появление сциентизма означает откровенное признание современной науки в том, что она основана на слепой вере. Алхимия – это антисциентистский миф, вокруг которого (не без помощи самой алхимии) образовалось плотное облако заблуждений, каковое современные люди привыкли называть «мифом». В число этих заблуждений входят мнимые родительские права на современную химию, которыми будто бы обладает алхимия; скажем, в Греции первых веков нашей эры алхимия и химия сосуществовали независимо и параллельно, что отмечали многие авторы (Фрэнк Шервуд Тейлор, Мирча Элиаде). Действительно, некоторые алхимики были также химиками; однако и некоторые выдающиеся поэты были художниками, но никто не выводит поэзию из живописи или наоборот.

– В XX веке был изобретён ядерный реактор, в котором нередко получается золото в процессе работы реактора. Исчерпало ли себя такое центральное алхимическое понятие, как философский камень?

– Живопись не исчерпала себя после изобретения фотографии, а выдающиеся достижения косметической хирургии не обесценили классические примеры женской красоты. Потому что красота выходит за пределы изображения, а философский камень – за пределы «научной реальности», не говоря уже о производстве презренного металла. Кроме того, надо заметить, что затраты на создание реактора несравнимы с количеством получаемого с его помощью искусственного золота, что ни в коей мере не соответствует алхимическому идеалу, – зато, как пример мыши, рождённой горой, вполне типично для современных научных достижений.

– Каким образом внутренняя алхимия как трансформация человека соотносится с будущей евгеникой? Является ли постчеловеческая персонология разновидностью философско-антропологической алхимии?

– В отношении евгеники мне хочется вспомнить барона Юлиуса Эволу, который в сходной ситуации сказал, что это, быть может, хорошо для лошадей, но вряд ли применимо к человеку. Всякая евгеника имеет дело с биологическим видом homosapiens: она ограничена пределами его физико-химических свойств и их преобразованиями, тогда как алхимия занимается трансмутацией представителей этого биологического вида в Человека, то есть в то существо, которое, согласно христианской традиции, является «образом и подобием Божьим».
Персонология – это очередной бессчётный (и, вероятно, столь же неизбежный для современного типа мышления, как и предыдущие примеры) переход от структурализма к функционализму, на сей раз претендующий «вобрать в себя традиционную метафизику» в стилистике сказки про крокодила и солнце в научном исполнении.

– В каком состоянии находится алхимия в мире?

– Не в блестящем. Потому что этот мир таков, какова алхимия в нём. Одна из промежуточных целей всякого Делания – так называемый баланс стихий: состояние, когда «море успокоилось, и ветер утих». Современный мир продолжают раздирать страсти самого низкого пошиба, а ложь является неотъемлемой частью всякой профессиональной деятельности и взаимоотношений внутри любого формально организованного человеческого сообщества; любовь, основа всякой философии (что заложено в самом названии этой науки), занимает весьма скромное место в жизни современных людей, и часто на поверку оказывается суррогатом, сделанным из тщеславия, жалости, привязанности, желания зависеть и т. п.

– Как вы оцениваете отечественную алхимическую традицию? Могли бы вы охарактеризовать таких алхимиков, как Евгений Головин, Вадим Рабинович и Олег Фомин?

– Не существует «русской алхимической традиции», как не существует «американской» или «швейцарской». Есть единая герметическая традиция: к ней, кроме греко-александрийской версии, можно было бы отнести и китайскую алхимию, и учение раса-шастра, однако в рамках современной науки это влечёт за собой необходимость предоставлять «исторические документальные подтверждения» очевидного факта). Это единое знание космологического характера, опирающееся на традиционную метафизику, в русле которого существуют различные прикладные алхимические школы. Я бы выделил четыре – французская, английская, латинская (итальянская) и немецкая. Русская школа ещё не сложилась, несмотря на большое число свидетельств присутствия герметического учения в русской культуре в виде герметического символизма. Но мне кажется, рано или поздно это произойдёт, потому что к этому есть предпосылки – в частности, работы упомянутых вами авторов.
Книга Вадима Рабиновича «Алхимия как феномен средневековой культуры» представляет собой масштабное академическое исследование, кладезь сведений, ссылок и прочего. Можно по-разному относится к подобного рода исследованиям, но их полезность для формирования всякой школы, даже эзотерической, несомненна.
В отношении Евгения Головина, думаю, комментарии излишни – это состоявшийся герметический автор, вероятно, единственный в поле русского языка. Вообще любой герметический текст представляет собой культурное явление, артефакт ничуть не в меньшей степени, чем научную работу и учебник (в традиционном понимании этих слов). Евгений Всеволодович пишет интереснейшие книги на своём собственном герметическом наречии, и его отличие от диалекта других (в том числе «традиционных») авторов как раз свидетельствует если не о достижениях в области практической алхимии, то, как минимум, о глубоком понимании её целей и методов, и как бы ни сложилась дальше судьба русской школы, его тексты останутся в её фундаменте навсегда.
Олег Фомин – молодой (в русле герметизма) автор и исследователь. Его взглядам свойственна некоторая незрелость, но я не видел плодовых деревьев, на которых бы за одну ночь появлялись спелые фрукты. Кроме того, его исследования герметических символов в русской народной культуре – единственные в своём роде, и, мне кажется, их трудно переоценить. Если вообще на земле сохранилась гильдия в том смысле, как её понимали восемьсот назад лет, то это гильдия алхимиков. Можно критиковать собрата по цеху, но дать его в обиду профану нельзя даже во сне.

– Место герметического языка в философии языка?

– Место мебели, как я понимаю. Можно, конечно, смотреть на язык как на объект, но это ничуть не лучше, чем смотреть на куст крыжовника как на препятствие на скачках. Герметизм – живая традиция, и пока ей определят место в философии языка, она будет уже за тысячи километров от этого места.

– Сохраняет ли современная химия некие алхимические черты?

– В области научного подхода принципиально никаких. Даже упомянутые вами выше достижения по трансмутации металлов методологически противоположны алхимии (каковая всегда идёт путями Природы); это алхимия-наоборт, или «алхимия с чёрного хода». Тем не менее, преемственность существует в области технологии – даже сегодня в химическом производстве используются наработки алхимиков XVII века, в частности Иоганна Глаубера, не говоря уже о перегонке спиртов (само слово «алкоголь» было введено в обиход арабскими алхимиками) или «водяной бане», которая была изобретена алхимиком Марией Пророчицей (и называется по-французскиbaigne-Marie в её честь). В середине двадцатого века некоторые фармакологические фирмы (в частности, швейцарское отделение «Bayer’a») заключали контракты с известными спагириками (например, с Анри Барбо) в целях поверки эффективности этой технологии и её возможного применения. Результаты тестов были поразительными, однако проект был закрыт по «этическим причинам»: вследствие несовместимости такой технологии с серийным производством и необходимости участия оператора на всех этапах приготовления, стоимость унции препарата равнялась нескольким десяткам тысяч франков. Хотя, конечно, нашлись бы люди, готовые платить эту цену, но этический вопрос доступности лекарств сыграл решающую роль.

– Каков натурфилософский базис нынешней алхимии?

– В число условных авторов герметических трактатов, имеющих кардинальное значение, входят Аристотель, Фома Аквинский, Альберт Великий, Роджер Бэкон и др. Есть подозрение, что натурфилософия и есть алхимия, которая очищена от галлюцинаций людей, не имеющих понятия о герметическом языке.

– Каковы фармакологические последствия алхимии?

– Этот вопрос имеет смысл только в том случае, если под «алхимией» подразумевается либо школа, следующая раса-шастра, либо самого деревенского пошиба спагирия – «эликсиры бессмертия», вливаемые в уши персонажам Шекспира. В первом случае следствием употребления алхимических препаратов может стать ваша трансмутация, во втором – расстройство желудка… или слуха.

– Какой алхимик, по вашему мнению, внёс самый значительный вклад?

– Адам. Согласно легенде, архангел Уриэль передал герметическое знание человеку в тот момент, когда он покидал Эдем; ценный подарок для землянина, а также залог возможности вернуться, который не утратил своей ценности даже сейчас.

– Какой смысл вы бы вложили в такое понятие, как поиск русского философского камня?

– Есть такая классическая работа Иоганна Милия «Opus medico-chymicum». В ней много гравюр – медальонов, в которые вписаны герметические портреты великих адептов, состоящие из космогонического сюжета и соответствующего высказывания философа, которое стало определяющим для изображённого этапа алхимического Делания в рамках герметической философии. Медальоны сопровождают имена адептов. Русских там нет. Так вот, поиск русского философского камня – это поиск Философского Камня русским философом. Когда эта находка состоится, и в старинной галерее Милия появится невидимый портрет, под которым будет стоять русское имя, это будет означать, что в золотой цепи Гомера появилось новое звено – русская душа.

– Имеет ли алхимия будущее (например, в виде особой философской методологии)?

– Надеюсь, что да, поскольку древняя максима гласит, что этот мир существует до тех пор, пока не порвалась золотая цепь Гомера, то есть пока в мире живёт хотя бы один адепт. Имеет ли алхимия будущее в качестве «особой философской методологии»? Думаю, что примерно такое же, как ослик, запряжённый в тройку в качестве пристяжной.

– В какой мере алхимию можно назвать лженаукой?

– В той мере, в какой некоторые исследователи пытаются превратить это царское искусство в современную науку. Так, алхимия Дэвида Хадсона и подобные игры с элементами платиновой группы – лженаука, алхимия Джо Чемпиона как «низкоэнергетические ядерные трансмутации» – лженаука, алхимия Карла Юнга как поиски «самости» – лженаука и т. п. Всякий раз, когда вам торжественно открывают глаза, и говорят, что крашеный забор есть подлинное произведение живописи, поскольку по ходу дела использовались настоящие краски и кисти, у вас есть основания заподозрить говорящего в лженаучности.

Беседовал Алексей Нилогов

http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/08/780/72.html
http://modernlib.ru/books/zavtra_gazeta/gazeta_zavtra_780_44_2008/read/

Евгений Головин. Доктор Шренк-Нотцинг и потусторонняя терапия

"Платок заколыхался и воспарил над паркетом, поднимаясь из глубины тени, розовея в красном цвете лампы. Я сказал "воспарил", это неверно: его взяли и вознесли. Платок зажали двумя или тремя пальцами, мяли комкали, потом аккуратно опустили на прежнее место".
Томас Манн. Оккультные переживания.

"Дверь кабинета полуоткрыта. Женская фигура, задрапированная сиреневой тканью, боком пробирается в гостиную. Ей чуть-чуть неудобно - мешает развитая грудь, но в то же время складки покрывала свободно пересекают массивность двери. Странно. Гости переглядываются - нет, никто прежде её не видел. Она подходит ко мне - чувствую полное оцепенение и порыв свежего, напоенного сиренью воздуха. Касается ладонями моих висков. Зверская мигрень, которая мучила меня целый день, затихает. Она удаляется в сторону большого старинного зеркала и пропадает. После сеанса зеркало подёрнулось какой-то серебряной испариной и более ничего не отражало".
Вальтер Ратенау. Любопытные факты из моей жизни.
Много весьма знаменитых людей посетило сеансы доктора Шренк-Нотцинга, среди прочих Бергсон, Гессе, Рильке, Конан Дойль, из чего следует: этот доктор также субъект небезызвестный. Однако слава славе рознь. Он занимался делами столь рискованными, что снискал репутацию учёного сомнительного, если не инфернального.
А ведь всё началось вполне благополучно. Будущий "шарлатан и самозваный профессор", барон Альберт фон Шренк-Нотцинг родился в 1865 году и великолепно защитил диссертацию по "редким случаям паранойи" в Мюнхенском университете в 1890 году. Очень успешно занимался лечением нервных и сексуальных расстройств в немецких и швейцарских клиниках, крайне интересовался экспериментами Уильяма Крукса и Вильгельма Цоллера и других известных спиритуалистов. (Спиритуализм и материализация духов суть высокая наука; спиритизм, скорее, развлекательное времяпровождение).
Первый скандал вызвала его работа "Онанизм и музыка ангелов" (1905). Книгу запретили, автора привлекли к суду, в тюрьму, правда, не посадили, ограничились денежным штрафом. На современный взгляд вполне спокойное, интересное исследование. Сомнительным показалось вот что: автор считает онанизм лучшим эротическим занятием для застенчивых мечтателей, склонных к воображаемому реваншу за поражения в суетливом и враждебном внешнем мире. Книге предпослан изысканный эпиграф из поэта немецкого барокко Каспара фон Лоэнштена: "Разве нищая истина сравнима с ложью? Ложь, не трогая цветка, даёт вкусить самые роскошные плоды". Шренк-Нотцинг отрицает, что в грёзах эротоманов отражается реальная женщина, реальный мужчина. По его мнению, перед внутренним взором возникает собственная душа, которая всегда противоположного пола; эта "душа" принимает иногда знакомый облик, не более того. Подобные соображения, усложненные, дополненные удивительными примерами, повторились затем в его двухтомнике "Феномены материализации" (1910, 1918).
Не будем пересказывать известную историю о двух американках, сёстрах Фокс, и победном шествии спиритизма в Новом, затем Старом Свете во второй половине ХIХ века. Стоит упомянуть следующее: спиритизм поразительно совпал с перспективными открытиями в области электромагнетизма, и многие физики, в том числе Максвелл и Эдисон, очень тесно соединяли эти явления, которые были преданы анафеме в энциклике папы Пия Х. Вплоть до двадцатых годов ХХ века Ватикан игнорировал электрическое освящение. Ломброзо, Уильям Крукс, Рише, Цолльнер превратили развлекательное "столоверчение" (это неточно: вертят не стол, а "планшетку" - большой круглый картон с алфавитом) в науку, искусство, веру под общим названием "спиритуализм". Разница весьма существенная: если спириты толковали и систематизировали беспричинные стуки и шумы, вернее, паранормальные сонорные эффекты, то спиритуалисты с помощью медиумов и сложной аппаратуры пытались проникнуть в беспредельность потустороннего и не только связаться с обитателями оного, но и представить их, так сказать, во плоти.
О феноменах материализации заговорили уже в семидесятые годы ХIХ века после манифестации "великой Кэти Кинг", одной из самых ярких "аппариций" (явлений призраков) за всю историю движения. Она материализовалась на десяти сеансах, у неё взяли интервью, в котором она совершенно отрицала роль электричества и признавалась в совершенном непонимании происходящего. Куда она исчезает после растворения в воздухе? В медиума. Помнит ли что-нибудь о своей земной жизни? Очень мало. Жила при дворе короля Карла I под именем Анни Морган, её зарезали солдаты Кромвеля. Не осталось ли следов смертельного ранения? Кэти Кинг показывает едва заметный рубец на левом боку.
За три буржуазных века не было, вероятно, события более странного, нежели материализация призраков. После первых потрясений началась кампания тщательных и дотошных проверок - обыскивали помещение до и после сеанса, специальных часовых ставили у дверей и окон, пальпировали тело и одежду медиумов. Когда проверка завершалась успехом, то есть вытаскивали "призрака, к примеру, из стенного шкафа, пресса ликовала. "Создавалось впечатление, - писал Густав Майринк в эссе "На границе потустороннего", - что спиритуалисты покушались на святая святых цивилизованного человека - на право быть только куском плоти, после смерти гниющим в земле стопроцентно и окончательно".
Однако на пустом месте шарлатанство не возникает, необходим хотя бы один подлинный факт. К досаде позитивистов, подобных фактов набралось слишком много. Поразителен случай обращения в спиритуализм Артура Конан Дойля. Он всегда был рационалистом и скептиком. В 1915 году брат его жены отправился во Францию на фронт, через месяц пришло известие о его гибели. Ещё через месяц, однажды на раннем рассвете писатель заметил в ногах кровати смутный мерцающий силуэт. Призрачный человек подошёл к столу, что-то начеркал, затем пропал, рассеялся, растворился. Тем не менее, Конан Дойль узнал родственника. На записке значился цифровой код камеры хранения лондонского вокзала Чаринг-кросс. Там оказался саквояж с фамильными ценностями, письма, чековая книжка. Этого кода никто знать не мог - писатель провёл тщательное расследование не хуже своего знаменитого героя. Пришлось исключить все версии кроме потусторонней. С тех пор Конан Дойль стал убеждённым спиритуалистом. Один из его биографов выразился так: "Что сказал бы Шерлок Холмс, узнав об этом?"
Несмотря на очевидную невозможность рационального объяснения "медиудизма", социологи, терапевты и, разумеется, психиатры пытливо изучали характер, образ жизни и наклонности обладателей этой странной способности. Вывод: медиумы, как правило, люди простые, молодые, ничем особенным не блистающие - бухгалтеры, машинистки, зубные техники, садовники, словом, обслуживающий персонал. Никто из них толком не знает, почему он - медиум. Франц З., один из первых медиумов доктора Шренка-Нотцинга, сказал: "Я умею засыпать очень быстро и в любом месте, иногда фрагменты моих снов видят окружающие". Вили С., его другой медиум, простодушно признался: "В состоянии транса не вижу никаких снов, потом, кроме сильной головной боли и ломоты в суставах не чувствую ничего". Знаменитая Клэр П., причина манифестации Кэти Кинг, вообще ничего толком ответить не смогла. Шренк-Нотцинг писал в первом томе "Феноменов материализации": "Перед сеансом и во время сеанса медиум трансформируется в другое существо. Несмотря на многолетний опыт, я не рискну определить природу этого существа. О себе скажу: во время сеанса я чувствую неразрывную связь с медиумом, даже пребывая в другой комнате. Не берусь ничего объяснять, равно как никогда не могу предсказать, что именно материализуется".
Франсуа Рабле назвал человека bestiae explicatorum, "зверем объясняющим". Человек не успокоится, пока не найдёт более или менее сносных объяснений тому или сему, и его не смущает постоянная неудовлетворительность таковых. Спиритуализм анализируют более ста лет и, несмотря на более благоприятные условия, нежели в эпоху НЛО, куда учёных не приглашают, результат приблизительно аналогичен. Всякий факт, всякий поворот действа имеет своё название, но это всего лишь опознавательный знак. На всех европейских языках изданы словари и энциклопедии спиритуализма, блистающие словечками типа: аппорт, деспорт, перкуссия, реперкуссия, эктоплазма, кататранс, гипертранс, тангентальная транспластика и чёрт знает, чем ещё.
Аппорт, к примеру, это появление во время сеанса объектов безусловно чужеродных: тропических зверей и птиц, огромных пауков, рыцарских доспехов. Деспорт: свободное, прихотливое плаванье в пространстве зала или кабинета медиума или "аппараций"; зигзагообразное движение брошенного яблока или подсвечника.
Всё это проявляется мгновенно и пропадает довольно быстро. Однако история спиритуализма знает несколько уникальных аппортов. На сеансе Уильяма Крукса "великая Кэти Кинг" по его просьбе отрезала прядь волос на память. Эта прядь никуда не исчезла и осталась у английского спиритуалиста. Доктору Шренку-Нотцингу призрачный хирург подарил удивительный скальпель, который не резал, но "замыкал" края рваной раны, устранял язвы и нарывы одним прикосновением. Об этом чуть позже, сейчас остановимся на важнейшем понятии "эктоплазма". Энциклопедическое толкование: "Аморфная масса разной степени концентрации, где образуются телепластичные структуры и формы". Не очень-то понятно, однако объяснить действительно трудно. Одни считают эктоплазму невидимым "испарением", выходящим изо рта и ушей медиума в состоянии транса, другие - волновой активизацией его "астрального тела", третьи - биомагнитной напряжённостью "ауры". Это даже не попытка определения, но словесная игра в прятки с непостижимым. Рене Генон в книге "Заблуждение спиритуалистов" процитировал около двадцати интерпретаций эктоплазмы, одно другого чудней. Тем не менее, совершенно ясно: без присутствия эктоплазмы материализация принципиально невозможна. Вероятно, загадочной эктоплазме присуща та или иная степень энергетической концентрации, иначе как объяснить туманную отвлечённость, фрагментарность или яркую целостность аппариций?
Доктор Шренк-Нотцинг в своей книге и не пытается растолковать неведомое. Он считает событие спиритизма, затем материализации неожиданным результатом иррациональных взаимодействий двух миров - потустороннего и реального: "Мы не можем убедительно объяснить, почему в контакте специально обработанных поверхностей свершается чудо огня, вспыхивает спичка. Смешно требовать от медиума, чтобы он открыл тайну эктоплазмы. Даже под пыткой человек не скажет, почему он блондин, а не брюнет".
Шренк-Нотцинг - единственный из мастеров спиритуализма занимался "врачебной практикой", если подобное выражение уместно в данном случае. Роль его сводилась к суггестии диагноза. Доктор с первого взгляда знал, страдает ли кто из посетителей сеанса пустяковым недомоганием или серьёзным недугом. Если материализация удавалась, он обращал внимание потустороннего гостя или гостьи на больного, часто без всякого эффекта. Но иногда лёгкое прикосновение, несколько непонятных слов приводили к полному излечению, причём посетители приписывали выздоровление счастливым обстоятельствам или Божьей воле. При постоянных обвинениях в шарлатанстве, Шренк-Нотцинг разумеется не спешил знакомить медицинскую общественность со своей невероятной терапией. Только через много лет в "Мемуарах" доктор немного рассказал об этой странной практике. Пользовался ли он своим магическим скальпелем или эликсиром долголетия того же происхождения неизвестно. "Мемуары" барона Альберта фон Шренк-Нотцинга (1930) встретили полное и враждебное молчание учёной Европы. После прихода к власти нацистов доктор уехал из Германии, с тех пор о нём никто ничего не слышал.
Для здравомыслящих людей его книги - издевательство либо паранойя. В потустороннюю терапию верили и верят медики совсем уж альтернативные. Но если нам надоело звание "зверей объясняющих", давайте превратимся в bestiae idiota, "зверей простых, простецких".

Журнал «Золотой Лев» № 138-139 - издание русской консервативной мысли.
(www.zlev.ru)

Кугушев Сергей Владиславович. Морфология кризиса

Я УТВЕРЖДАЮ, что кризис кризисов обрушится на человечество с высокой степенью вероятности уже в обозримом будущем. Более того, его латентная, скрытая фаза началась с крушения СССР. Скептики могут возразить, что подобные прогнозы делались на протяжении всей истории человечества, но оно, тем не менее, существует. Во-первых, человечество существует, но цивилизации, чьи мудрецы предсказывали катастрофу, погибли. Во-вторых, сам факт присутствия практически у всех народов предсказаний глобальной катастрофы заставляет задуматься о причинах такой убежденности. Наконец, в-третьих, приходится констатировать удивительные совпадения предсказаний даты конца света, сделанных визионерами совершенно различных культур и цивилизаций в разные эпохи и при разных обстоятельствах.
Катастрофичность как часть нашего мировоззрения находит свое основание в нескольких фундаментальных причинах. Первая состоит в самой природе человеческого разума, существующего на "кромке Хаоса", на грани между порядком и энтропией. Вторая причина связана с исторической памятью практически всех народов мира, которая смогла зафиксировать в мифах и легендах экстраординарные события, воспринимавшиеся как разрушение привычного хода вещей, как катастрофы, миротрясения. Соответственно, такие события, происходившие в прошлом, с вероятностью должны наступить и в будущем. Третья причина заключается в конечности физического существования человека. Этот непреложный факт не мог не подтолкнуть к мысли о конечности существования и человечества в целом — по крайней мере, в привычных его измерениях.
Имеется и другой вопрос: почему мы ведем речь именно о Кризисе Кризисов? Чем он отличается от тех серьезнейших передряг, случавшихся неоднократно в истории рода человеческого?
Чтобы ответить на этот вопрос, нам необходимо выяснить ряд обстоятельств.
Нам нужно установить отличительные черты Кризиса Кризисов, выделяющие его из череды уже зафиксированных катастроф.
СЛЕДУЕТ ДАТЬ ИНТЕРПРЕТАЦИЮ так называемым "уравнениям Апокалипсиса" — математическим зависимостям, описывающим жизненно важные для человечества процессы и закономерности.
Мы должны показать всё более сужающиеся возможности действия специальных адаптационных систем, позволявших человечеству в прошлом выходить из кризисов с наименьшими потерями и оставаться в рамках линии прогрессивного развития.
Необходимо выявить единовременность кризисных явлений по всем трем сферам, составляющих Большой Мир человека: в природе, техносфере и социуме.
Наконец, важно установить, что состояние современного мира и его обозримого будущего наиболее точно описывается в терминах и моделях синергетики, а конкретнее — в параметрах так называемых "процессов самоподдерживающейся критичности с обострением в режиме жесткой турбулентности".
Начнем с характерных черт кризиса кризисов.
ТОТАЛЬНОСТЬ. Кризис Кризисов охватывает все основные сферы жизнедеятельности человеческой цивилизации: экономику и культуру, политику и религию, технологии и межличностные взаимоотношения.
ГЛОБАЛЬНОСТЬ. Если раньше те или иные кризисы, как правило, носили локальный характер, то теперь, в глобализованном мире, кризисные явления становятся всеобъемлющими, охватывают всё человечество без исключения.
ФРАКТАЛЬНОСТЬ. Кризис Кризисов может быть представлен в виде схемы, когда каждый кризис более высокого порядка включает в себя несколько кризисов меньшего порядка, и так по всем уровням и контурам человеческой цивилизации.
СИНХРОННОСТЬ. Кризисы отдельных сторон жизнедеятельности человека накладываются друг на друга и связываются кольцевой причинностью, при которой причина и следствие постоянно меняются местами, усиливая друг друга. В такой системе имеют место резонансные эффекты, когда относительно слабое воздействие может породить глобальные последствия.
ИНЕРЦИОННОСТЬ. Кризисные процессы не могут быть остановлены даже немедленными действиями, а обязательно будут продолжаться во времени. Соответственно, реалистичными оказываются не меры по преодолению кризиса, а программы выживания и преображения в кризисных условиях, использующие их для открытия "Новой Земли и Нового Неба".
Перейдем теперь к так называемым уравнениям "Судного дня". В предыдущих статьях мы уже писали о том, что уравнения, относящиеся к различным сферам деятельности человека, сходятся примерно в одной точке сингулярности. Точка сингулярности означает либо распад системы, либо переход её в качественно иное состояние. Напомним еще раз, что, согласно сделанным расчетам, технологическая, информационная и социальная сингулярности наступают практически одновременно где-то в районе 2030 года плюс-минус десять лет.
Добавим к ранее сделанным выводам результаты, полученные профессором А.С. Германом и изложенные им в "Антиглобалистском манифесте". Российский ученый совместил экспоненциальные кривые, характеризующие рост народонаселения, производства и энергопотребления, с кривыми степенного распределения, охватывающими опять же все стороны жизни человека. Напомним, что еще в позапрошлом веке итальянский экономист и социолог Вильфредо Парето установил, что распределение граждан в наиболее развитых государствах Европы по уровню доходов носит степенной вид. Американский математик и статистик Альфред Джеймс Лотка установил, что степенное распределение характерно и для продуктивности научных работников. А социолог Герберт Саймон с успехом применил то же степенное распределение для ранжирования городов по численности населения.
Согласно работе Германа, совместное решение уравнений динамики и уравнений распределения опять же выводят нас на глобальный кризис в 2030-2040 годы плюс-минус десять лет.
Еще более интересен второй вывод из этой системы уравнений. Как указывает Герман, вблизи точек бифуркации или коллапса мировой экономической системы степенное распределение, имманентно присущее человеческому обществу, перестает действовать. Оно вырождается в неустойчивое распределение типа дельта-функции Дирака, когда один элемент потребляет практически все ресурсы. Герман назвал этот элемент "империей зла и обжорства". Мы назовем его "Античеловечеством".
НА ПРОТЯЖЕНИИ ВСЕЙ ИСТОРИИ в человеческом обществе действовали специальные регулятивные механизмы, позволявшие разрешать кризисы и находить выход из, казалось бы, безвыходных положений.
Один из ключевых механизмов такого рода описывается в законе иерархических компенсаций, или законе Седова, названного по имени выдающегося советского кибернетика и философа. Суть этого закона в следующем: усложнение, увеличение степеней свободы системы может происходить только за счет двух источников: либо получения ресурсов, энергии и информации извне, то есть благодаря их перекачке и присвоению, либо за счет перераспределения ресурсов, энергии и информации между уровнями внутри системы, когда усложнение и развитие верхнего уровня идет за счет обеднения и упрощения нижнего уровня. Как в задачке для начальной школы: "что в один бассейн вливается, из другого выливается".
В глобализованном мире внешних источников просто не осталось, и теперь закон Седова превращается в "клеймо Седова": усложнение и рост разнообразия на верхних уровнях мировой пирамиды разделения труда и потребления оборачивается обеднением и огрублением всех прочих уровней этой пирамиды.
Возможно, ключевую роль в выходе из цивилизационных кризисов имели бы гипотеза техно-гуманитарного баланса Акопа Назаретяна или идея о социотехническом соответствии в работах Сергея Переслегина. Суть механизмов, лежащих в основе этих теорий, максимально просто можно сформулировать следующим образом: опасности, создаваемые развитием техники, снимаются появлением социальных инноваций, и наоборот — социальные кризисы разрешаются за счет технических нововведений. При этом есть серьезные основания полагать, что в ближайшие десятилетия социотехнический дисбаланс будет лишь нарастать, не находя разрешения в рамках привычного нам общества. Более увлекательно об этом можно прочитать в цикле работ С.Б.Переслегина и А.М.Столярова "Научно обоснованный конец света".
Еще один регулятивный механизм описал выдающийся польский мыслитель Станислав Лем, и поэтому он заслуживает наименования "порог Лема". Этот философ выдвинул гипотезу наличия порога цивилизационного суицида. Суть её элементарна: цивилизация может спокойно себя чувствовать, до тех пор пока усилия, необходимые для её уничтожения, либо бесконечно велики, либо, по крайней мере, таковы, что могут быть своевременно замечены и пресечены социумом. Соответственно, Лемпостулировал наличие относительного и абсолютного порогов безопасности. С появлением атомного оружия человечество переступило абсолютный порог безопасности. Можно считать, что в ближайшие 10-20 лет будет перейден и относительный порог. В блестящей работе Алексея Турчина "Структуры глобальной катастрофы" содержится фрагмент, относящийся к порогу Лема:
"Основная технологическая тенденция состоит в том, что био-оборудование постоянно дешевеет и распространяется по миру, тогда как знания о том, как использовать его во вред, возрастают. Постоянное удешевление и упрощение машин для… считывания и создания генетического кода делает возможным появление биохакеров. Прогресс в области био-оборудования измеряется скоростью порядка 2 раза в год — то есть технические характеристики возрастают, а оборудование дешевеет. Нет никаких оснований думать, что темп развития биотехнологий замедлится — отрасль полна новыми идеями и возможностями, а медицина создаёт постоянный спрос, поэтому можно смело утверждать, что через десять лет возможности биотехнологий по основным численным показателям… возрастут в 1000 раз. При этом происходит интенсивная демократизация биотехнологий — знание и оборудование идут в массы. Если для компьютеров уже написано более 100.000 вирусов, то масштабы творчества биохакеров могут быть не меньшими.
Основной однофакторный сценарий — это распространение некоего одного вируса или бактерии. Это распространение может происходить двояко — в виде эпидемии, передающейся от человека к человеку, или в виде заражения среды (воздуха, воды, пищи, почвы). Эпидемия гриппа испанки 1918 года затронула весь мир, кроме нескольких отдалённых островов…
Возможен сценарий, когда по всему миру распространяется некое животное, являющееся носителем опасной бактерии. (Так в природе распространяется малярия на комарах и чума на крысах.)…
Уже сейчас создание биологической супербомбы в тысячи раз дешевле создания ядерного оружия сравнимой поражающей силы. Когда распространятся дешевые технологии производства произвольных живых организмов с заранее заданными функциями, цена изготовления такого оружия может упасть до нескольких сотен долларов".
НАРАСТАНИЕ ДЕФЕКТОВ В РАБОТЕ адаптивных систем социума сопровождается практически одновременным кризисом и лавинообразным увеличением дисбаланса во взаимоотношениях природы, социума и техносферы. Главная причина этого дисбаланса — в присваивающем характере человеческой цивилизации. В связи с этим, любопытные соображения приводятся в статье Владимира Пономаренко "Проблема 2033":
"В 1944 году на необитаемом острове св. Матвея были оставлены 29 оленя. Мхи и лишайники, основная пища оленей, были превосходны. Толщина мха достигала 10 см. На острове не было ни хищников, ни охотников, и количество животных на протяжении последующих 19 лет увеличивалось со скоростью 32% в год, достигнув в 1963 году численности 6000 голов. В течение последующих трех лет почти все животные вымерли, оставив жалкое стадо из 41 оленихи и одного оленя… Причина: перевыпас, чрезмерное истощение пастбища… Деградация пастбища оказалась необратимой; произошло скачкообразное уменьшение популяции оленей."
Как сказано в одном из многочисленных интернет-комментариев на этот текст, "грядущий коллапс цивилизации отличается от всех предыдущих (шумерского, вавилонского, древнеримского и пр.) одной маленькой деталью: он будет всеобщий. Глобализация мира ведёт к его глобальному краху. Как говорил юморист: зачем нужен брелок? — чтобы потерять все ключи сразу. Человек, как те олени, упёрся в границы своего "острова". Бежать ему некуда… Человеческая экономика несамодостаточна. Она паразитирует на "геоэкономике", изводя её под корень… Даже если представить, что человечество перестало расти уже завтра — это всё равно ничего не решает. Потому что даже возобновляемых земных ресурсов (еды, воды, древесины и пр.) уже сейчас тратится на 20% больше, чем воспроизводится. Это такая "течь в борту", которую за оставшееся время устранить невозможно, и она будет лишь расти… Человек зря про себя решил, что он может всё. Он не может главного: создавать себе ресурсы для жизни. Он их может только тратить. Главные ресурсы для его жизни — это воздух, вода и еда. Их может создавать только Природа. А человеческие создания (машины, самолёты, компьютеры, холодильники) — это не ресурсы для жизни, а манипуляция с ними. Манипуляция не бесцельная, а гораздо хуже. Ведущая к исчезновению ресурсов по нарастающей. Так называемый "прогресс" был смертельной ловушкой, в которую человек попал вроде того оленя. При продолжении той же линии в ближайшие 30-50 лет человек обречён как вид. Изменить эту линию он не может." (ЖЖ-юзер "utrambovshik")
Чтобы не морочить читателю голову высокими математическими материями, просто констатируем: важнейшие уравнения, описывающие главные стороны жизнедеятельности современного человечества, соответствуют критериям уравнений для систем, попавших в "режим с обострением". Подобные режимы с обострением предполагают, что после гибели системы возможно как ее последующее возрождение в виде уже другой системы, так и срыв в хаос полного распада.
ЗАСЛУЖИВАЮТ ИНТЕРЕСА оценки ведущих зарубежных экспертов относительно глобальных рисков для человечества в XXI веке. Так, например, философ Оксфордского университета Ник Бостром оценивает вероятность пережить нынешний век примерно в 75%. Английский астроном профессор Мартин Рис в своем международном бестселлере "Наш последний шанс" дает оценку примерно в 50%. К ней же присоединяется известный американский изобретатель и футуролог Рэй Курцвайль. Наиболее пессимистически настроен астроном и исследователь цивилизационных процессов Себастьян фон Хорнер, который устанавливает планку вероятности "пережития" текущего столетия всего в 35%.
Последние несколько веков существует два противоположных взгляда на прошлое, настоящее и будущее человечество. Один взгляд плоть от плоти западной цивилизации в ее капиталистической индустриальной фазе. Второй присущ традиции практически всех народов Земли: германцев и славян, майя и индусов, дагонов и алеутов. Первый взгляд — это человеческая история как прогресс. Вторая позиция — деградация как удел рода человеческого.
В пользу прогресса — необозримое множество свидетельств. Самолеты летают быстрее, оружие стреляет точнее, урожайность растет, продуктивность скота увеличивается и т. д.
У сторонников регресса аргументов меньше, но они "убойнее". Средняя продолжительность жизни человечества жизни почти не растет; в развитых странах, которые сторонниками прогресса приводятся как пример увеличения продолжительности жизни, одновременно стремительно уменьшается доля здорового населения. Достижения технического прогресса обесцениваются хищнической эксплуатацией земных недр, замусориванием планеты, сжиганием всего, что может гореть. "Зеленая революция" отравила химическими удобрениями целые страны мира. Сегодня в Азии и Европе только 5% почв соответствуют экологическим требованиям.
Таким образом, оказывается, что прогресс и регресс есть две стороны одной динамики, описываемой законом Седова.
В ЗАКЛЮЧЕНИЕ СДЕЛАЕМ НЕСКОЛЬКО ВЫВОДОВ ИЗ ИЗЛОЖЕННОГО.
— Кризис глобальной цивилизации — это прежде всего кризис западной модели существования. Россия, все более интегрирующаяся в глобальный мир с ярко выраженной структуризацией по западной матрице, движется не к развитию и процветанию, а к катастрофе и гибели. И неважно, что сегодня нас пытаются уверить в обратном.
— Ценности Западного мира: деньги, потребительство, индивидуализм, свобода, — слабо приспособлены к реалиям кризисного времени и, тем более, к реалиям Кризиса Кризисов, при котором в цене оказываются коллективизм, пассионарность, воля, первенство духовного над материальным, альтруизм, разумный аскетизм.
— Предчувствие Кризиса Кризисов заставляет совершенно по-новому оценить опыт СССР, увидеть в нем не излом истории, не регресс в сравнении с западной моделью, не насилие над природой человека, а подлинный прорыв в иную реальность, наработку технологий, социальных проектов, реализационных решений, системы ценностей, неоценимых для России, обеспечивающих ей выживание в грядущих трудных временах человеческой цивилизации.
— Кризис кризисов оставляет всё меньше надежд на "светлое будущее человечества". Вероятность дальнейшего существования человечества непрерывно уменьшается. Но, одновременно, у рода людского появляется возможность обрести "новую землю и новое небо". А это означает явленное чудо. Чудо же предполагает глубокую искреннюю веру, "умное делание". Вера придает силы, укрепляет волю, дисциплинирует воображение. Делает его материальным. Вера требует образа, задающего систему жизненных координат идеала, к которому стремятся в своих деяниях выбравшие "новую землю и новое небо". (…)

Кугушев Сергей Владиславович. Эсхатология власти

Власть таит в себе много измерений, и сакральное измерение — одно из определяющих. Власть не просто организует жизнедеятельность рода человеческого. Она является сердцевиной трех жизнеопределяющих отношений человека. К небу — в виде институционализированной веры, или религии. К себе самому — социуму, определяемому политической матрицей. И к природе — в форме коллективного взаимодействия по производству и присвоению благ окружающего мира.
Власть как атрибут человеческого сообщества, согласно христианскому канону, исходит "от Бога". С другой стороны, она традиционно связывается с темной стороной человеческой натуры, со злом. По утверждению рафинированного консервативного мыслителя графа Жозефа-Мари де Местра, власть — это вестник из чужого мира, свидетельство человеческой испорченности, материализующаяся в фигуре палача.
Современный российский исследователь Игорь Данилевский в своей революционной работе "Структуры коллективного бессознательного" утверждает, что в основе власти лежит некая структура, "матрица возможного взаимодействия людей, независимая на практике от контроля со стороны их разума". Власть есть импринтированная в коллективное бессознательное матрица взаимодействия людей. В силу этого она является универсальной формой организации человеческих сообществ.
Выделим три основные типа власти: криптократию, кратократию и смыслократию.
Криптократия — это не обязательно скрытая власть. Криптократия имеет место тогда, когда определенная социальная группа или их совокупность — так называемая элита — обладает монопольным правом на власть и соответственно является носителем "Тайны власти".
Наиболее зримый пример криптократии дают нам Соединенные Штаты, где она реализуется как бы в квадрате: с одной стороны, власть является прерогативой очень узкого социального слоя американского общества, а с другой стороны, реальной властью обладают в США не столько номинальные ее носители, сколько те, кто держится в тени или, по крайней мере, не на первых ролях. В качестве ярких примеров можно привести знаменитого "полковника" Эдварда Манделла Хауса, Бернарда Баруха, Генри Киссинджера, Джорджа Буша-старшего и т. п.
Хрестоматийный пример кратократии, то есть в буквальном смысле "власти самой власти", дает русская история. Об этом блестяще поведали Андрей Фурсов и Юрий Пивоваров в своем фундаментальном цикле "Русская Система". Они писали следующее: "Русская Система — это такой способ взаимодействия ее основных элементов, при котором Русская Власть — единственный социально значимый субъект. Если Русская Система есть способ контроля Русской Властью над русской жизнью, то Лишний Человек — мера незавершенности системы, индикатор степени "неперемолотости" русской жизни Системой и Властью. Процесс взаимодействия, с одной стороны, Русской Системы и Русской Власти, а с другой — Русской Системы и русской жизни (в которой Система далеко не все исчерпывает и охватывает, а в Системе не все Власть) и есть Русская История".
Наконец, третьим типом организации общества является смыслократия, при которой организующим началом выступают идея, вера, культурно-исторический тип. В случае смыслократии правящая элита является наиболее продвинутым носителем того или иного смысла и занимается его трансляцией внутрь общества и вовне, в мир. Примерами смыслократии могут служить Византия, Советский Союз, Халифат, нацистская Германия, фашистская Италия. Отличительной особенностью смыслократии является особая важность гипнотического инструментария. Смыслократия существует как бы не только на уровне рационального сознания, но апеллирует к базисным программам и матрицам, к установкам коллективного бессознательного, к глубинным сюжетам и структурам культурного кода того или иного народа.
Теперь настало время обратиться к одной из самых поразительных работ, которая могла бы оказать влияние на общественное сознание, но не сделала этого, будучи замалчиваемой, выведенной из круга научных дискуссий. Речь идет о книге КаспараТ. Бруэра "Скольжение", которую мы излагаем по дайджесту, подготовленному Александром Розовым.
Эта небольшая книга была написана в разгар "холодной войны" и издана в 1974 году, оставшись практически незамеченной аналитиками и учеными, непризнанной общественным сознанием. Как сказал по этому поводу сам автор: "Множество этих умных и образованных людей как-то упустили из виду, что главным достоянием человечества является не энергетика, не природная среда и (как бы кощунственно это ни звучало) не мирное сосуществование наций. Главным достоянием человечества является сам человек — как разумное существо, со своими желаниями, своими действиями и (что немаловажно) своими ошибками".
Можно сказать, что книга Бруэра — это работа над одной огромнейшей околонаучной ошибкой: утверждением, будто эволюция человека, как биологического вида Homo sapiens, прекратилась с возникновением цивилизации — поскольку якобы перестал действовать биологический естественный отбор.
Бруэр приходит к выводу о наличии в человеческой истории, начиная с определенного момента, системы отрицательного естественного отбора, когда стали выживать эволюционно более слабые особи с различного рода дефектами, чем те, которые погибали. Этот шокирующий вывод он сделал на примере кроманьонцев. Кроманьонцы — наиболее древняя из известных рас современного человека. "Люди этой породы, владевшие Европой еще 10 тысяч лет назад, в среднем существенно превосходили современного белого практически по всем физическим и, видимо, интеллектуальным параметрам... Судя по имеющимся реконструкциям, кроманьонский человек также гораздо более соответствовал эстетическому идеалу, чем современный белый, т.е. при обычных условиях обладал бы преимуществами при выборе сексуального партнера".
Красота, здоровье, интеллект, изобретательность и художественный вкус кроманьонцев давно уже поражают воображение ученых, писателей и философов. Тридцать тысяч лет назад этот человек в очень трудных условиях не только сумел выжить, но и передал своим потомкам многие достижения первобытной цивилизации. Он отличался высоким ростом (более 180 см), имел пропорциональное сложение, больший вес мозга, чем у современного человека. В те давние времена население всей нашей планеты едва ли достигало численности населения крупного современного города. Не было ни школ, ни традиций в современном смысле этого слова. Тем не менее кустарь-кроманьонец в одиночку в течение лишь одной своей жизни успевал сделать поразительные открытия. Этот доисторический мастер открыл в числе прочих и технические приемы футуристов, кубистов и модернистов XX столетия.
В общем, кроманьонцы были со всех сторон совершеннее нас, современных людей... и тем не менее, казалось бы, вопреки логике естественного отбора, их нет, а мы — есть.
Отмечая, что кроманьонская раса исчезла сравнительно недавно, всего за тысячу лет до новой эры, Бруэр задается вопросом: если естественный отбор прекратился, то почему человеческая раса не остановилась в биологическом развитии, как это происходит с животными-эндемиками, например, с австралийскими сумчатыми или полуобезьянами Мадагаскара, а стала биологически деградировать?
Автор последовательно доказывает несостоятельность версии о том, что биологическая деградация человека вызвана социальной заботой о нежизнеспособном в естественных условиях потомстве, вследствие чего якобы происходит "сохранение негативных генов". Он говорит о том, что во-первых, само по себе выживание слабых может лишь остановить эволюцию, но не повернуть ее вспять, а во-вторых, такое выживание имело место уже в среднем палеолите и не повлияло негативно на формирование кроманьонской расы.
Наконец, замечает Бруэр, никакими причинами вроде пассивного накопления неудачных признаков нельзя объяснить такую быструю биологическую деградацию, какая имела место в северо-средиземноморском регионе уже в исторический период — то есть примерно между 1500 г. до н.э. и 1500 г. н.э. Настолько быстрые процессы негативного изменения среднего фенотипа расы наблюдаются при действии факторов особого интенсивного отбора, как, например, при целенаправленном выведении человеком для декоративных целей заведомо нежизнеспособных пород собак и некоторых других домашних животных.
Бруэр приводит данные исторических документов эпохи великих географических открытий (XV-XVI вв.), где высказывается изумление явным психофизическим и эстетическим превосходством дикарей-туземцев над европейцами (в некоторых случаях это превосходство было так велико, что европейцы объясняли его колдовством). На генетическую деградацию европейцев указывает, по его мнению, и возникшая в раннем средневековье проблема наследственных уродств не только при ближнем, но даже и при дальнем инбридинге у европейцев.
Чтобы ответить на вопрос о биологической деградации, Бруэр делает вывод, что за такой негативный отбор ответственен сам социум. Современные общества по природе своей являются так называемыми "сервитивными обществами": человека удерживает в них его полная неспособность обслужить себя за пределами социума. Сервитивное общество стабильно при любой численности в силу специфических свойств включенных в него людей: их не надо удерживать силой, поскольку им некуда идти, они не в состоянии обеспечить собственную жизнедеятельность вне рамок определенной, конкретной социальной системы, с присущим именно этой системе способом материального обеспечения потребностей индивида. Именно на безысходности покоится власть в сервитивном обществе. Не насилие, а беспомощность становится альфой и омегой этой власти.
Бруэр рисует портрет среднего человека сервитивного общества. Такой индивид не должен обладать слишком крепким здоровьем, хорошей психомоторикой, быстрой реакцией и развитым интеллектом — в противном случае он, безусловно, сможет выжить если не индивидуально, то по крайней мере в условиях автономной микросоциальной группы, устроенной по кооперативному принципу (как это свойственно первобытным племенам). Дополнительным свойством, гарантирующим его пребывание в сервитивном обществе, является отсутствие волевых качеств и готовности к самостоятельным решениям.
К чему приводит власть, базирующаяся на сервитивном обществе и организующая отрицательный естественный отбор, Бруэр показал на примере европейских обществ. Впрочем, со времени написания "Скольжения" по западным странам появились куда более свежие данные.
Так, по исследованиям международного клуба Mensa International, распределение значений IQ в такой развитой стране, как США, за 2002 год выглядит следующим образом: 125-150 баллов — у 5% американцев; 110-125 — у 20%; 90-110 баллов — у 50%; 75-90 баллов — у 20%; 50-75 баллов — у 5% граждан США. Как известно, у очень умного человека IQ превышает 130 баллов, у достаточно умного лежит в интервале от 120 до 130, у среднего — от 110 до 120, а у дурака (в бытовом смысле слова) IQ составляет от 90 до 110. Ниже 90 идут различные фазы олигофрении, а порогом слабоумия в медицинском смысле считаются 75 баллов.
Таким образом, 75% американского общества составляют уже разнообразные дебилы: от бытового дурака до клинического идиота. И данная ситуация всеми силами поддерживается социальной политикой США. Так, в бюджете федеральных образовательных фондов на поддержку дебилов тратится 92% средств, а на поддержку особо одаренных — всего 0,1% средств.
Вообще, средний IQ в "цивилизованном" мире, начиная, по крайней мере, с 1994 года, падает примерно на 1 балл ежегодно. Это значит, что при сохранении имеющегося тренда средний европеец или американец имеет все шансы вернуться к состоянию олигофрении уже к 2044 году.
Можно было бы злорадно повеселиться и воскликнуть: "Они-то дураки, а мы умные!", если бы не исследования группы Цалко, которая на протяжении долгого времени ведет такую же статистику по Москве. Показатели до удивления сходны с американскими, и динамика такая же. Эти исследования подтверждают устойчивое и равномерное, из года в год, устойчивое оглупление российских граждан. Люди бегут от реальности. Приведу еще несколько цифр. Только официально, т.е. занижено в разы, у нас три миллиона наркоманов и пятнадцать миллионов алкоголиков. Шестьдесят тысяч человек ежегодно, согласно официальным милицейским сводкам, сводят счеты с жизнью. По данным медиков, на практике таковых в 2 раза больше.
По сути, речь идет о стремительной деэволюции человека в интеллектуальном и физическом смысле, совершаемой в результате определенной организации общества и вполне конкретных усилий криптократии. На наших глазах психиатрия из медицинской дисциплины превращается в прикладную политологию.
Современный режим, стараясь втащить Россию в так называемое "цивилизованное человечество", по сути, эволюционирует из кратократии в криптократию со всеми вытекающими последствиями и прежде всего — со свойственной криптократическим режимам нарастающей дебилизацией населения.
Единственной альтернативой подобной эволюции власти в сторону криптократии является решительный выбор смыслократии ак типа организации власти. Но для этого должен быть явлен Большой проект, вокруг которого мог бы выстроиться смыслократический режим и его новая элита. При выдвижении системообразующего Большого проекта ключевым фактором является его опора на глубинные структуры исторической памяти, на матрицу коллективного бессознательного, наархетипические сюжеты, организующие социальное взаимодействие. Большой проект, таким образом, оказывается точкой сборки элиты, а затем, через воздействие на коллективное бессознательное, способом собирания нового общества, а точнее, переструктуризации старого.
Либо такой проект будет явлен, либо мы разделим судьбу всего цивилизованного человечества, когда дурак будет вести диалог с олигофреном относительно счастливого будущего человечества.

Кугушев Сергей Владиславович. Задачи на послезавтра. Из Имперская задача (часть вторая)

Завтра, 16.01.08; 23.01.08

В заключение статьи я расскажу о проекте, подготовленном коллективом под руководством академика Д.С.Стребкова. Этот проект показался бы мне совершенно фантастическим, если бы не стал результатом поручения Саммита "большой восьмерки" в Генуе в 2001 году и не прошел бы строжайшую международную экспертизу с привлечением ведущих специалистов из многих стран мира. Он предполагает подлинную революцию, базирующуюся на использовании возобновляемых источников электроэнергии и принципиально новых способах передачи электроэнергии на огромные расстояния.
Коллективом Стребкова к настоящему времени разработаны и практически готовы к опытному промышленному производству компоненты солнечных электростанций, удовлетворяющих требованиям экономичности, долговечности и эффективности. Собственно, требования эти просты: КПД солнечных электростанций должен быть не менее 20 %, срок службы должен составлять 50 лет, производство проводникового материала для солнечных электростанций должно составлять не более 15 долларов за один килограмм, стоимость установленного киловатта пиковой мощности солнечной электростанции не должна превышать тысячи долларов.
Созданная под руководством академика Стребкова система, над которой работали специалисты многих институтов нашей страны, удовлетворяет этим требованиям и нуждается лишь в постановке на промышленное производство. Что же она может дать? Она может дать поистине фантастические результаты. Приведем их. Если расположить две солнечных электростанции, разработанных коллективом Стребкова в окрестностях города Пинска республики Беларусь и города Уэлен Чукотского автономного округа с активной поверхностью солнечных батарей 25 на 25 километров, то эти электростанции в течение шести месяцев с 22 марта по 22 сентября дадут 560 млрд. киловатт/часов в год, пиковая мощность каждой электростанции составит 125 млн. киловатт/часов. Чтобы понять, о чем идет речь, поясню. Такая мощность составляет примерно две трети от имеющихся мощностей всех электростанций, входящих в "РАО ЕЭС". Не менее важна и разработанная коллективами под руководством Стребкова на основе гениальных открытий Николо Тесла система передачи электроэнергии на огромные расстояния.
Существующие технологии позволяют передавать потоки электроэнергии мощностью 10 гигаватт на расстояние несколько тысяч километров. Стоимость линий электропередач превышает 1 миллион долларов за один километр, а с учетом различного рода устройств превышает 5 млн. долларов.
Коллектив Стребкова развил идеи Николы Тесла. Если он ставил эксперименты по передаче тока без проводов по воздуху или под водой, что могло повлечь за собой, возможно, катастрофические последствия для внешней среды, то Стребков использовал принципы Тесла для передачи энергии по кабельным линиям. Можно приехать во Всероссийский научно-исследовательский институт электрификации сельского хозяйства и убедиться, что эти кабельные линии не фантастика, они проложены, действуют и прекрасно передают ток. Коллектив Стребкова разработал систему передачи тока по кабельным линиям на основе резонансных методов передачи энергии на практически неограниченные расстояния с мощностью потока до нескольких тероватт, что превышает все мыслимые потребности в электроэнергии России и других развитых стран. Это не сказка, а быль. Более того, Стребков ясно видит и недостатки солнечных электростанций. В уникальной работе Д.С.Стребкова и А.И.Некрасова "Резонансные методы передачи электрической энергии", изданной мизерным тиражом, они пишут следующее: "Влияние погодных факторов на выходную мощность солнечных станций избежать нельзя. В автономных электростанциях для компенсации мощности солнечных электростанций используются буферные накопители энергии. Современные буферные накопители обладают отличными маневренными характеристиками, они автоматически и очень быстро переходят от режима заряда к заряду. Но создать в крупной энергосистеме батарею накопитель достаточной емкости практически невозможно по экономическим соображениям". Иными словами, чисто солнечной энергетики создать невозможно.
И вот тут сказка-быль имела вполне конкретное продолжение. На состоявшейся 30 мая 2006 года пресс-конференции директор научного центра прикладных исследований Объединенного института ядерных исследований в подмосковной Дубне сообщил мировую сенсацию. Он сказал буквально следующее: "Российские ученые создали батарею, которая может трансформировать в электричество как солнечную энергию, так и энергию звезд". Эта уникальная батарея, не имеющая аналогов в мире, может работать 24 часа в сутки. Основой звездной батареи послужило новое вещество - гетероэлектрик. Гетероэлектрический фотоэлемент в совокупности с конденсаторами способен работать в видимом и инфракрасном излучении. То есть, в отличие от солнечных батарей с 20 процентной эффективностью, облачность на ночное время работы для звездной батареи не помеха. Эффективность работы нового устройства составляет порядка 54 %, а в инфракрасном спектре - 31 %, Расчеты показывают, что стоимость звездной батареи будет в разы меньше, чем у всех существующих современных устройств.
Таким образом, если объединить уникальные разработки ядерщиков из Дубны с достижениями коллектива во главе со Стребковым, Россия получит уникальную энергетику, которая сможет покрыть потребности не только России, но и всего человечества дешевой, нескончаемой, возобновляемой энергией. И еще раз повторю для тебя, недоверчивый читатель, все, что ты прочитал, - это не сказка, а быль. Все это существует, работает, действует, и при наличии политической воли, организационной культуры и здорового рабочего фанатизма может быть реализовано в ближайшие 10-15 лет. Это настоящая имперская задача, это задача для Пятой Империи.

Александр Огородников. Русский Ленин

25 апреля 2012

Русский Ленин  Русский Ленин

— Ленин горит в аду, это точно!
— А ты что, там бывал?

Не подлежит сомнению факт, что творцом революции, приведшей к свержению самодержавия и чуть было не повлекшей уничтожение России, были не Ульянов и большевики, а «февралисты».
Именно им принадлежат лавры «первых революционеров». Причем, выставляя Ленина германским шпионом (до него в этом «грехе» обвиняли императрицу Александру Федоровну), эти «господа» себя позиционируют обычно «независимыми» борцами за лучшую долю народа.
Много томов написано о действительной роли «февралистов», маски с этих лжецов давно сорваны. Но их современные последователи, полагаясь на доверчивость и короткую память масс, дуют в ту же дуду.
«Февралисты» считали государя Николая II «слабым царём», его свержение было общей для них целью. Дальше планы у разных групп «февралистов» разнились, но и те и другие заговорщики не исключали убийства Помазанника. Об этом клятвопреступники и цареубийцы предпочитают помалкивать, но всю вину валят на большевиков, забывая, что «виноват не тот, кто распял, а тот, кто предал».
Нам все уши прожужжали о «пломбированном вагоне», в котором Ленин сотоварищи прибыли через Германию совершать революцию на немецкие деньги. Но упорно замалчивается «американский пароход», доставивший в Россию Троцкого и банду головорезов. Американцы приложили максимум усилий, чтобы изобразить большевизм как немецкое явление, а ни в коем случае не явления, связанное с Америкой. Это было вызвано тем, что Германия, как и Россия, была приговорена к уничтожению.
После роспуска Учредительного собрания в январе 1918 года власть полностью перешла в руки большевиков. Но не Ленин являлся тогда первым лицом Государства.
«В фальсификации истории применяется метод искажения действительной роли, которую играли различные государственные учреждения. Например, чтобы преувеличить действительную роль Ленина, и списать на него всю ответственность, выпячивался Совет Народных Комиссаров. Однако, если вы возьмёте первую советскую конституцию, которая была введена через два месяца после революции в январе 1918 года, то вы увидите, что главным органом власти в стране объявлялся Съезд Советов. Но поскольку, съезд, физически существует только когда он собран, что, как умно и было предусмотрено, бывает крайне редко, а руководить государством надо 24 часа в сутки, то фактически верховным органом власти по конституции являлся ВЦИК Советов, Председателем которого был Яков Свердлов а с 30 сентября 1918 года власть перешла к Реввоенсовету, Председателем которого был Троцкий. И вы увидите в дальнейшем, что самые нечеловеческие законы в начальный период прошли именно через ВЦИК Свердлова. Более того, Яков Свердлов вообще «подмахивал» указы, как например, об образовании Реввоенсовета, о назначении председателем Реввоенсовета Троцкого, о «Красном терроре», о «расказачивании», и много много других, без всякого ВЦИКА — самолично, как Председатель». (А.П. Столешников «Реабилитации не будет«).
Каким образом руководителю уральских террористов Якову Свердлову за считанные месяцы удалось превратиться из мало известного в партии человека в «старого большевика» и вознестись до поста Председателя ВЦИК — отдельная история. Главное, что он через брата Вениамина был связан с банкиром Яковом Шиффом и стал соратником Лейбы Троцкого.
Большинство людей, интересующихся историей, даже если они избавились от пропагандистских мифов и разобрались с потоком фальсификаций, как правило, рассматривают важные события отдельно от других, вырванными из общей панорамной картины, Поэтому прежде, чем идти дальше, приведу краткую хронологию важнейших событий 1918 года:
6 января — разгон Учредительного Собрания;
3 марта — подписание Брестского мира;
6 июля — убийство германского посла Мирбаха и начало левоэсеровского мятежа;
17 июля — расстрел Царской семьи;
30 августа — покушение на Ленина;
5 сентября — объявление «Красного террора».
А теперь обо всем поподробнее.
Днем 6 января подписан декрет ВЦИК о роспуске Учредительного Собрания, обвиненного в «несовместимости с задачами осуществления социализма». Немногочисленные демонстрации в Петрограде и других городах в его защиту были разогнаны с помощью оружия.

БРЕСТСКИЙ МИР

3 марта 1918 года в Брест-Литовске был подписан мирный договор между Россией и Германией, невыгодный, но жизненно необходимый для России. Это была позиция Ленина-Сталина против позиции Троцкого (ни мира, ни войны) и Бухарина (война до победного конца), что было выгодно Антанте и поддерживалось эсерами.
Ленин подписал Брестский мир и тем самым сорвал планы Троцкого и США-Англии, которым не оставалось ничего, кроме интервенции.
Профессор Столешников считает, что подписав этот мирный договор, Ленин подписал себе смертный приговор.
Вот, что говорил Христиан Раковский о «предательстве» Ленина: «Троцкисты были против подписания Брест-Литовского мира. Это мир был роковой ошибкой и неосознанным предательством Ленина мировой революции». (Ландовский «Красная симфония«).
11 марта 1918 года В.И. Ленин написал статью, в которой есть интереснейший абзац: «Не надо самообманов. Надо измерить целиком, до дна, всю ту пропасть поражения, расчленения, порабощения, унижения, в которую нас теперь толкнули. Чем яснее мы поймем это, тем более твёрдой, закаленной, стальной сделается наша воля… наша непреклонная решимость добиться, во что бы то ни стало, чтобы Русь перестала быть убогой и бессильной, чтобы она стала в полном смысле могучей и обильной».
Видимо, с этого времени можно говорить о «национализации» Лениным революции; о том, что из лагеря «Россия для революции» он окончательно перешёл в лагерь «Революция для России»…

УБИЙСТВО ГРАФА МИРБАХА

Убийство Вильгельма Мирбаха 6 июля 1918 года явилось не только попыткой сорвать Брестский мир, но и первым ударом по Ленину. Одним из убийц был левый эсер Яков Блюмкин, сотрудник секретного отдела ВЧК, убийца и провокатор, впоследствии — «верный пёс Троцкого».
Этим убийством Блюмкин «подставил» не только левых эсеров, но и главу ВЧК Дзержинского, якобы подписавшего мандат Блюмкину, который тот утерял на месте преступления.
За это — на время выяснения всех обстоятельств дела (с 7 июля по 22 августа) — Ленин отстранил Дзержинского от руководства ВЧК, чем оголил свой тыл в очень опасный момент. «Центральной датой 1918 года, — написал в книге «Реабилитации не будет» профессор Столешников, — являлось 6 июля — день убийства германского посла Мирбаха и поднятие лево-эсеровского мятежа в Москве и Ярославле. Именно этой датой Россию кладут на эшафот. Обратите внимание на то, что убийство посла Мирбаха явилось сигналом к началу лево-эсеровского мятежа. Но убийца — Яков Блюмкин не был просто «левым эсером», или каким-то ещё «правым полукрайним». Блюмкин, как он сам всегда настаивал, был агентом по особым поручениям лично товарища Троцкого».
Тут следует добавить лишь, что Троцкий сам себя без крайней нужды не подставлял, у него всегда наготове алиби. Отметим, что доверенным лицом Троцкого по связям с западными банкирами был лучший агент британской разведки Сидней Рейли (Соломон Розенблюм), а поставку оружия осуществлял английский консул Брюс Локкарт.
Остаётся неясным вопрос: откуда возник Блюмкин? Оказывается, Яшу Блюмкина из Одессы в Москву привез двоюродный дядя, уже упомянутый нами Джордж Сидней Рейли в мае 1918 года. Блюмкин поступает на службу в ВЧК, а Рейли — в распоряжение Брюса Локкарта. Возникшая цепочка Блюмкин — Рейли — Троцкий много позволяет понять…
В Москве левоэсеровский мятеж был подавлен за один день, а в Ярославле это удалось сделать только к 21 июля, ценой больших жертв и разрушений. Также очень важно отметить вот что: 24 июля 1918 года послы западных государств перебираются в Архангельск, а 31 июля туда же прибывает первый десант англичан. Чуть позже во Владивостоке высаживаются американцы и японцы. Интервенция началась… и направлена она была на поддержку Троцкого протии Ленина, явилась детонатором Гражданской войны.

РАССТРЕЛ ЦАРСКОЙ СЕМЬИ

Расстрел царской семьи и прислуги был осуществлен в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1917 года во исполнение постановления Уральского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, возглавляющегося большевиками» («Википедия»). Эту информацию из энциклопедии следует дополнить: это было центральное событие уничтожения рода Романовых, начатого убийством главного претендента на трон — Михаила Александровича Романова. Всего во время «ликвидации» Царской династии погибло 20 человек.
Бытует мнение, что решение о расстреле Уралсовет принимал без оглядки на Центр, на свой страх и риск, а потом уведомил Свердлова телеграммой. Это утверждение не выдерживает никакой критики. На самом деле всё делалось по плану людьми Свердлова, для которых это убийство было далеко не первым.
Сами участники расстрела давали противоречивые показания: «По вопросу согласования расстрела Москвой участники событий также расходятся. Юровский в своих воспоминаниях утверждал, что решение о ликвидации было принято всё-таки Москвой, и получено Екатеринбургом 16 июля через Пермь (возможно, вследствие нарушения прямой связи с Москвой). Известно о том, что незадолго до расстрела по инициативе председателя Уралоблсовета Белобородова член президиума Совета Голощёкин ездил в Москву, где пытался согласовать этот вопрос. Участник расстрела Медведев (Кудрин) М. А. (какие знакомые фамилии, не правда ли?) в своих воспоминаниях утверждает, что решение, наоборот, было принято Екатеринбургом, и было утверждено ВЦИКом уже задним числом, 18 июля, как ему сказал Белобородов, а во время поездки Голощёкина в Москву Ленин не согласовал расстрел, потребовав везти Николая в Москву на суд. Вместе с тем Юровский и Медведев (Кудрин) отмечают, что Уралоблсовет находился под мощным давлением как озлобленных революционных рабочих, требовавших немедленно расстрелять Николая, так и фанатичных левых эсеров и анархистов, начавших обвинять большевиков в непоследовательности.
Войков П. Л. утверждал, что решение было принято Москвой, но только под упорным давлением Екатеринбурга; по мнению Войкова, Москва собиралась «уступить Романовых Германии», «…особенно надеялись на возможность выторговать уменьшение контрибуции в триста миллионов рублей золотом, наложенной на Россию по Брестскому договору. Эта контрибуция являлась одним из самых неприятных пунктов Брестского договора, и Москва очень желала бы этот пункт изменить».
А что же Ленин? «Ленин, несмотря на свою патологическую жестокость, не являлся организатором убийства Царской семьи и, более того, боялся такого развития событий». Так считает историк, писатель Пётр Мультатули.
Что же на сей счет может сказать следователь по особо важным делам СК при Генпрокуратуре РФ В.Н. Соловьев? Привожу отрывок из чрезвычайно интересного, во многом сенсационного, интервью В.Н. Соловьёва от 6 июня 2009 года: «Не знаю, известно ли вам, но абсолютному большинству, я уверен, неизвестно, что в это время, о котором мы говорим, слово «ленинец» среди многих уральских большевиков, включая местное руководство, было чуть ли не ругательным.»
— Почему?
— Брестский мир стал причиной. Ленин — это Брестский мир, то есть компромисс. А радикалы против компромиссов. Они вовсе не за начало мирного строительства, а за расширение революционного пожара. Из-за Брестского мира, помните, у Ленина происходит резкое столкновение даже с Дзержинским. Ленин, получается, в глазах многих теперь какой-то оппортунист-примиренец.
Далее противостояние с радикальными силами как в самой большевистской партии, так и вне её (вспомним мятеж левых эсеров в начале июля того же 1918-го) пойдет по нарастающей.
— Это понятно. Недаром пишет Ленин известную свою работу «Детская болезнь «левизны» в коммунизме».
— Так вот, руководство уральских, екатеринбургских большевиков эта самая «левизна» основательно захватила. И Ленин в тот момент не был для них безусловным авторитетом. Тем более что здесь работали революционеры с большим стажем, мысленно считавшие себя (по крайней мере, некоторые из них) деятелями, может, не меньше или на равных с Лениным. И уж точно — гораздо революционнее!
— Это определяло и отношение их к проблеме царской семьи?
— Конечно. Рвались решить ее в своем духе — радикально. А вот для Ленина такое оказывалось неприемлемым. Больше того, я пришел к выводу, что расстрел был даже своего рода провокацией против Ленина и той линии, которую он проводил.
Представьте, левыми эсерами, то есть теми же радикалами, в начале июля 1918 года убит германский посол Мирбах. Это — провокация, чтобы вызвать обострение отношений с Германией, вплоть до войны. И уже появилась угроза, что в Москву будут посланы германские воинские части. Тут же — левоэсеровский мятеж. Словом, всё балансирует на грани. Ленин прилагает огромные усилия, дабы как-то сгладить навязанный советско-германский конфликт, избежать столкновения. Так зачем же ему в этот момент расстрел германских принцесс, каковыми считались дочери Николая II и Александры Фёдоровны?
Нет, Ленин даже по таким сугубо прагматическим, политическим соображениям не мог этого хотеть и, убежден, к этому никак не стремился. Наоборот, совершённое фактически было направлено против него.
— Ленин был за суд над бывшим царем?
— Да. Предполагалось, что такой суд состоится, и Троцкий хотел выступить в качестве обвинителя. Впрочем, Троцкий, который уж точно считал себя не меньше, а больше Ленина, в это время начинал разыгрывать свою игру.
На этом можно было бы поставить точку в дискуссии о виновности Ленина, но продолжил рассуждение. Итак, расстрел Царской семьи — не первое убийство, совершённое уральскими боевиками Свердлова.
Мало кому известно, что параллельно с уничтожением Романовых, гибли родственники Ленина. И все нити опять же вели к Юровскому, Голощёкину и их «патрону» Свердлову.
В своей книге «Заговор цареубийц» (1996 год) О.А. Платонов раскрывает это утверждение: «Работая в уральских архивах и фондах музеев, я просмотрел десятка два лиц, так или иначе причастных к убийству Царской семьи, и вскоре выявил важную закономерность. Все организаторы и ключевые исполнители убийств были боевиками боевой организации РСДРП, возникший на Урале в конце 1905—начале 1906 годов под руководством Я.М. Свердлова. Я стал просматривать материалы, относящиеся к этой организации, и убедился, что это была всеохватывающая тайная организация».
И еще: «Такова была остановка на Урале перед убийством Царской семьи. По сравнению с другими частями России, позиции большевиков здесь были самыми прочными, сказалась квалификация старых кадров боевиков. Свердлов лично следил за уральскими организациями и находился с ними в постоянном контакте. Его «наместник» Голощёкин регулярно курсировал между Екатеринбургом и квартирой Свердлова в Москве. Все передвижки в руководстве уральской организации согласовывались со Свердловым. Связь между Екатеринбургом и Москвой осуществлялась ежедневно (по крайней мере через Пермь)».
Итак, Свердлов ежедневно отслеживал ситуацию, а план ликвидации Романовых он запустил ещё в начале 1918 года. Поэтому поводу О.А. Платонов написал: «Но факт есть факт, что после разгона Учредительного собрания в январе 1918 года представителей Царской фамилии перевозят на Урал под око Уралсовета… После «своза» всей царской фамилии на Урал верховный режиссёр трагедии Свердлов дал сигнал к первому акту. Закономерно им стало убийство самого законного в то время претендента на власть в стране — Великого князя Михаила Александровича». Его убили 12 июня 1918 года в Перми…
А теперь непосредственно о Екатеринбургском злодеянии. 30 апреля царь с семьёй прибыли в Екатеринбург из Тобольска и были размещены в доме Ипатьева. 4 июля была произведена замена охраны царской семьи: Авдеева сменил Юровский. Тогда же Уральский военком Филипп Голощёкин выехал в Москву для решения со Свердловым вопроса о дальнейшей судьбе царственных узников.
16 июля Свердлов послал Юровскому условную телеграмму — убить всех.
В два часа ночи 17 июля 1918 года в городе Екатеринбурге в подвале дома Ипатьева были без суда и следствия расстреляны Государь Николай Александрович, его супруга Александра Федоровна, наследник цесаревич Алексей, дочери великие княжны Ольга, Мария, Татьяна, Анастасия и их верные слуги.
А уже на следующий день в городе Алапаевске свершилась ещё одна расправа: были сброшены в шахту живыми, а затем забросаны гранатами «алапаевские узники». Это были: великая княгиня Елизавета Фёдоровна, великий князь Сергей Михайлович, князья Иоанн Константинович, Константин Константинович (младший), Игорь Константинович, князь Владимир Павлович Палей, управ делами великого князя Сергея Михайловича Федор Семенович Ремез, инокиня Варвара (Яковлева).
Сообщение о расстреле всех членов Царской семьи поступило в адрес секретаря Совнаркома Н.П. Горбунова для Свердлова Я. М. 17 июля 1918 года…

ПОКУШЕНИЕ НА ЛЕНИНА

Параллельно с ликвидацией царской династии Романовых на Урале, округе особого внимания Свердлова, происходили и другие события.
15 января 1918 года якобы при попытке к бегству был убит кадет Виктор Ардашев — двоюродный брат Ленина из Перми. Его трагическая судьба — прямое следствие действий Ленина на политической арене. Документ о смерти Ардашева подписал областной комиссар юстиции Филипп Голощёкин, а расследовал это тёмное дело председатель следственной комиссии и по совместительству председатель революционного Трибунала Екатеринбурга Яков Юровский.
В июне, опять же в Екатеринбурге, был арестован, обвинён в измене революции и тут же расстрелян двоюродный племянник В.И. Ленина.
В конце июня 1918 года по приказу всё того же Юровского был арестован отец убитого В. Ардашева, его брат А. А Ардашев со всей семьёй, включая детей. Их участь была бы незавидной, но кто-то сообщил Владимиру Ильичу об этом инциденте. Ленин немедленно телеграфировал в Екатеринбург: «Прошу расследовать и сообщить мне причины обыска и ареста Ардашевых, особенно детей в Перми. Предсовнаркома Ленин».
По этому поводу Петр Мультатули пишет: «Лишь чудом Ленину удалось вырвать семью Ардашевых из лап Юровского. Убийство родственников Ленина проводилось теми же людьми, которые убили Царскую семью. Это были люди Свердлова. Они действовали явно вопреки Ленину и втайне от Ленина».
Владимир Ильич случайно узнал об опасностях, грозящей семье его родственников. Из этого следует, что в то время он находился в определенной информационной блокаде и не был всемогущим правителем, как нам долго внушали толмачи от истории и создатели мифологизированного культа Ленина.
Вот ещё одна выдержка из замечательной работы Мультатули «Екатеринбургское злодеяние 1918 года»: «Интересно, что если на своём заседании ВЦИК «решение» Уральского Совета (о расстреле Царской Семьи) одобрил, то Совнарком — только «принял к сведению». Это ещё одно косвенное подтверждение страха и сомнений Ленина в целесообразности истребления Царской Семьи.
Также напрашивается вывод, что истребление на Урале родственников Ленина, убийство Мирбаха, цареубийство, мятеж левых эсеров и покушение на Ленина — стоят в одной цепочке и подготавливались и осуществлялись одной и той же силой.
Итак, в июле-августе 1918 года, резче, чем когда-либо, проступила угроза личной власти Ленина. На политическом горизонте вырисовывалась фигура нового партийного руководителя: не оратора и идеолога, каким был Троцкий, и не авторитетного вождя, кем был Ленин; а незаметного партаппаратчика, функционера, известного лишь в узких кругах партии — это фигура Свердлова».
Утром 30 августа 1918 года в Петрограде был убит Урицкий, а вечером того же дня стреляли в Ленина на заводе Михельсона: четыре выстрела якобы произвела эсерка Ф. Каплан. Существует несколько версий о том, кто стоял за этим покушением. Самая же убедительная из них — Свердлов, который использовал этот акт для узурпации власти и разжигания Гражданской войны.
Прежде чем перейти к изложению этой версии, озвучу один любопытный факт: Фани Каплан была хорошей подругой родной сестры Свердлова — Сары, работавшей в секретариате Ленина. Также небезынтересно, что изначально отрицавшая свою вину Каплан после допроса Петерса и очной ставки с Брюсом Локкартом будто бы что-то признала. Через три дня её расстрелял комендант Кремля по приказу Свердлова, а тело сожгли в бочке. Новый «вождь» убрал опасную свидетельницу ещё до начала серьёзного расследования.
«30 августа 1918 года, будет убит Моисей Урицкий; и на завтра, в один день, — 31 августа, в Москве будет ранен Ленин, а в Петрограде 31 августа во время обыска чекистов в английском посольстве, во время оказания сопротивления будет убит английский капитан Кроми. Чекисты, верные Ленину, несомненно знали точно, где искать, и они нашли то что искали, иначе бы из архивов ОГПУ не пропали бы все документы, связанные с этим периодом. Трудно поверить, что это не связанные между собой события. Неужели были такие вопиющие факты вовлечённости англичан в подготовку левоэсеровского мятежа? Все документы ВЧК, относящиеся к этому периоду, от 20 мая 1918 года до 1 октября 1918 года, уничтожены, — сообщает Александр Зданович в работе «Четыре попытки Дзержинского». Кто это мог сделать? — Только сами чекисты, но естественно, лояльные Троцкому, а не Сталину. А на этот период попадает и расстрел царской семьи и левоэсеровский мятеж, и покушение на Ленина и убийство Мирбаха и обыск в английском посольстве и смерть капитана Кроми, и начало «красного террора» и расстрелы заложников». (А.П. Столешников).
В статье Николая Мордикова «Так кто же стрелял в Ленина? «всё разложено по полочкам, даны краткие и чёткие ответы на вопрос, вынесенный в заголовок. Кроме того, что Фани Каплан не причём (в Ленина стреляли чекисты-провокаторы Александр Протопопов и Лидия Коноплёва), общепринятая версия — миф. Автор спокойно и достаточно аргументировано подводит к выводу, что непосредственный виновник тех событий — Свердлов. Кстати, забыл сказать, что Свердлов имел связь с Сиднеем Рейли через брата Зиновия (Пешкова).
Автор приводит несколько «странных» фактов в подтверждении своей версии. «Напомню, что в те дни протекал, так называемый «Августовский кризис власти», и, естественно, были люди заинтересованные в замене Ленина любым путём. Одним из «заинтересованных» лиц мог быть и Свердлов. У этой, на первый взгляд невероятной версии, есть свои подтверждения. Бонч-Бруевич видел, как в день покушения Свердлов открыл кабинет Ленина и рылся в его бумагах, несмотря на строжайший запрет. Строжайший! Верный Бонч сам слышал, как Свердлов говорил: «Ну вот, Ильич болен, а мы и без него отлично справляемся».
Далее: «Не менее странен и тот факт, что сразу после покушения на Ленина, тот же Свердлов подписывает сообщение «О злодейском покушении на тов. Ленина», в котором сообщается, что в вождя стреляли правые эсеры. Значит, Каплан уже допросили? Нет. Сообщение подписано в 22 часа 40 минут — 30 августа. Допрос же Каплан на Лубянке начался часом позже — в 23 часа 30 минут. Выходит, Свердлов знал о готовящемся покушении? Разумеется, знал. Об этом ему неоднократно докладывалось».
Также интересен факт из разряда «случайных совпадений», которых в природе не бывает. «В уголовном деле Фани Каплан имеются уникальные фотографии следственного эксперимента, проводимого следователем по особо важным делам Виктором Кингисеппом на третий день после покушения. На снимках отчётливо видны все участники следственных действий: это сам Кингисепп, водитель Ленина — Гиль, другие участники эксперимента. Совершенно неожиданно выяснилось, что упомянутые фотографии делал Яков Юровский, чекист из Екатеринбурга, принимавший активнейшее участие в расстреле царской семьи. Но и это ещё не всё. Доподлинно известно, что прибыл он в Москву из далёкой Сибири вместе с другим цареубийцей Филиппом (Шаей) Голощёкиным — Военным Комиссаром Урала, по личному вызову Председателя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) Якова Свердлова. Интересно знать, зачем Свердлову понадобились в Москве эти люди? « (Николай Мордиков).
Да затем же, что и всегда — для решения «щепетильных вопросов». Правда, теперь эти «друзья» понадобились «нашему Якову» ещё и в качестве личной гвардии.
Что же произошло потом, пока Ленин был отстранён от дел из-за ранения? «По внешности государственный переворот, затеянный Свердловым и Троцким, удался. 2 сентября 1918 года ВЦИК передал всю полноту власти в стране срочно примчавшемуся из Казани Троцкому, назначив его председателем вновь созданного Реввоенсовета республики. 5 сентября Совнарком принял свое знаменитое кровавое «Постановление о красном терроре», обрекшее на смерть сотни тысяч невинных людей. И к концу 1918 года на всех границах России и внутри нее уже полыхала гражданская война. А организатор переворота Свердлов, председательствуя в Совнаркоме вместо Ленина и сохранив за собой руководящие посты во ВЦИК и ЦК РКП (б), как будто сосредоточил в своих руках всю полноту власти.
Но что-то сработало не так, как заранее планировалось. По редчайшему стечению обстоятельств нанесенные Каплан раны не оказались смертельными. Они даже не вывели Ленина надолго из строя, и он, похоже, прекрасно понял, что его сподвижники едва не осуществили против него заговор. Во всяком случае, уже 8 октября в состав Реввоенсовета, в котором Троцкий собрал своих приверженцев, было введено семь новых членов — противников Троцкого, включая И.В. Сталина. В марте 1919 года от загадочной простуды, якобы подхваченной в железнодорожных мастерских Орла, умер сам Свердлов, а через полгода от бомбы террориста, брошенной в окно здания МК партии, в числе других погибает свердловский приятель и протеже В. Загорский». (Герман Назаров).
16 марта 1919 года скоропостижно скончался Свердлов. Причина его смерти до сих пор не выяснена. Не то от «испанки» загнулся Яков Мовшевич, не то от побоев рабочих… а может, траванули…
В статье «Своей ли смертью умер Яков Свердлов?» Юрий Москаленко пишет: «Так умер ли Свердлов собственной смертью или был, например, отравлен? Скорее всего, Якову Михайловичу все-таки «помогли». Не стоит забывать, что на 18 марта 1919 года был назначен судьбоносный VIII съезд РСДРП (б), на которой должна была разгореться острая борьба. Ленин, после ранения, был уже не такой энергичный, и мог встать вопрос о его замене. Вероятнее всего, в руках Свердлова и сосредоточилась бы вся полнота власти.
А за полтора дня до начала съезда, 16 мая, в 16. 45, Свердлов неожиданно умирает, хотя до этого отличался неплохим здоровьем. Ну не верю я в такие совпадения…»
И я в такие совпадения не верю!

ОТ РЕДАКЦИИ.

Публикуя дискуссионную (так, из числа важнейших событий 1918 года, отмеченных автором, непонятным образом исчез фактически положивший начало Гражданской войне в России мятеж чехословацкого корпуса, который страны Антанты объявили частью своих вооруженных сил; совершенно не рассмотрены возможные взаимосвязи между событиями внутри и вне России: так, например, убийство царской семьи хронологически совпадает с началом последнего немецкого генерального наступления 15 июля 1918 года) статью Александра Огородникова, мы, тем не менее, считаем её чрезвычайно интересной и важной для восстановления более объективного образа как Великого Октября в целом, так и его лидеров в частности. Основной тезис автора: о тотальном противоборстве в отечественной политике того времени, не исключая партию большевиков, «проанглийской» и «пронемецкой» линий, — вряд ли может быть всерьёз оспорен и выглядит весьма плодотворным для понимания сути не только революции 1917 года, но и последующего развития отечественной истории.

Моисей Гельман. Синдром таргетирования

4 декабря 2014 2

Снова «шоковая терапия» для России

От редакции: У стороннего наблюдателя сегодня создаётся впечатление, что российская экономика "пошла вразнос". Рубль ставит исторические рекорды падения относительно практически всех иностранных валют, за исключением разве что украинской гривны, цены на товары и услуги взлетают вверх, словно космические ракеты, производство "бьёт по тормозам", практически во всех секторах реальной экономики и бюджетной сферы идут массовые увольнения, что дополнительно усиливает кризисные явления в экономике. О причинах приближающейся катастрофы и возможностях избежать её размышляет известный отечественный экономист.

Согласно п.2 ст.75 Конституции России, на Центробанк возложены функции защиты и обеспечения устойчивости рубля, с чем он явно не справляется, а вернее сказать, умышленно нарушает эту свою конституционную обязанность. Под устойчивостью рубля следует понимать стабильность его покупательной способности, которая является интегральным показателем, характеризующим устойчивость экономической системы. Стабильность обеспечивается выпуском в оборот денежной массы, соответствующей обороту товарной массы по ее стоимости, созданием условий для эквивалентности товарообмена по стоимости, поддержанием стабильности цен и их паритетности. Стабильность покупательной способности рубля обеспечивается также стабильностью его валютных курсов, использованием налогообложения, сохраняющего устойчивость экономики и сбалансированного по интересам государства и всех социальных групп населения, и рядом других условий и способов их реализации.
Игнорирование этих принципов, обусловленных общей теорией систем управления, порождает неустойчивость экономики государства, вследствие чего возникают экономические кризисы. Все это происходит перманентно в нашей стране из-за отсутствия комплексного управления экономикой и финансами. Даже после введения США и Евросоюзом антироссийских экономических санкций Центробанк, Минфин и Минэкономразвития не могут придти к единому обоснованному мнению о том, что делать в этих условиях. При этом глава ЦБ бездоказательно заявляла, что они готовы ко всяким событиям. Однако как этого достигнуть, держится втайне. Видимо, чтобы враги не воспользовались.
На самом же деле, руководители упомянутых федеральных органов власти в силу собственной, судя по результатам их деятельности, некомпетентности не способны противостоять сегодняшним вызовам. Для этого, в частности, нужно принципиально изменить нынешнюю порочную денежно-кредитную политику, на что упомянутые руководители, похоже, неспособны.
Как отмечалось, основы этой политики были заложены еще Гайдаром, и она, по "рекомендациям" МВФ, сводилась к так называемой "шоковой терапии". В результате была ликвидирована значительная часть платежеспособного спроса населения, что привело к развалу большей части отечественного товарного производства. По оценкам самого правительства, только система ЖКХ требует сегодня для обновления порядка 7 трлн. рублей.
Невзирая на значительные, многотриллионные, накопления средств в Стабилизационном фонде в период роста цен на нефть, они так и не были вложены в реальный сектор экономики, а остававшиеся дорогими кредиты оказались недоступными для серьезных инвестиций. До 2008 г. тогдашний министр финансов Алексей Кудрин средства Стабфонда держал в "сундуке", утверждая, что на их сохранность инфляция якобы не влияет. На самом же деле, из-за ценовой инфляции покупательная способность лежавших много лет без движения свыше 3,5 трлн. рублей уменьшилась примерно на 1,5 трлн. рублей. Кудрин положил начало и другому способу накопления денег и создания их дефицита в обороте, который реализуется по сей день. Бюджетные выплаты специально задерживаются, и примерно более половины из них поступает получателям в последнем квартале года. Поэтому значительную их часть не успевают использовать, и они возвращаются в федеральное казначейство. Таким образом, "шоковая терапия" продолжилась блокированием доступа к деньгам товаропроизводящих предприятий. А сами средства Стабфонда большей частью потратили в кризис 2008 г. для "поддержки" крупных банков, которые бесконтрольно растранжирили свои средства.
С приходом в Центробанк Эльвиры Набиуллиной начался новый этап "шоковой терапии", прописанный "Основными направлениями единой государственной денежно-кредитной политики на 2015 и период 2016–2017 годов". Они разработаны Центробанком по рекомендациям все того же МВФ и, судя по содержимому, не были критически восприняты правительством.
В конце сентября этого года миссия МВФ, давно квартирующая в Москве и пристально наблюдающая за финансовыми делами в нашей стране, в очередной раз порекомендовала Центробанку России "проводить денежно-кредитную политику на более жестком уровне, для того, чтобы стабилизировать и понизить темпы инфляции. Осуществление при этом перехода на гибкий обменный курс и таргетирование инфляции должно будет содействовать закреплению ставок по долгосрочным кредитам и инфляционных ожиданий". Речь идет о продолжении в России "шоковой терапии" в ее новой форме. Указав на необходимость постепенной передачи полномочий по "определению равновесного обменного курса рынку", что по-русски означало валить рубль дальше, до издыхания, МВФ фактически посоветовал Центробанку России поддержать антироссийские экономические санкции Евросоюза и США. Ведь равновесный обменный курс, что означает баланс спроса и предложения валюты, — это фикция, порождаемая аппетитами финансовых спекулянтов, одним из которых является сам Центробанк РФ.
Почти все наказы МВФ повторила в своем декларативном и бездоказательном выступлении 17 ноября в Госдуме Эльвира Набиуллина.
Нынешний этап "шоковой терапии" именуется "таргетированием инфляции". По-русски это означает контроль инфляции для поддержания ее запланированного уровня. Согласно учебникам по финансам, основной инструмент по поддержанию запланированного уровня инфляции — манипулирование учетной процентной ставкой (ставкой рефинансирования). Повышение ставки рефинансирования ведет к повышению процентных ставок кредитования. Это снижает спрос на кредиты и увеличивает ценовую инфляцию, что вынуждает банкиров увеличивать депозитные ставки по вкладам для ее компенсации, и увеличивает привлекательность сбережения денег в банках по сравнению с их тратой. Понижение учетной ставки позволяет кредитным организациям снизить процентные ставки кредитования и депозитные ставки, поэтому уменьшается привлекательность сбережения денег и происходит увеличение их количества у населения.
Таким образом, согласно определению учебников финансов, речь идет фактически о недопущении избытка денег в обращении, то есть блокировании денежной инфляции, путем регулирования используемого в экономике количества денег в зависимости от соотношения предложения товаров и спроса на них. Повышение учетной ставки приводит к снижению спроса на подорожавшие кредиты и, тем самым, к уменьшению денег в обороте. Однако такое регулирование пригодно для стабильной экономики, характерной для развитой страны с удовлетворяемым платежеспособным спросом, каковой Россия не является. У нас же нет денежной инфляции, наоборот, у нас, как отмечалось, существует значительный дефицит денег в обращении. Поэтому у нас в стране давно сформировался громадный неудовлетворенный спрос, часть которого обеспечивается импортной продукцией.
Очередное недавнее повышение Центробанком ставки рефинансирования до 9,5%, как это предписано правилами таргетирования инфляции, еще сильнее уменьшит и без того неудовлетворенный платежеспособный спрос в стране и увеличит дефицит денег в обращении. Все это только усилит негативные процессы в российской экономике.
По всей видимости, руководители Центробанка и Правительства не осознают всей пагубности очередных рекомендаций МВФ по модернизации "шоковой терапии" для России. Похоже, ни дефолт в августе 1998 года, ни последствия кризиса 2008-го ничему их не научили. Об этом свидетельствует и упомянутое выступление Набиуллиной в Госдуме с невнятными и ошибочными разъяснениями "Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2015 и период 2016–2017 годов". Согласно "Основным направлениям…" Центробанк завершит таргетирование инфляции и перейдет к плавающему валютному курсу в 2015 году. При этом ЦБ и Правительство РФ ставят целью снижение инфляции до 4,5% в 2014 и 2015 годах, а в 2016 году — до 4%. Превратить в быль эти сказки вряд ли удастся не только из-за очевидной непригодности для этого таргетирования инфляции. Ведь Правительство само провоцирует рост ценовой инфляции, чтобы накачивать бюджет обесценивающимися рублями. Для этого безосновательно ежегодно увеличиваются тарифы на продукцию и услуги естественных монополий и ЖКХ, что тянет за собой цены на все и вся. Вместе с тем антимонопольная служба никак не борется со злоупотреблением нефтяными компаниями своим монопольным положением на региональных рынках топлива. Росту цен подыгрывает Центробанк спекулятивным занижением валютных курсов рубля. А в ближайшее время следует ожидать резкого скачка инфляции вследствие эмбарго, бездумно введенного на импорт продовольственных товаров из стран Евросоюза и США. Не будь всего этого, ценовая инфляция оказалась бы намного меньше нынешней. Да и глупо ставить основной целью государственной денежно-кредитной политики достижение некоего уровня инфляции вместо обеспечения развития экономики и роста объемов производства для ликвидации неудовлетворенного спроса в стране.
Глядя на официально намечавшиеся правительством и Центробанком значения инфляции, складывается впечатление, что высшие чиновники занимаются гаданием на кофейной гуще. Ведь инфляция в годовом исчислении к 10 ноября вместо 4,5% уже выросла до 8,6%. Глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев заявил, что инфляция по итогам 2014 года может составить около 9%, а к концу I квартала 2015 года достичь 10% в годовом исчислении. Улюкаев отметил, что ослабление рубля к основным валютам на 1% прибавляет к инфляции 0,1 процентного пункта через 6-9 месяцев. Таким образом, текущая девальвация рубля, по его словам, добавит к ожидаемой ранее инфляции примерно 3,5 процентного пункта и инфляционный эффект полностью проявится к концу I квартала следующего года. Министр финансов Антон Силуанов тоже считает, что инфляция в стране в годовом исчислении в январе 2015 года может достичь двузначных значений. Поэтому ЦБ поспешил повысить свой "прогноз" инфляции на 2014 год до 8,2-8,4%, на следующий год — до 6,2-6,4% вместо прежних 4,5%, а на 2016 год — до 4,9-5,3% вместо прежних 3,7-4,2%.
Напомню, что полгода тому назад руководители ЦБ объясняли переход к плавающему валютному курсу необходимостью превращения рубля в резервную валюту. Но как связан плавающий валютный курс с таргетированием инфляции Набиуллина в своем выступлении в Госдуме тоже не пояснила, заявив: "Удержание курса потребовало бы значительной траты резервов и существенного ограничения рублевой ликвидности, а значит, и гораздо более значительного, чем сейчас, повышения процентных ставок в экономике. Это, в свою очередь, привело бы к сжатию кредитования реального сектора, причем, прежде всего, в импортозамещающих отраслях".
Какая удивительно нежная забота проявлена о реальном секторе экономики! Видимо Набиуллина или те, кто готовил ее выступление, не заглянули в статистическую информацию самого Центробанка, иначе не прозвучало бы лицемерное опасение о сжатии кредитования. В 2013 г. активы банков, то есть размещенные ими на стороне средства — ссуды, кредиты, через приобретенные ценные бумаги, и др., превысили 57,4 трлн. рублей. Инвестиции в основной капитал реального сектора (без субъектов малого предпринимательства) в 2013 году составили 9,5 трлн. рублей, из них привлеченные средства — 5,1 трлн. рублей.
Кредиты российских банков предприятиям реального сектора экономики в 2013 году составили всего… 793 млрд. рублей или 1,3% от средств, размещенных банками на стороне. Только один этот показатель наглядно свидетельствует об "эффективности" банковской системы страны.
Однако упомянутые пояснения главы Центробанка ошибочны в принципе. Ведь чтобы при таргетировании базарный курс рубля удерживать относительно стабильным, помимо валютных интервенций, потребуется существенно ограничивать спрос на валюту увеличением ставки рефинансирования. А это не только приведет к дополнительному росту цен, но также еще больше ограничит возможности кредитования реального сектора экономики, чем так обеспокоилась Набиуллина. И в "Основных направлениях…" об этом же говорится: Денежно-кредитная политика Центробанка основана на управлении процентными ставками денежного рынка с помощью инструментов предоставления и изъятия ликвидности.
В правительстве и Центробанке явно не осознают вторичности денег по отношению к товарному производству. Ведь новые деньги появляются только как отражение новой, создаваемой в реальном секторе, добавленной стоимости. Однако спекулятивные финансовые рынки стали у нас приоритетными. Ими отвлекается значительная часть денежной массы и тем самым усугубляется искусственно созданный дефицит денежного обращения в экономике — ее демонетизация.
В 2013 г. денежный оборот на Московской фондовой бирже ММВБ превысил 8,25 трлн. рублей. Биржи ММВБ и РТС входят в холдинг ОАО "Московская биржа". Согласно информации холдинга, общий объем торгов (оборот) на всех его рынках в 2013 г. достиг 449,9 трлн. рублей. Это при том, что оборот в экономике составил 114,62 трлн. рублей, а его обеспеченность деньгами не превышала 68%.
Таким образом, оборот только на Московской бирже составил в 2013 году 392,5% по отношению к обороту в экономике, и представлял собой "мыльный пузырь".
Если принять, что частота обращения денег, вовлеченных в операции холдинга, с учетом нерабочих дней составила 100 раз за год, то в 2013 г. из денежной массы в сумме 31,407 трлн. рублей, выпущенной в оборот Центробанком, торговыми площадками одной только Московской биржи на финансовые и фондовые спекуляции было отвлечено около 4,5 трлн. рублей или 14,3% денежной массы. Операционная прибыль холдинга превысила 14,74 трлн. рублей. Какова прибыль участников рынка, неизвестно. Но всё это — фиктивная добавленная стоимость, полученная от торговли деньгами, акциями и другими ценными бумагами, так как фондовые и валютные рынки не могут подменить товарное производство в создании добавленной стоимости.
Спрашивается, из каких источников поступают столь громадные рублевые суммы на спекулятивные рынки? Кроме того, существует еще и "теневой" рынок, а также капитал в валюте вывозится за рубеж. Все это тоже требует рублей. Как отмечалось, российские банки на 31 декабря прошлого года разместили на стороне средства — ссуды, кредиты, через приобретенные ценные бумаги, и др., — свыше 57,4 трлн. рублей, а денежная масса на указанную дату составляла лишь 31,4 трлн. рублей. За счет чего же могла появиться столь громадная разница в 26 трлн. рублей? Ведь если в кармане ваших штанов, допустим, имеется 100 рублей, и сосед попросил одолжить ему 1000 рублей, то больше того, что у вас оказалось в наличии, дать соседу не сможете.
Очевидно, упомянутая разница в 26 трлн. рублей могла появиться только в результате незаконной денежной эмиссии безналичных денег коммерческими банками, хотя, согласно Конституции, таким правом наделен исключительно Центробанк. Подобное происходит уже много лет. Получается, что банковская система — банкрот? Ведь из нее исчезли все её средства: как собственные, так и привлеченные, включая уворованные деньги клиентов банков. Неспроста в течение года несколько десятков коммерческих банков признали банкротами. Но Эльвира Набиуллина в своем выступлении в Госдуме заявила, что банковский сектор продолжает нормально функционировать.
Согласно закону о Центробанке, ограничителем выдаваемых кредитов должны служить обязательные банковские резервы, норма которых для минимизации рисков и обеспечения платежеспособности банков должна составлять 10-20% от суммы средств на банковских депозитах. Однако, к примеру, в 2012 г. обязательные резервы составили лишь 1,3% от указанной суммы. Такие барьеры не могут ограничить фиктивное кредитование фальшивой "безналичкой" и предотвратить строительство банками "мыльных" финансовых пирамид с последующими, нередко искусственно организуемыми, банкротствами банков и воровством денег их клиентов.
На протяжении многих лет руководство Центробанка, располагая приведенными показателями состояния денежной системы, закрывало глаза на царившие безобразия. Более того, эмиссия фиктивных кредитов, напоминающая денежные переводы по фальшивым "чеченским" авизо времен 1990-х, для поддержания ликвидности банков проводилась при ежедневной кредитной поддержке Центробанком. Он ежедневно выделял на эти цели примерно 200 млрд. рублей. Как говорится, передовой опыт первых лет "реформ" внедрен в жизнь и поставлен на поток. Однако фиктивные деньги почти не попадают в реальный сектор экономики, о чем свидетельствуют мизерные суммы достающихся ему банковских кредитов и значительный, из года в год, рост кредиторской задолженности товаропроизводящих предприятий. Очевидно, фиктивные кредиты обслуживают также "теневую" экономику, оборот которой, по оценкам, составляет не менее трети общего товарного оборота страны. Кроме того, фиктивные кредиты используются для обеспечения растущего вывоза капитала за рубеж.
Замечу, все межбанковские операции осуществляются расчетными центрами ЦБ через открытые там корреспондентские счета коммерческих банков с использованием единой компьютерной системы. При этом состояние счетов и содержание операций может и должно непрерывно контролироваться программными средствами. То, что Центробанк, располагая современными средствами компьютерного контроля над банковскими операциями, далеко не полностью выполнял комплекс предписанных ему законодательно функций по поддержанию стабильности и ликвидности банковской системы, подтвердила и нынешний руководитель ЦБ Эльвира Набиуллина.
Создается впечатление, что фиктивное кредитование несуществующими деньгами, то есть путем их фальсификации, осуществлялось по заранее согласованному коррупционному сценарию с целью их последующей "обналички", конвертации и вывоза капитала за рубеж. Причем сценарий этот прописан в законодательной базе, принятой, большей частью, еще в 1990 х. Такие мысли приходят после сопоставления соответствующих положений Конституции России, федерального закона о ЦБ и Уголовного кодекса РФ — в последнем не предусмотрено уголовное преследование за фальсификацию безналичных денег (см. "Центробанк готовит общероссийский майдан?" — Промышленные ведомости" № 3, июнь 2014 г.).
Судя по "Основным направлениям…" и выступлению Набиуллиной в Госдуме, денежные спекуляции остаются для Центробанка приоритетными. В пяти сценариях возможного развития событий говорится лишь о влиянии на экономику разных возможных цен на нефть и экономических санкций. Получается, что промышленное производство, по мнению руководства ЦБ и правительства, по-прежнему не должно существенно влиять на развитие российской экономики. Хотя совершенно очевидно, что для безопасности страны уже давно пора было начать реанимировать собственное товарное производство, используя для этого собственные кредиты. Да и майские, этого года, указы президента России требуют создания 20 млн. новых высокопроизводительных рабочих мест, а также достижения ежегодного роста ВВП на 6-7%, чего без соответствующего роста промышленного производства не достичь. На это нацелен и новый, принимаемый Госдумой, закон о промышленной политике, положения которого Центробанком тоже проигнорированы.
Однако вместо обсуждения столь насущных для страны проблем, Эльвира Набиуллина произносила в Госдуме бездоказательные, малопонятные и полуграмотные лозунги типа "Режим инфляционного таргетирования позволяет снизить зависимость экономики от внешних шоков, таких как цены на нефть. Экономический рост, инфляция, бюджет при инфляционном таргетировании и плавающем курсе рубля станут более устойчивыми на фоне колебаний нефтяных цен".
В заключение своего выступления Эльвира Набиуллина заявила:
"Наша конституционная задача — обеспечить устойчивость рубля. И надо перестать мерить эту устойчивость только в иностранных валютах: сколько долларов мы можем купить за рубль. Для людей важнее, сколько товаров можно на него купить. Устойчивость рубля — это, прежде всего, его покупательная способность, а значит, низкая инфляция".
Очевидно, Эльвира Сахипзадовна хотела сказать, что устойчивость рубля — это, прежде всего, стабильность его покупательной способности. Казалось бы, можно было только порадоваться тому озарению, которое вдруг осенило главного финансиста страны. Ведь, как отмечалось, покупательная способность рубля формируется не на спекулятивном валютном рынке, а обусловлена ценами на продукцию на внутренних товарных рынках. Базарная же цена рубля в долларах, устанавливаемая спекулянтами и принимаемая за его обменный валютный курс, покупательную способность рубля фальсифицирует и никакого отношения к деньгам не имеет.
Увы, радость оказалась преждевременной. Похоже, председатель Центробанка не поняла, что сказанным она перечеркнула необходимость валютных спекуляций для установления обменных курсов валют и навязываемого стране "свободного плавания" рубля. В таком случае следовало бы предложить ликвидировать спекулятивный валютный рынок, но такого предложения не последовало. Любопытно, как при сохранении валютных спекуляций смогут существовать одновременно фиктивная и реальная покупательная способность рубля, о чем грезит глава Центробанка?
Ситуация в экономике и с финансами, в частности, свидетельствует о полной неразберихе в политике и координации деятельности экономических органов государственной власти, за которую отвечают глава правительства Дмитрий Медведев, его заместители Игорь Шувалов и Аркадий Дворкович, а также председатель ЦБ РФ Эльвира Набиуллина, и о непонимании ими того, что нужно изменить, — по меньшей мере, в области денежно-кредитной и налоговой политики.
Но меры, которые необходимо предпринять для прекращения спекулятивной девальвации рубля —предмет отдельного разговора, который будет продолжен на страницах газеты "Завтра".

Александр Владимиров, Валентин Катасонов. Правительство, санкции, саботаж...

Политика. Экономика

Председатель правления Русского экономического общества, профессор МГИМО отвечает на вопросы «Завтра»

«ЗАВТРА». Валентин Юрьевич, вы неоднократно утверждали, что представляющая собой "пятую колонну" правящая бюрократия в одностороннем порядке выходит из ответных санкций по отношению к Западу

Валентин КАТАСОНОВ. Обратимся к фактам. В середине октября к пулу участников антироссийской санкционной кампании присоединилась Норвегия. Правительство этой скандинавской страны одобрило пакет секторальных мер в отношении ключевых субъектов российской экономики, введенный Евросоюзом 12 сентября. Несмотря на то, что Норвегия не входит в ЕС, власти королевства исправно "зеркалят" все решения Вашингтона и Брюсселя по поводу усиления торговой изоляции РФ.
В свою очередь, наиболее слабонервная часть правящей российской бюрократии, похоже, плохо держит удар и готова, косвенно признав поражение России в санкционной войне, попробовать в одностороннем порядке выйти из экономического клинча с Западом. Об этом свидетельствуют признаки саботажа в реализации продекларированной на самом высшем политическом уровне программы импортозамещения. Как пишут российские СМИ, под сурдинку разговоров о защите интересов российского потребителя, который якобы невыносимо страдает от исчезновения в продаже фуагра и хамона, в списке запрещенных к ввозу в Россию продуктов появляются все новые непредусмотренные изначально исключения.

«ЗАВТРА». Можете ли вы конкретно сказать, на какие уступки Россия пошла Западу?

Валентин КАТАСОНОВ. В числе последних уступок монстрам транснационального агропрома — снятие кабинетом Дмитрия Медведева запрета на импорт безлактозного молока и молочной продукции. Как поясняют эксперты пищевой промышленности, под эту статью (вместе с действительно безопасными продуктами для лиц с лактозной недостаточностью) в принципе подпадает почти весь спектр молочной продукции. Начиная с масла, низколактозных твердых сыров, молока, кефиров, йогуртов и заканчивая пармезаном.
Кроме того, если кому-то из западных конкурентов российских производителей все же не удастся воспользоваться любезно предоставленными им послаблениями, это не станет препятствием для триумфального возвращения на российский рынок. Поскольку в их арсенале остается такая лазейка как, например, возможность переориентировать поставки с европейских предприятий Nestle, Unilever, Valio или Danon на корпоративные "дочки" из стран, не попавших под запрет. Доставка в Россию откуда-нибудь из Чили, конечно, обойдется чуть дороже, но это не станет непреодолимой преградой на пути к обогащению за счет российского покупателя.
Еще более простой вариант — воспользоваться известными слабыми местами Таможенного союза. Например, завозить из Литвы тот же высоколактозный творог в весовом состоянии в соседнюю Белоруссию. Затем расфасовывать его на месте и продавать в Россию в качестве "белорусского продукта". Примерно таким же образом россияне успели за последнее время познакомиться с белорусско-норвежской семгой и форелью.
Еще одним лишним подтверждением того, что заявленное российскими властями импортозамещение продовольственных товаров так и останется на бумаге, стала бурная активность, которую развил в последние месяцы Россельхознадзор. После вступления России в ВТО это бдительное бюрократическое око (одно из двух основных вместе с Роспотребнадзором) помимо прочего еще выполняет функцию нетарифной защиты российского рынка от зарубежных конкурентов. Показательно, что за 2 месяца действий ограничения на ввоз продуктов из США и Евросоюза, зарубежные поставщики получили от Россельхознадзора почти вдвое больше разрешений, чем год назад за аналогичный период — 89 против 53.
Председатель правления Национального союза производителей молока Андрей Даниленко подтверждает, что под видом "лечебной" безлактозной молочной продукции на рынок может попадать практически вся "кисломолочка", сыры. При этом у него есть основания полагать, что этот шаг очень сильно лоббирует "одна небезызвестная финская компания". При этом и у нас есть заводы, которые сегодня производят безлактозную продукцию. И самое главное, что они способны увеличивать мощности и наращивать производство.

«ЗАВТРА». Может, всё здесь упирается в "лоббизм"?

Валентин КАТАСОНОВ. Это еще самое невинное слово, которое можно использовать. Речь идет о "пятой колонне", продвигающей интересы Запада. Причем, не только на экономическом, но и на политическом направлении. По сути дела, наши чиновники это представители т.н. "офшорной аристократии". То есть у нас во власти находятся нерезиденты, которые имеют счета и имущество за рубежом. Как сказано в Евангелии: "Там, где богатство твоё, там и сердце твоё". В этом смысле у нас сложилась нетерпимая ситуация. Самое страшное, что угрожает России — это не западные спецслужбы, ЦРУ или что-то еще, а собственная "пятая колонна". Недаром Бжезинский как-то спросил, обращаясь к российским представителям: "А что такое ваша элита, если она хранит $500 млрд. в американских банках"? Дескать, это еще надо подумать, чья это элита — ваша или наша.

«ЗАВТРА». Однако хранить деньги на Западе не всегда безопасно. Деньги могут и отобрать. Так почему же наша правящая элита продолжает слепо доверять именно тем, кто у тебя может все отобрать?

Валентин КАТАСОНОВ. Хранить деньги на Западе, действительно, становится небезопасно. Даже по отношению к лояльным ставленникам "священное право" частной собственности не гарантировано. Национализация российской элиты — это процесс, который может быть начат только сверху. Но необходима политическая воля. В противном случае мы не сможем ни произвести импортозамещение, ни поднять на ноги своих аграриев.

«ЗАВТРА». Так что нам нужно предпринять?

Валентин КАТАСОНОВ. В первую очередь, сам собой напрашивается такой вариант решения проблемы, как выход России из ВТО. Но пока никто даже не шелохнулся в этом направлении. Что получается? США доминируют в ВТО. Но они же первыми нарушают принципы и устав организации. Зачем, спрашивается, тогда России находиться в ВТО, если это приносит одни убытки? Любая домохозяйка уже понимает, что в нашей экономике творится что-то неладное. Власти все неудачи списывают на геополитику и санкции. Устранение нашей "оффшорной аристократии" (не физическое, разумеется) — это ключевой вопрос выживания нашей экономики.
Помню, какой разнос Виктория Нуланд устроила Ринату Ахметову в январе 2014 года. После чего тот сделал "правильные выводы". С Коломойским вообще особая история. Мало кто знает, но через его оффшорные структуры США финансировали военные операции. Наивно полагать, что он содержит частные батальоны на личные средства. Нет, это казенные деньги, которые проходят по длинной цепочке (через благотворительные фонды, затем через офшоры). В её конце находятся структуры Коломойского, который позиционирует себя в качестве "благодетеля".

«ЗАВТРА». Как следует бороться с "оффшорным кошмаром"?

Валентин КАТАСОНОВ. Я уже много раз говорил о том, что есть очень простое решение, которое не требует времени и затрат. Президенту нужно просто подписать указ, чтобы в месячный срок все оффшорные компании перерегистрировались в российской юрисдикции. Речь идет не только о деньгах и оффшорных счетах. Главная проблема в том, что, по оценкам депутата Евгения Федорова, примерно 90% наших крупных компаний зарегистрированы в зарубежных юрисдикциях. Это может иметь очень серьезные последствия для нашей экономики — Запад в состоянии заблокировать работу целых отраслей. Из России не просто выкачиваются капиталы, но и управление компаниями происходит оттуда. Получается, российской экономикой управляет не Министерство экономического развития, а кто-то другой
Британские или американские компании тоже грешат тем, что выводят в оффшоры свою прибыль. Из-за чего только казна США недосчитывается сотен миллиардов долларов. Но у нас в оффшоры выводится не только прибыль, но целые предприятия. Физически активы находятся здесь, а де-юре они там. Эта параллельная экономика представляет зеркальное отражение российской.

«ЗАВТРА». Однако вместо того, чтобы решать проблему ликвидации оффшорных зон, продолжают целенаправленную работу по созданию новых стимулов для бегства капиталов из страны. Хотя официально декларируется обратное.

Валентин КАТАСОНОВ. Я еще не читал законопроект, за который в первом чтении проголосовала Госдума. Но знаю, что еще 1,5 года назад предпринималась попытка протащить аналогичный закон, когда был создан кипрский прецедент конфискации вкладов. Тогда законопроект не прошел. С его нынешней редакцией я не знаком, но прежняя версия была откровенно циничной, если не сказать хамской. Тогда предлагалось напрямую компенсировать потери нашего бизнеса в случае судебного "отжима" активов, размещенных за рубежом. При этом никто бы в России не возражал, если бы компенсация происходила за счет национализации российского имущества нерезидентов, не затрагивая наш бюджет. В противном случае РФ просто обанкротится. Фактически это приватизация нашего бюджета. Получается, что один раз Россию уже обворовали, вывели активы и капиталы за рубеж, а второй раз у нас украдут еще и бюджет.

Беседу вёл Александр ВЛАДИМИРОВ.

Сергей Глазьев, Александр Нагорный. Долларопоклонники

23 января 2015.

Финансовый спекулянт  Финансовый спекулянт (фрагмент советского плаката 30-х годов)

Академик РАН отвечает на вопросы заместителя главного редактора газеты «Завтра»

Александр НАГОРНЫЙ. Сергей Юрьевич, кризисы в нашей экономике обычно принято объяснять какими-то внешними причинами, а не ошибками правительственного курса. Дефолт 1998 года связывают с азиатским кризисом, обвал 2008 года — с глобальным финансовым кризисом. И сегодня нам говорят, что виной всему — неожиданное падение цен на нефть. Вы тоже так считаете?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Виной всему — некомпетентность денежных властей, которые никак не могут выбраться из догм Вашингтонского консенсуса: примитивной доктрины макроэкономической политики, придуманной МВФ почти полвека назад для управления обанкротившимися слаборазвитыми странами. Смысл ее сводится к нескольким догмам, которые заучиваются кандидатами на посты руководителей центральных банков и экономических ведомств попавших в зависимость стран как символ веры, сомневаться в котором считается дурным тоном и крайне опасно для карьерного роста. Первая догма — отказ от валютного регулирования и контроля за трансграничным движением капитала, которая объясняется непосвященным в наукообразную схоластику верой в добрых иностранных инвесторов, жизненно необходимых для развития экономики. Вторая догма — отказ от государственной собственности, которая объясняется верой в чудесные хозяйственные способности частного капитала, особенно иностранного. Третья догма — отказ от эмиссии денег для развития производства, которая объясняется неверием в способность государства разумно управлять деньгами. Следование этим догмам обрекает страну на жесткую внешнюю зависимость, поскольку автоматически делает отечественный бизнес неконкурентоспособным по сравнению с иностранным. Развитие экономики подчиняется интересам крупного иностранного капитала, связанного с эмиссионными центрами мировых валют. Имея неограниченный доступ к кредиту, он без труда поглощает приватизируемые активы и устанавливает контроль за национальной экономикой. От нашей экономики ему нужно главным образом сырье и потребители. Поэтому она и стала сырьевой, а торговля превратилась в самую большую отрасль. Отсюда и внешняя зависимость от цен на нефть, иностранных кредитов и капиталов…

Александр НАГОРНЫЙ. То есть вы тоже видите причину нынешнего кризиса в падении нефтяных цен?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Нет, это лишь один из факторов. Если из вас выпустить половину крови и заставить работать как ломовую лошадь, то не так важно, от какого недуга вы протянете ноги. Следование указанным догмам сделало нашу страну донором американоцентричной финансовой системы — из нас ежегодно вытекает до 150 млрд. долл. Вслед за капиталом из страны уходит и собственность — практически весь крупный и даже средний бизнес скрывается в офшорах. Там же он накапливает капитал и кредитуется. В итоге воспроизводство основного капитала проходит через внешнеэкономические связи и оказывается под внешним контролем. Более половины денежной базы сформировано под иностранные кредиты и инвестиции, они же определяют состояние нашего финансового рынка. Стоит иностранным игрокам уйти — и рынок тут же валится, падают инвестиции и нарушаются процессы воспроизводства во всем негосударственном секторе. Собственно, это и происходило во всех упомянутых вами кризисах. Но стоит ли винить ветер в том, что ослабевший от кровопускания больной валится с ног от первого порыва?

Александр НАГОРНЫЙ. Вы имеете в виду антироссийские финансовые и технологические санкции, введенные Западом после воссоединения Крыма с Россией?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Да, ведь из полутриллиона долларов внешней задолженности российских корпораций более 80% привлечено из стран НАТО. Введенные ими санкции нацелены на самое слабое у нас место — полностью открытый и крайне зависимый от иностранных спекулянтов финансовый рынок. Нашим корпорациям и банкам нужно вернуть свыше 100 млрд. долл. в дополнение к полусотне миллиардов, выплаченных в конце прошлого года. К этим потерям нужно добавить еще пару сотен, утекающих из страны в эти два года сквозь прорехи в валютном и налоговом законодательствах. В целом отток капитала может составить до половины денежной базы. Если ЦБ не найдет способ замещения иссякающих внешних источников внутренним кредитом, то столь резкое сжатие денежной базы парализует экономику, как это было в 90-е годы. Собственно это и происходит уже сейчас — вслед за сжатием денежной массы происходит падение деловой активности, снижение инвестиций и производства.

Александр НАГОРНЫЙ. Можно ли это предотвратить?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Конечно. Но для этого нужно отказаться от упомянутых выше догм. Наш ЦБ, подобно центральным банкам других стран, мог бы давно уже приступить к эмиссии длинных денег. Как в США под долговые обязательства казначейства. Или как в послевоенной Европе — под обязательства корпораций. Или как в Китае — исходя из планов развития производства. Или как в Японии, Индии, Бразилии — с учетом обязательства институтов развития. Можно создать комбинированную стратегию кредитования роста экономики. Но наш ЦБ эмитирует деньги исключительно для нужд спекулянтов: иностранных, покупая валюту, или российских, рефинансируя банки под залог ценных бумаг на несколько дней. В отличие от других национальных банков, наш ЦБ эмитирует исключительно короткие деньги. И хотя в теории рефинансированием можно пользоваться бесконечно, на практике финансировать инвестиции в основной и даже в оборотный капитал за счет недельного рефинансирования ЦБ ни один банк не станет. Слишком рискованно, с учетом непредсказуемой процентной политики ЦБ.

Александр НАГОРНЫЙ. Действительно, зачем ЦБ поднял ставку до 17%?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Я задавал его руководителям вопрос — почему именно 17, а не 15% или 20%. Ответа не получил. Руководители ЦБ убеждены, что, повышая ставку, они обуздывают инфляцию и стабилизируют курс. Этому их научили кураторы из МВФ. У них есть теория, основанная на незамысловатых математических моделях рыночного равновесия. В них действуют виртуальные экономические агенты, занятые максимизацией текущей прибыли на финансовых спекуляциях. Если банк поднимает ставку процента, то у спекулянтов снижается мотив наживы на рискованных операциях с валютой или другими активами, которым можно предпочесть спокойное хранение денег в банке. Соответственно уменьшается спрос на рынке, снижаются цены и стабилизируется курс. Эта теория дилетантам кажется очевидной, хотя она бесконечно далека от реальной хозяйственной деятельности, в которой предприятия встроены в сложные технологические цепочки, связаны кооперацией с множеством партнеров, живут в ритме научно-производственных циклов. Она столь же "убедительно" объясняет движение денег, как в средневековой физике распространение тепла объяснялось движением теплорода. И дает такой же эффект, как в средневековой медицине лечение кровопусканием, применявшееся как панацея от всех болезней. Как показывает опыт многих стран, включая нашу, попытки следовать рекомендациям МВФ по лечению валютно-финансовых кризисов повышением процентной ставки мало помогали стабилизации курса и цен, но всегда сопровождались падением инвестиций и производства. Но никакие факты, в том числе последствия собственных ошибок, не могут поколебать веру руководителей ЦБ в эту примитивную догматику.

Александр НАГОРНЫЙ. Вы считаете действия ЦБ ошибочными?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Это следует из объективных результатов. Если вы стоите на научной точке зрения, то проверяете гипотезу при помощи эксперимента. ЦБ поднимал ставку в прошлом году четыре раза, при этом инфляция последовательно росла, курс снижался, падали инвестиции и темпы роста производства. То же самое происходило у нас в 90-е годы. Аналогичные негативные последствия этой политики зафиксированы во многих странах, подвергшихся лечению МВФ. Классическим примером является синхронное лечение от последствий азиатского кризиса двух соседних стран — Таиланда и Малайзии. Первая последовала рекомендациям МВФ, резко подняла процентную ставку и погрузилась в тяжелый кризис, в котором потеряла большую часть своей промышленности. В Малайзии поступили иначе — ввели валютный контроль, пресекли валютно-финансовые спекуляции, увеличили кредит, сохранив низкую ставку — и одержали победу над кризисом, создав свое экономическое чудо. Исходя из этого опыта, нетрудно предвидеть последствия процентной политики ЦБ. Еще весной я предупреждал, что повышение ключевой ставки ЦБ повлечет падение инвестиций и производства, но не обеспечит снижение инфляции. Наоборот, как это обычно и бывало, последняя повысится, так как повышение ставки повлечет рост издержек, а падение производства сократит предложение товаров, что будет способствовать росту цен. Собственно это сейчас и происходит.

Александр НАГОРНЫЙ. Почему к вам не прислушались?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. То, что я говорю, очевидно с научной точки зрения. Но для догматика, свято верящего в свою виртуальную картину мира, логика обратная. Если реальность не соответствует его фантазии, то тем хуже для реальности. Он ее будет бесконечно пытать своими методами, пока не добьет. Для него главное — не рост производства или повышение благосостояния граждан, а воплощение в жизнь своей идеологии любой ценой. Помните, в советское время нас учили научному коммунизму. Думаю, руководители ЦБ знали этот предмет на пятерку. Потом в их голове одну догматическую систему заменили другой — теперь они исповедуют рыночный фундаментализм. Но если в СССР никому не приходило в голову доверить управление народным хозяйством специалистам по научному коммунизму, то последние два десятилетия наша экономика является полигоном для упражнений рыночных фундаменталистов. Платой за это стала деградация производительных сил и двукратное сжатие экономики, обнищание квалифицированного населения. Но провальные результаты фанатичных догматиков ничему не учат. Они уходят от дискуссий, отказываются от научной экспертизы, не признают очевидные факты. К примеру, могу показать вам Заключение секции экономики РАН на проект Основных направлений денежно-кредитной политики, которое было денежными властями проигнорировано. Там деликатно указывается, что содержащиеся в этом документе утверждения "игнорируют общедоступные статистические данные и результаты проводимых опросов предпринимателей..., не имеют внутренней связности и теоретической обоснованности, не способствуют достижению устойчивого экономического роста… Стремление ЦБ снять с себя ответственность за проведение активной денежной политики, ограничиваясь отражением рыночной ситуации по ликвидности не может быть оправдано…". То, что я вам говорю — это не мое субъективное мнение. Это научно обоснованная объективная позиция.

Александр НАГОРНЫЙ. На чем же основана уверенность денежных властей в правильности проводимой политики?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Есть несколько причин. Во-первых, они ведут себя как настоящие сектанты — все обсуждения ведутся в кругу единоверцев. Чтобы создать впечатление тайного знания, они вовлекают в процессы подготовки и принятия решений только своих единомышленников и старательно избегают дискуссий с оппонентами. Их фанатичная вера в примитивные модели рыночного равновесия умиляет. Я сам по специальности экономист-математик и знаю им цену. Ни одному инженеру не придет в голову пользоваться нереалистичными моделями. Но, в отличие от техники, которая либо работает, либо нет, экономика работает всегда. Людям каждый день нужно кушать, и они будут работать вопреки любым макроэкономическим экспериментам. Как показывает наш опыт 90-х годов, предприятия могут работать вообще без денег, замещая их суррогатами. Во-вторых, наивную веру в примитивные модели рыночного равновесия последовательно укрепляет МВФ и влиятельные экономические издания, награждая наиболее фанатичных проводников доктрины Вашингтонского консенсуса громкими титулами "лучших в мире" министров и банкиров. Это объясняется экономическими интересами транснационального капитала, что и является основной причиной уверенности наших монетаристов в своей правоте. Но на самом деле они лишь обслуживают интересы иностранного спекулятивного капитала.

Александр НАГОРНЫЙ. Что вы имеете в виду?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Судите сами, в чьих интересах эта догматика? Кому мешает валютный контроль? Не производственным предприятиям, которым вполне достаточна свободная конвертируемость рубля по текущим операциям, будь то импорт или оплата процентов. И, конечно, не добропорядочным гражданам, которым не надо прятать нелегальные доходы в оффшорах. И даже не прямым иностранным инвесторам, которые совершают многомиллиардные инвестиции в Китае, Индии, Бразилии и других странах с жестким валютным контролем.

Александр НАГОРНЫЙ. Валютный контроль мешает оффшорной олигархии и валютным спекулянтам?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Правильно, он угрожает самому их образу жизни. Но не только. Главным заказчиком является крупный международный финансовый капитал. Самые большие прибыли получаются на дестабилизации национальных финансовых рынков посредством спекулятивных атак. Начинается такая атака наплывом иностранных портфельных инвестиций. Рынок искусственно вздувается, растут котировки акций, укрепляется национальная валюта, сооружаются финансовые пирамиды. Всосав в финансовые пузыри основную часть имеющейся на национальном рынке ликвидности, иностранные спекулянты резко сбрасывают подорожавшие активы и вывозят сверхприбыли. К примеру, на один доллар, вложенный в скупку акций, приватизировавшихся в первой половине 90-х годов предприятий, спекулянты к 97-му "заработали" на финансовых пирамидах не менее 3-х, затем удвоили свой капитал в пирамиде ГКО, после чего обрушили ее, вывели доходы за рубеж. Вскоре после дефолта, сопровождавшегося трехкратным падением курса рубля и десятикратным обвалом фондового рынка, иностранные спекулянты вернулись, чтобы скупить 30-кратно подешевевшие активы. Это стало возможным вследствие отмены ограничений на трансграничное движение капитала по операциям с ГКО. Аналогичные операции пережили многие развивающиеся страны, преждевременно отказавшиеся от валютного контроля. Так что международным спекулянтам есть за что бороться.

Александр НАГОРНЫЙ. С тех пор выводов так и не было сделано?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. К сожалению, нет. Замечу, что проведенное в Совете Федерации парламентское расследование причин дефолта содержало выводы о том, что сооружение финансовой пирамиды ГКО было следствием, во-первых, некомпетентности руководителей правительства и Банка России, которые не удосужились вникнуть в несложные математические расчеты, представленные нами за 9 месяцев до дефолта с точным прогнозом саморазрушения системы государственных финансов. Во-вторых, манипулирования рынком со стороны ряда должностных лиц, сговаривавшихся перед каждым размещением ГКО по цене отсечения. В-третьих, государственной измены высокопоставленных деятелей, "сливавших" МВФ и Казначейству США информацию о готовящихся решениях по дефолту и помогавших американским инвесторам заблаговременно уйти с рынка вместе со сверхприбылями. Несмотря на рекомендации Совета Федерации не доверять этим людям работу с государственным имуществом и деньгами, почти все они сегодня работают на высоких должностях, а некоторые продолжают манипуляции с финансовым рынком.

Александр НАГОРНЫЙ. Наверное, кто-то на этом неплохо заработал?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Конечно, доходность по спекуляциям против рубля составляла в октябре-ноябре до 400% годовых, а в "черный вторник" превысила 1000%! Это был результат манипулирования рынком, который у нас крайне монополизирован. По имеющимся сведениям, львиная доля валютных спекуляций пришлась на две кампании. Деньги спекулянты занимали у крупнейших банков, в том числе государственных, которые, в свою очередь, получали их от ЦБ в порядке рефинансирования, который почему-то совершенно не интересовался, на какие цели идут выделяемые им кредиты. Как вы понимаете, при таких прибылях спекулянты легко могут занимать деньги хоть под 100% годовых. Поэтому повышение ключевой ставки до 17% лавину обрушения рубля не остановило, а стало сигналом для последней сокрушительной атаки, когда биржа опустила курс рубля за доллар с 60 до 80.

Александр НАГОРНЫЙ. Что значит опустила? Разве это не результат балансировки спроса и предложения?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. У нас господствует книжное представление о финансовом рынке как об автоматическом механизме совершенной конкуренции. Специалисты знают, что в реальности наш рынок манипулируется небольшим количеством игроков, которые проводят между собой притворные сделки, искусственно регулируя цены и наживаясь за счет остальных участников. Меня умиляет наивная вера некоторых руководителей ЦБ в "правильных" спекулянтов, которые выполняют полезную работу по обеспечению рыночного равновесия. Ведь в реальности все наоборот — спекулянты наживаются на дестабилизации рынка, на создании неравновесных ситуаций. И денежные власти всех стран это хорошо понимают, ведя со спекулянтами постоянную борьбу. Инструментами этой борьбы являются не только валютные интервенции, но и уголовный кодекс, который предусматривает суровое наказание за манипулирование рынком, использование инсайдерской информации, сооружение финансовых пирамид…

Александр НАГОРНЫЙ. Я не знаю у нас ни одного случая наказания за эти преступления…

Сергей ГЛАЗЬЕВ. В том-то и дело, безнаказанность делает эти преступления системными, в результате чего мы вместо финансового рынка имеем машину для финансовых махинаций. Ни за сооружение пирамиды ГКО, ни за присвоение беззалоговых кредитов некоторыми банкирами в 2008 году никто не ответил. И сейчас удивительная пассивность денежных властей, отдавших бразды правления безответственным биржевикам, не может не вызвать вопросов. Тем более, что там на ключевых ролях оказались люди с сомнительной репутацией, в том числе уже попадавшиеся на финансовых махинациях и лишавшиеся лицензий. Биржа должна была применить хорошо известные меры по стабилизации рынка при первых признаках игры против рубля — начиная от остановки торгов и заканчивая отменой кредитного рычага, операций с валютными свопами и деривативами. Она же, наоборот, стала эпицентром кризиса…

Александр НАГОРНЫЙ. Говорят, что на бирже происходили "технические сбои" — она не принимала заявки на продажу валюты и покупку рублей.

Сергей ГЛАЗЬЕВ. В этом и заключается смысл слова "опустила" курс. Игроки называют эту операцию "переставить курс", как фишки в игре. Спекулянты между собой договариваются о проведении сделки по определенной цене. На момент ее совершения остальные игроки убираются с рынка, и биржа фиксирует эту цену как рыночную. Игроки начинают на нее ориентироваться и совершать по ней реальные сделки. Разумеется, это возможно на короткое время, под действием объективных факторов формирования спроса и предложения равновесие восстанавливается. Но цена этой кратковременной дестабилизации может быть очень высокой, вплоть до запуска лавины банковских банкротств вследствие панического изъятия вкладов, парализации платежей, разорения предприятий…

Александр НАГОРНЫЙ. Мы уже заплатили за это скачком инфляции и остановкой экономического роста…

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Последнее было вовсе не обязательным. Оно стало следствием решений ЦБ по повышению ключевой ставки и сокращению кредита. В результате производственный сектор был окончательно отрезан от финансового. Если рентабельность в промышленности составляет около 8%, а в других отраслях и того ниже, то могут ли предприятия брать кредит под 17%? Фактически кредитование производственной сферы остановилось. Вся ликвидность высасывается спекулянтами для сверхприбыльной игры против рубля. Вслед за этим происходит падение инвестиций и остановка экономического роста. Я думаю, именно в этом заключалась цель атаки против рубля — спровоцировать денежные власти на самоубийственные для своей экономики решения по повышению ставки рефинансирования до недоступного для предприятий реального сектора уровня.

Александр НАГОРНЫЙ. Вы всё же считаете произошедшее спланированной акцией? Особенно — в свете прошедшего на днях "гайдаровского форума"?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Создается впечатление, что главная задача организаторов этого форума заключалась в том, чтобы убедить российское руководство в правильности проводимой макроэкономической политики. Поэтому на нём западные эксперты хвалили руководство денежных властей за якобы правильные меры и якобы современный подход. Их прилежные ученики, словно студенты на семинаре, рассуждали о "поиске рублем новой точки равновесия". Их энергично поддерживали западные и российские финансисты, заработавшие на этом "поиске" тысячи процентов годовых и жаждущие продолжения банкета. Пока проводили форум, рубль упал еще на 8% и довольные сверхприбылями спекулянты устроили дружную овацию руководству ЦБ, которое пообещало не менять денежно-кредитную политику.
Давайте проанализируем последовательность действий регулятора, и тогда вы поймете логику атаки. Нам объявляют экономические санкции, угрожающие выводом из нашей финансовой системы иностранных кредитов на пару сотен миллиардов долларов. ЦБ решительно отвергает все предложения по ее защите, включая валютный контроль, регулирование трансграничных операций, введение обязательной продажи валютной выручки экспортерами, признание санкций форсмажорным обстоятельством. Вместо этого начинается кампания по ослаблению и без того несовершенного регулирования. Внедряется еще одна догма о невозможности достижения нескольких целей денежно-кредитной политики, нелепость которой очевидна каждому управленцу, который должен знать фундаментальный принцип кибернетики — избирательная способность системы управления должна быть не ниже разнообразия объекта управления. По отношению к денежной системе это означает необходимость использования большого количества инструментов, определяющих не только цену денег, но и сферы их обращения. Параллельно происходит подмена понятий — конституционная обязанность ЦБ обеспечивать устойчивость рубля заменяется "таргетированием инфляции", которая объявляется единственной целью денежной политики, а ключевая ставка — единственным параметром управления. Под этим предлогом ЦБ заявляет о готовящемся переходе к плавающему курсу рубля, что воспринимается рынком как сигнал к его вероятному снижению. И оно действительно начинается, как и в 2008 году, по известному рынку алгоритму. Для спекулянтов начинаются золотые дни — зная методику ЦБ, они без риска начинают игру против рубля. При этом ЦБ не предпринимает мер ни по прекращению кредитования этих операций, ни по пресечению нарастающей утечки капитала. Под давлением собственноручно спровоцированной спекулятивной атаки на рубль ЦБ досрочно отпускает его в свободное плавание. Биржа, которую недавно приватизировали и передали в управление бывшим сотрудникам крупнейших иностранных банков, выступает акселератором спекулятивного давления, предоставляя возможность совершать операции с 8-кратным финансовым рычагом. Отказавшись от общепринятых механизмов регулирования валютного рынка, руководство ЦБ панически хватается за оставшуюся в руках "соломинку" — процентную ставку, принимая судорожное решение о ее резком повышении. Кредитование экономики остановлено, ее рост прекратился. После этого биржевики наносят последний удар по рублю, выставляя страну на посмешище всему миру и уходят с рынка. Дело сделано — Обама заявляет о достижении цели, ради которой вводились санкции.

Александр НАГОРНЫЙ. Не слишком оптимистично…

Сергей ГЛАЗЬЕВ. А чего вы хотите? Нужно, наконец, отбросить иллюзии. Против нас ведется война. Противник ожидаемо ударил нас по самому слабому и незащищенному месту — финансовой системе, которую мы сами отдали ему в управление. Вот он и управляет ею так, чтобы нас подчинить, лишив источников экономического роста — кредитов, технологий, умов. Нельзя рассчитывать на внешнеполитическую самостоятельность при колониально зависимой экономике. Могли бы мы выиграть войну с Германией, если бы согласились на использование рейхсмарок в качестве основы для формирования денежной базы? А ведь сегодня ЦБ закрепляет долларизацию нашей экономики, переходя уже к рефинансированию в долларах. Кстати, сразу же после дефолта в 1998 году нам МВФ предлагал делать именно то, что сегодня делает ЦБ — повышение ставки рефинансирования, отказ от валютного регулирования, свободное хождение доллара во внутреннем обороте, сжатие денежной массы. Даже пытались назначить нам куратора — некого Кавалло, известного катастрофическими результатами подобной политики в Аргентине. Тогда хватило ума отказаться, хотя наше положение было куда хуже нынешнего. Сейчас у нас нет внешних обязательств и полная свобода рук. Только нужно не сидеть, сложив руки в надежде на иностранных инвесторов, а делать экономическое чудо. В отличие от руководителей ЦБ, для которых экономика — это черный ящик, напичканный виртуальными экономическими агентами, неспособными увеличить выпуск продукции, ученые ведущих экономических институтов РАН, профессионально изучающие реальные процессы воспроизводства, умеют объективно оценивать наши возможности и знают, как вывести экономику на траекторию роста с темпом до 10% прироста ВВП и 15% — инвестиций уже в этом году. Только для этого нужно изменить подход к макроэкономической политике — она должна строиться не на догматике Вашингтонского консенсуса, а на знании закономерностей развития экономики и понимании реальных экономических процессов. И, разумеется, исходить не из рекомендаций МВФ, а из целей, поставленных Президентом страны в посланиях Федеральному Собранию и в программных указах от 7 мая 2012 года.

http://zavtra.ru/content/view/dollaropoklonniki/

Александр Байгушев. По русскому завету

Газета Завтра 24 апреля 2007 г.

Идея "Пятой Империи" подхвачена общественным мнением. Правда, ее оппоненты ставят под сомнение само понятие "империи", вульгарно его трактуя и "доказывая", что империя несовместима с понятиями свободы, демократии, прав человека. Более того, шельмуя "русскую имперскость", они иезуитски перекладывают сейчас вину за развал СССР с полностью обанкротившихся "демократов" на "русских националистов". Они не учитывают той простой вещи, что "русское сопротивление", сконцентрировавшееся когда-то в действительно массовых (в отличие от диссидентских группок) "русских клубах", в многочисленных "Памятях", "Витязях", "Пересветах" и других организациях, занимало по отношению к Красной Империи вовсе не разрушительную, а охранительную позицию. Я попробую это доказать, поскольку начиная с 60-х годов входил в актив "русских клубов" при ВООПИК — Всероссийском обществе охраны памятников истории и культуры, а с 80-х годов являлся сопредседателем международной организации "Славянский Собор", включавшей в себя 187 патриотических и националистических движений и группировок. Всё тогдашнее "русское сопротивление" развивалось на моих глазах — все наши тактические и стратегические ходы, удачи и трагические промахи. Мыслями об этом я и хочу поделиться.
СЕКРЕТНОЕ ЗАВЕЩАНИЕ И. В. СТАЛИНА
Диалектика становления Красной Империи наглядно демонстрирует, что как раз высшим её расцветом, по всеобщему признанию, был "брежневский золотой век". То есть Красная Империя расцвела именно тогда, когда расцвели патриотические "русские клубы". И Империя оперлась на них как на массовое движение изнутри самого народа. Одно время горбачевские прихвостни объявляли брежневское время "застоем". Но сами-то ведь смогли только разрушить Империю! Сейчас опросы ВЦИОМ и других фондов, изучающих общественное мнение, во время празднования столетия со дня рождения Л.И.Брежнева, показали, что 70% населения страны считают его время не "застоем", а "золотым веком советской власти" — апогеем расцвета советской власти и могущества Красной Империи во всем мире. Это неоспоримый исторический факт, от него никуда не деться! Как неоспорим и тот факт, что основным содержанием курса Брежнева и гарантом баланса и стабильности в многонациональном советском обществе был имперский курс на органическую русификация партии и советской власти, начатый еще Сталиным. Курс на имперскую русификацию — без перехлестов, со щепетильным уважением к духовному наследию всех народов СССР, но основанный на русском языке как языке межнационального общения СССР и на русском менталитете как базисной форме развивающейся общей многонациональной советской культуры. Тут нет русским никаких привилегий, скорее большая ответственность за все народы России. Американская империя, никто этого не будет отрицать, базируется на английском языке и англо-саксонской культуре. Какой-то язык и какая-то культура в Империи должны быть базовыми, и понятно, что это должны быть не "ценности" какого-то "малого народа" (пусть даже такого всеми уважаемого и экономически могущественного, как евреи), а традиционные духовные и исторические ценности подавляющего большинства — 87% населения. У нас, естественно, базовый для крепости Империи народ — русские. А базовый духовный менталитет — русский менталитет. Это просто закон природы.
При Сталине началась тотальная реставрация Русской Империи. Олег Платонов пишет: "Превращение (хотя и неполное, несовершенное) "Савла в Павла" — Сталина как одного из руководителей антирусского движения в Сталина как национального вождя русского народа — происходило не сразу, процесс этот, начавшийся еще в конце 1920-х, растягивается на все тридцатые годы, приобретя итоговое завершение лишь во время Великой Отечественной войны. Могучая русская цивилизация духовно подчиняет себе большевистского вождя, освятив его деятельность положительным содержанием". При этом, добавлю, Сталин понимал, что, возрождая Империю, несомненно, надо опираться прежде всего на главный народ, являющийся древом империи.
И здесь я хотел бы особо остановиться на фигуре самого великого российского Имперца Иосифа Сталина. И главное — на его ныне опубликованном секретном Завещании. Про Сталина мы еще очень, очень многого не знаем. За ним немало грехов. Но биение сакрального пульса Империи на нашей благословенной земле великий Сталин чувствовал, как никто.
Абсолютно ясно, что Сталин, человек с профессиональным богословским образованием, лучший ученик Тифлисской Духовной семинарии, никогда бы не победил в строительстве Четвертой Красной Империи, если бы "исподтишка" не опирался на исихастскую православную "подкорку" нации. А в православном исихазме ("деятельном безмолвии", тайной доктрине Православия) Сталин был искушен, как никто. Патриарх Пимен говорил, что поговорить со Сталиным на богословские темы — это значило окунуться в священное море исихастской, самой сакральной эрудиции. Сейчас про "скрытого афонца" Сталина вышел и продается в патриотических киосках даже православный фильм "Вождь и Пастырь" телевизионных документалистов Татианы Мироновой и Анны Москвиной из Санкт-Петербурга, в котором отсняты имеющиеся закрытые документы и свидетельства. В фильме с помощью документов, на которые постоянно наезжает камера, выделяя нужные строки, рассказывается, что Сталин как лучший ученик Духовного училища был почтенно распределен аж на сам Афон. Но затем якобы последовало по его кандидатуре секретное решение тайного православного исихастского, "афонского" Ордена Безмолвия. К чему я это говорю? А к тому, что подобно тому как масоны всегда отрицают свое существование, так и Православная Церковь всегда официально, естественно, отрицала и будет отрицать существование у себя тайных военно-политических орденов. Но когда и какая же великая Вера была без своих тайных, особо доверенных адептов — посвященных, берегущих ее самые сакральные тайны?! Тут я обращаю внимание на провиденциальный роман Александра Проханова "Теплоход "Иосиф Бродский", где сделаны определенные, далеко идущие намеки на сокровенные тайны церковного механизма. Не всё можно говорить. Но нельзя же прекраснодушно пребывать и в наивных представлениях, будто посвященные исихасты (об их существовании, тем не менее, все верующие знают!) только что молятся в священном безмолвии? А кто же тогда "рыцари Грааля" у православной веры? Что она, выходит, беззащитна?! Да без своих особо закрытых структур Православие никогда не выдержало бы атеистического погрома 20-х годов, ни — особенно — жесточайшего погрома хрущевской "атеистической оттепели". Другой вопрос, что модернистский католицизм всегда даже афишировал свои Ордена (не все!), а в Православном исихастском монашестве первый обет — смиренномудрие: "не ищи показывать себя превосходящим других; подвиги во имя Веры совершай втайне". В связи с тайным Орденом Безмолвия в Православии, ввиду грозно приближавшегося великого духовного испытания для второго избранного народа — русского, ввиду окаянно надвинувшейся "Революции Красного Хама", естественно, что Орден Безмолвия на пороге подступавшего рокового ХХ века — века предстоящих тяжких испытаний для Православной Церкви — не бездействовал. А заранее внедрял в революционное движение своих агентов, которые были, как полагается по правилам действий в стратегической разведке, "законсервированы" (то есть с ними прерывались контакты на десять и более лет до "полного внедрения" — и до срока "Х"). Сталину сроком "Х" по версии Церкви — но я ее слышал от самого Патриарха Пимена (Извекова Сергея Михайловича) — был определен 1937-й год. Возможно, что это миф, которым Церковь поддерживала в трудный момент своих "посвященных", внедряемых в правящую партию. Я всегда был верующим, но мне тогда очень остро нужна была моральная поддержка. Во всяком случае, что-то, я уверен, стоит за версией посвященных Церкви. Ведь уже опубликовано Завещание Сталина в вышедшей сенсационной книге "Личная секретная служба И.В.Сталина. Стратегическая разведка и контрразведка. Сборник докумен- тов" (М., Сварогъ, 2004), где Сталин прямо говорит об ориентации им партии на постепенное возвращение Православия.
Конечно, исповедь Сталина Патриарху в 1952 году на Рождество (давно известная в посвященных исихастских церковных кругах) всё бы расставила по местам, и она еще ждет опубликования. Но, во всяком случае, одно уже совершенно достоверно: что в своем так называемом Завещании, поясняя преемникам, как сохранить Империю, Сталин указывал именно на необходимость постепенного возвращения русского народа к традициям Православия. Хочу привести здесь фрагмент сталинского текста, которым руководствовался в решающие моменты Л.И. Брежнев, считая этот текст именно завещанием вождя для сохранения Империи: "Реформы неизбежны, но в свое время. И это должны быть реформы органические, опирающиеся на традиции русского народа при постепенном восстановлении Православного самосознания. Очень скоро войны за территории сменят войны "холодные" — за ресурсы и энергию. Нужно быть готовыми к этому". Как видим, И.В. Сталин предвещал нам вовсе не хрущевскую мутную оттепель на космополитический троцкистский лад, а опору на традиции русского народа и даже на постепенное восстановление духовной пассионарности русской нации на твердом почвенном фундаменте коренного православного Имперского самосознания. Вот и следует держаться сокровенного завета Великого Имперца. От добра — добра не ищут!
СЕКРЕТ БРЕЖНЕВСКОГО "ЗОЛОТОГО ВЕКА"
Следует подчеркнуть: как Сталин, так и Брежнев были весьма осторожны с переменами — советскую власть нельзя было гнуть через колено, резко возвращая ее из атеизма в Православие. Принимая до времени закрытую внутриполитическую доктрину партии (внешнеполитическая доктрина Брежнева была открыто объявлена — это была "Разрядка", на Западе "Разрядку" прямо называли в печати "Доктриной Брежнева), Брежнев сам назвал ее — "Двуглавый орел". Чтобы усилить "русский Орден", Брежнев, едва придя к власти, тут же провел на закрытом Политбюро решение о создании ВООПИК — Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (1965 г.). До Брежнева такие охранительные общества были во всех союзных республиках СССР, кроме РСФСР — якобы во избежание неизбежного антисемитизма, которое станет культивироваться в таком обществе. В других союзных республиках партия "национализмов" не боялась, а вот русские националисты почему-то "кем-то" заранее подозревались в антисемитизме. Вот такой был милый "двойной стандарт", кстати, у Познеров и Швыдких продолжающий действовать до сих пор… Брежнев же тогда с опорой на "русские клубы" явно не прогадал. Очень скоро в борьбе с диссидентством, которую постоянно проигрывал КГБ Андропова, Генсек стал прямо опираться на "русские клубы", которые отстаивали "советскую власть" последовательно и убежденно и — активнейшим образом поддерживали Брежнева на всех "ухабах" его долгого восемнадцатилетнего "императорства".
Были ли у нас сложности? Да. И здесь я хочу сослаться на поэта Станислава Куняева, который выразил в своем мемуарном эпосе "Поэзия. Судьба. Россия" (М., изд. "Наш современник", 2005) общую настроенность членов "русских клубов" и всего широкого круга интеллигенции, входившего в сферу нашего влияния. В первой книге своего трехтомника, названной "Русский человек", Станислав Куняев прямо отвечает на вопрос, тогда стоявший перед нами всеми ребром. Он, на мой взгляд, пожалуй, даже уж слишком решительно отсек с плеча: "Но, к сожалению, и с русскими националистами вроде Леонида Бородина и Владимира Осипова мы не могли окончательно породниться, потому что их "русское диссидентство" по-своему тоже было разрушительным. А мы стремились к другому: в рамках государства, не разрушая его основ, эволюционным путем изменить положение русского человека и русской культуры к лучшему, хоть как-то ограничить влияние еврейского политического и культурного "лобби" на нашу жизнь. Нам казалось, что шансы для такого развития событий у истории есть. И они были. Разрушать же государство по рецептам Бородина, Солженицына, Осипова, Вагина с розовой надеждой, что власть после разрушения перейдет в руки благородных русских националистов? Нет, на это мы не могли делать ставку. Слишком высока была цена, которую пришлось бы заплатить в случае поражения. Кстати, именно такую цену за совершившуюся антисоветскую авантюру наше общество и наш народ и платит сегодня".
Этот текст Станислава Куняева применительно к тому времени, подтверждаю, абсолютно честен. Да, мы именно так все чувствовали. Мы в "русских клубах" всех уровней, хотя и считали себя "русским сопротивлением", но никак не равняли себя с "диссидентами", преследуемыми КГБ. Напротив, мы гордились тем, что патриотические силы в партии и советской власти всегда могли против диссидентских разрушительных действий решительно опереться на нас как опору Красной Империи. Именно опереться на "русские клубы", на "Память", на ВООПИК. А мы, в свою очередь, хотели от партии и советской власти их собственной ненавязчивой русификации. Мы, русские, хотели русификации советской власти во имя ее же собственного укрепления.
Мы настойчиво утверждали: строя Красную Империю, надо опереться на 87% населения, составляющих "державообразующую нацию". То есть на русских. И нас при этом уж никак нельзя было обвинить в узком национализме и, тем более, в ксенофобии, потому что мы действовали во имя высших общих интересов всего русского многонационального этноса. И уж совершенно точно, что крамолы против советской власти в наших действиях никакой не было. Мы, напротив, хотели, чтобы Красная Империя стала для нас более родной, более своей. Русской!
Зачем я об этом столь настоятельно напоминаю? А затем, что сейчас стало модным реконструировать те наши позиции и выдавать их якобы за заранее изнутри спонтанно заданные как антисоветские. В эту "психологическую ловушку", расставляемую на зарубежные гранты, нередко попадаются и "отчаянные патриоты", вдруг начинающие вести "огонь по своим". Так, например, Владимир Бушин в интервью Владимиру Бондаренко для популярного сборника "Пламенные реакционеры" гвоздит писателя Валерия Ганичева (в то далекое время — открою уж "тайну века" — фактического лидера "русского сопротивления" вместе с Юрием Прокушевым). Цитирую Бушина: "Конечно, катастрофа советской власти изменила мир. Но почему она произошла? В одной из твоих (то есть Владимира Бондаренко —А.Б.) предыдущих бесед с председателем Союза писателей Валерием Ганичевым, меня поразило одно место. Он рассказывает, что была создана крыша для русских патриотов. Их притесняли, их обвиняли в национализме, и, чтобы смыть с себя обвинения в чрезмерной русскости, они устраивали заседания то в Тбилиси, то еще где-нибудь в национальной республике. И вот в 1972 году они летели из Тбилиси в Москву. Когда пролетали над Краснодаром, над Кубанью, то Сергей Семанов и Вадим Кожинов встали, вытянулись в струнку, и возгласили: "почтим память русского генерала Лавра Корнилова, трагически погибшего в этих местах". И это 1972-й год. Валерий Ганичев — главный редактор крупнейшего и влиятельнейшего издательства "Молодая гвардия", другие немалые должности занимали. Вадим Кожинов позже вспоминал: мол, у него лишь в 60-х годах был краткий период диссидентства. Это неправда. 1972 год. Они все чтят память лютого врага советской власти. Разложение проникло чрезвычайно высоко, и антисоветизм становился моден именно в кругах наших чиновных верхов, а не в народе. Все они, упомянутые Ганичевым патриоты, — интеллигентные, высокообразованные люди. И они были уже в 70-е годы антисоветчики. Все эти настроения проникали, как метастазы, во все слои, в том числе и в руководящие". Бушин не хочет понимать, что Вадим Кожинов, Сергей Семанов, Валерий Ганичев в то время (70-е годы) просто уже давно переступили через классовую ненависть гражданской войны и, ища национального согласия, отдавали равную дань уважения честному царскому генералу. У Кожинова, Семанова, Ганичева и Сорокина это был катарсис — очищение после пережитой народом высокой трагедии. Это были представители той части общества, которая мучительно искала (и находила в ВООПИК!) свои духовные корни.
К этому времени Брежнев окончательно разочаровался в андроповском КГБ и на уровне международной стратегии. Он подписал по рекомендации Андропова "третью корзину" Хельсинских соглашений с ее "правами человека" и "общечеловеческим ценностями". Но сам-то КГБ никак не подготовился и, главное, не подготовил общество к восприятию "третьей корзины". В нашем обществе не были заранее организованы гражданские организации по защите прав человека и общечеловеческих ценностей. Поэтому Запад сам подсуетился, вместо КГБ и Агитпропа Суслова. И — возникли всякого рода "Хельсинкские группы" по правам человека, субсидировавшиеся Западом — по сути, подрывные организации. Уже вдогонку, перестраивая на ходу систему пропаганды и "налаживая" гражданское общество, с ведома Генсека был организован журнал "Человек и Закон", редактором которого по личной рекомендации Брежнева был поставлен идеолог "русских клубов" Сергей Семанов.
В это же время Брежнев решает и за рубежом опираться на "русские клубы" — он изымает из системы КГБ и заново организует Общество по культурным связям с соотечественниками за рубежом, назвав его по имени одного из клубов ВООПИК "Родина". Мне тогда поручили работать заместителем главного редактора издательского комплекса "Родина" — ответственным редактором, непосредственно отвечающим перед ЦК и лично перед Сусловом (не перед КГБ и Андроповым, а именно перед партией) за массовый еженедельник "Голос Родины" — по статусу четвертую газету СССР (после "Правды", "Известий" и "Литературной газеты"), а по уровню полиграфии — даже лучшей, чем они. Впервые тогда в Совет общества "Родина" и его печатный орган с санкции Брежнева были официально введены священники. Все вместе мы взывали к добрым чувствам, к великому русскому прошлому, внушали соотечественникам чувство гордости своей русскостью. Понимаю, что получалось у нас тогда далеко не всё. Но знаю и то, что Четвертая, Красная Империя уже в немалой мере опиралась именно на русское имперское сознание. Поэтому все нынешние попытки приписать тогдашним "русским клубам" развал советской власти заведомо лживы. Это лишь попытка переложить грехи с больной головы на здоровую. Напротив, я абсолютно убежден, что тот первый, но во многом плодотворный опыт "русских клубов" может быть ныне творчески использован при создании "Пятой Империи" русских.

Стихи и песни

Анненский Иннокентий Федорович

Анненский Иннокентий  Анненский Иннокентий

СРЕДИ МИРОВ

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.
1909

Ахматова Анна Андреевна (род. 11 [23] июня 1889 г.)

Ахматова Анна Андреевна  Ахматова Анна

СМЯТЕНИЕ

I

Было душно от жгучего света,
А взгляды его — как лучи...
Я только вздрогнула. Этот
Может меня приручить.
Наклонился — он что-то скажет.
От лица отхлынула кровь.
Пусть камнем надгробным ляжет
На жизни моей любовь.

II

Не любишь, не хочешь смотреть.
О, как ты красив, проклятый!
И я не могу взлететь,
А с детства была крылатой.
Мне очи застил туман,
Сливаются вещи и лица...
И только красный тюльпан,
Тюльпан у тебя в петлице.

III

Как велит простая учтивость,
Подошел ко мне. Улыбнулся,
Полуласково, полулениво
Поцелуем руки коснулся.
И загадочных, древних ликов
На меня поглядели очи...
Десять лет замираний и криков,
Все мои бессонные ночи
Я вложила в тихое слово
И сказала его напрасно.
Отошел ты, и стало снова
На душе и пусто и ясно.
1913

***

После ветра и мороза было
Любо мне погреться у огня.
Там за сердцем я не уследила,
И его украли у меня.

Новогодний праздник длится пышно,
Влажны стебли новогодних роз,
А в груди моей уже не слышно
Трепетания стрекоз.

Ах! не трудно угадать мне вора,
Я его узнала по глазам.
Только страшно так, что скоро, скоро
Он вернет свою добычу сам.
1914. Январь

Блок Александр Александрович

Блок Александр  Блок Александр

РОССИЯ

Опять, как в годы золотые,
Три стёртых треплются шлеи,
И вязнут спицы росписные
В расхлябанные колеи…

Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые —
Как слёзы первые любви!

Тебя жалеть я не умею,
И крест свой бережно несу…
Какому хочешь чародею
Отдай разбойную красу!

Пускай заманит и обманет, —
Не пропадёшь, не сгинешь ты,
И лишь забота затуманит
Твои прекрасные черты…

Ну что ж? Одной заботой боле —
Одной слезой река шумней,
А ты всё та же — лес, да поле,
Да плат узорный до бровей…

И невозможное возможно,
Дорога долгая легка,
Когда блеснёт в дали дорожной
Мгновенный взор из-под платка,
Когда звенит тоской острожной
Глухая песня ямщика!..
18 октября 1908

***

День поблек, изящный и невинный,
Вечер заглянул сквозь кружева.
И над книгою старинной
закружилась голова.

Встала в легкой полутени,
Заструилась вдоль перил...
В голубых сетях растений
Кто-то медленный скользил.

Тихо дрогнула портьера.
Принимала комната шаги
Голубого кавалера
И слуги.

Услыхала об убийстве -
Покачнулась - умерла.
Уронила матовые кисти
В зеркала.
24 декабря 1904

Боголюбов Николай

http://n-bogolubov.narod.ru/PRS/PRS.html

НЕВСКИЕ ГОРИЗОНТЫ

...
Где бурь жестокая краса
Рвёт облака и мглу на части,
Вновь запылают небеса
Зарёю огненных причастий.

Своя у севера судьба –
Хранить высоты и глубины,
Во тьму выдавливать раба
Высокой волей Господина.

Бородкин Олег Александрович

Олег Бородкин  Олег Бородкин

ГОРЫ

оглядываясь,
видишь за собою
не то чтобы сплошные
горы трупов,
но множество ошибок,
блеск которых
тебе уже исправить не дано.

БРЕННОСТЬ БЫТИЯ

кто сдохнет как собака,
кто умрет
от жажды
или просто без причины.
а кто уже является куском
гуляющей по свету мертвечины.

УТРОМ

когда шагаешь утром на работу,
имея в голове пчелиный рой,
ты с отвращеньем
смотришь на прохожих.
они тебе противны,
мой герой.

ВЕЧЕРОМ

и вечером,
когда идешь с работы,
помахивая щипаным крылом,
они в угаре бьются друг о друга
и смотрят,
кто волчицей, кто козлом.

СТАРУХА

в автобусе давиловка и брань.
зверею...
тут еще одна беда:
старуха, прижимаясь, говорит,
что сбросить бы лет сорок ей,
тогда...

ХЛЕБ

я ангелов кормил
с ладони хлебом.
наевшись,
понеслись они домой.

СОЧУВСТВИЕ

сочувствуя чужой неврастении,
не забывай о собственной беде.

ЗАПАД

весь мир цивилизованный
меня
за то, что существую,
порицает.
а я-то к ним
неплохо отношусь:
пускай себе,
собаки, мельтешат.

***

меня читают,
не подозревая,
что я уже лет семь как не поэт.

я просто автор текстов
и пишу,
как пишется,
без цели и без правил.

** *

опять сижу на даче,
пиво пью.
и в этом я неизлечимо прав.

ИСТОРИЯ

у вымерших народов
тоже есть
забытая История их краха.

СУПРИМАТИЗМ

весь свой консервативный авангард
я высосал из пальца,
может быть.
в природе есть простой
циничный смех.
не все же в зоопарке волком выть.

я гений.
я почти интеллигент.
и гений поднимается с колен.
завистники затравленно гундят.
мы им сейчас покажем
черный хрен.

ИГРА

вот палача
стошнило черной кровью.
ненастоящий, видимо, палач.

ПРОПАГАНДА

я спать не собираюсь на гвоздях
и с личной
не намерен драться тенью...
да мало ли какая погребень
зовет нас
к химерическим свершеньям!

ЦЕРЕТЕЛИ

в своих твореньях
скульптор Церетели
увековечил жабу и свинью.

БОРЬБА

а фурманы и гельманы
умеют
борьбу затеять
с жабой и свиньей.

ЖАБА

надень на жабу темные очки
и галстук модный
цвета смерти ржавой,
но все равно останется она
в веках
обычной старой доброй жабой.

ЖАБА

хотя бы ловит,
сволочь, комаров.
хотя бы комаров,
зараза, ловит.
и квакает, прощаясь:
будь здоров!
и в меру сквернословит
и злословит.

ДЕНЬ СМЕХА

день смеха наступает,
и смеются
лягушки в телевизоре над нами
и обещают
глупых этих г'уских
и дальше лупоглазо бичевать.

ЖАБА

пупырчатая,
словно огурец,
она на хрен моржовый
не похожа.

ЛЕГЕНДЫ

о тщетности моих усилий можно
слагать легенды,
было бы желанье.
о тщетности моих усилий песни,
я знаю,
можно было бы слагать.

ГВОЗДЬ

мои творенья
русскому понятны.
нерусскому они
как в жопе гвоздь.

СЕРДЦЕ МАРГИНАЛА

покрыто тиной
сердце маргинала
и бьется
где-то в области пупка.

ЦВЕТАЕВА

чем вешаться в Елабуге проклятой
и удобрять собою эту глушь,
сидела бы себе в Париже,
дура!
несла бы гениальнейшую чушь.

АХМАТОВА

Ахматову бранил дотошный Жданов:
мол, вздорна и стервозна.
даже зла.
но что с того:
ведь эта злая дама
нам Леву Гумилева родила.

ЕВРОПА

как быть
с неполноценностью Европы?
тут истина горька:
что есть то есть.

ЖЕРТВЕННОСТЬ

и подтирая задницу медузой,
радеет об народе русофоб.

ТВОРЧЕСТВО

люблю,
проснувшись ночью,
записать
заведомую чушь
и, рухнув снова
в кровать,
слегка мошонку почесать.
а утром рвать
написанное слово.

ЗАВЕТНОЕ

как хочется порой
поставить к стенке
какое-нибудь свинское мурло!

ГРЕБЕНЩИКОВ

мне нравится
дразнить Гребенщикова
позорно поглупевшим пацаном.

ДРЕБЕДЕНЬ

кому нужна такая дребедень,
такое блядство сизое в сметане?!

ПУШКИН

жгли немцы
Маркса, Ленина, Гюго.
жгли Кафку...
но держали под подушкой
и Пушкина читали,
подлецы.
на что им, пьяным фрицам
Саша Пушкин?!

НЕГОДЯЙ

при виде негодяя понимаешь,
что да,
идет навстречу негодяй.

ЛЮБОВЬ К ЖИВОТНЫМ

я безобиден.
я люблю животных:
змей, жаб
и обитателей трущоб...
я даже Горбачева не ударю,
мне попадись
на Невском Горбачев.

ПОЛИТИКА

стоит кусок дерьма
со свечкой в храме
и думает,
что будет так всегда.

БРУДЕРШАФТ

я не безроден
и на брудершафт
со всякой душной швалью
пить не стану.

БЮСТГАЛЬТЕР
когда мужик
бюстгальтер свой снимает,
хорошего не жди,
не жди, чувак.

ХРУЩЕВ

хронический уродец Х. Хрущев.

СЛОВО РУСОФИЛА

плевать мне на Америку,
ей-богу,
на каждый штат
в отдельности плевать.

МОСКОВСКИЙ СТИЛЬ

Козьма Прутков
при виде новостройки
на площади Манежной
вскрикнул: бля!

ПУШКИН

навряд ли Саша Пушкин
был масоном.
да не был он масоном никогда!
не вынесла б такого человека
поганая масонская среда.

ВЕЧНОСТЬ

а в памяти
простых космополитов
Иосиф Сталин
будет жить века.

КОСМОПОЛИТ

космополит -
он, сволочь, чем безродней,
тем громче,
похотливее и злей.

ДРАКОНЫ

мы ждали
этой гнусной катастрофы.
теперь вот
по земле всей нашей зоны,
печально распластав
большие яйца,
валяются убитые драконы.

ОСОБОЕ ИСКУССТВО

мне не всегда
без боли удается
быть русским
в этом все еще шалмане.
быть русским
есть особое искусство,
которое не каждому дано.

БРОДСКИЙ

да, мрут они.
уходят в никуда,
порадовав народ игрой извилин...
я Бродского читаю и читал.
Мне Бродский
абсолютно не противен.

ЖАЖДА КРОВИ

мой сон -
довольно хрупкая святыня.
и хочется ублюдку за стеной
разбить гнилую тыкву
старой гирей
и мертвой насладиться тишиной.

РЕПЛИКА

Мне, гуманисту,
вроде не пристало
комедию подобную ломать,
но к падшим существам
имея жалость,
зловредных самых -
нужно убивать.

ГРЕБЕНЩИКОВ

как горько
сознавать Гребенщикову,
что есть Ревякин Дмитрий
на Руси.

ВОЙНА С КИТАЕМ

а тут еще извечная опасность
войны с Китаем,
с этим триллионом
активных и прожорливых термитов,
которым страстно хочется
в Сибирь.

ГОДЫ

с годами,
если смерть нас заедает,
возможно совершенно отупеть.

БЕЗДНА

я медленно тону
в каком-то местном
наречии людей,
чей выбор - бездна.
ведь смехом не взорвешь
весь этот тесный
нелепый мир словесной шелухи.

ПЯТАЯ КОЛОННА

есть в липовых чертах
колонны пятой
какое-то далекое сомненье,
какое-то глухое ожиданье
не раз уже случавшейся резни.

ВРЕМЯ

имея в окружении глупцов,
предателей и рьяных иноверцев,
весьма непросто что-нибудь сейчас
сказать на чистом русском языке.

СЛОВО РУСОФОБА

ударит иногда,
как камень в спину,
отеческое слово русофоба.

ЗИМА ПРИРОДЫ

февраль.
иду по снегу,
снег скрипит.
я не умею слушать сытый джаз.
как много педерастов среди них,
как много негодяев среди нас!
и как бороться с этой чепухой,
и долго ли еще нам жить в бреду?..
февраль.
иду по снегу.
снег скрипит.
и я иду, иду, иду, иду...

НАДЕЖДА

на битву мышей и лягушек
похожая жизнь
когда-нибудь все-таки выльется
в праздник души.
когда-нибудь лютые звери
сорвутся с цепи.
еврейские в русскую песню
уйдут барыши.

покроет пустыню бескровную
утренний снег.
недаром разбитое
плакало сердце раба.
плевать, что на мусор
всегда был повышенный спрос,
что воры в Кремле
и на помощь надежда слаба.

***

устав от повседневного кипенья,
я, может быть,
не верю ни во что.

***

что толку быть писателем сейчас?
-то стыдно,
то смешно, то безразлично.

***

как не бывает идеальных жен,
так не бывает идеальных вдов.

***

меж тем до появленья белых мух
осталась пара чьих-нибудь смертей.

***

когда-нибудь
я брошу стихоплетство.
уйду в отставку.
в чтении пустом
дрянных романов
весь свой мозг растрачу
и стану совершеннейшим скотом.

***

нормальный человек взирает на
властей потуги
с явным отвращеньем.

***

- сочувствуешь ли, сука,
ты фашизму?
- не знаю, люди, -
будет мой ответ.

***

чего я только в жизни ни творил!
зато не пил безалкогольный водки.

***

зачем я день за днем
смотрю дрянное,
до рвоты надоевшее кино?!

***

не лучше ли
предаться размышленьям
о трудно достающихся деньгах?

***

живу в хрущевке,
в Крым не езжу...
ах,
какой же гад
был этот шкет Никита!

***

взирая на круженье погребени
вокруг пока еще горячей лампы,
я думаю:
когда-нибудь возьмет
Россия в свои руки мухобойку.

***

любой из православных ежедневно
ведет сраженье
с доброй сотней бесов.

***

я все пишу
все мучаю бумагу
пока,
раскрыв пред разной швалью рот,
стоит,
творений этих не читая,
мой бедный вымирающий народ.

***

бандиты любят Бога.
на здоровье.
мне кажется,
любовь их не взаимна.

***

старуха, изрыгающая мат!
твой тощий зад
давно покрыла плесень.

***

а все одно:
на странном этом свете
всего реальней
прошлогодний снег.

***

и в золото чухонская природа
одета,
вообще - в набор излишеств.

***

пустое.
с православием борьба
и есть земная кара демократа.

***

в осеннем позднем небе
мало птиц.
и сердце что-то ноет без причины.
быть умным - грустно.
длиться сквозь века -
нелегкий путь женатого мужчины.

Интеллигентов нужно убивать!

Интеллигентов нужно убивать!
И даже тех из них, кто - самоучки.
Комедию словесную ломать:
Вы - мастера, мы знаем эти штучки.

Подонки, гады, сволочи, скоты,
Собаки, мрази, грешные разъёбы.
Гороху пережравшие шуты.
Бесформенные твари и амёбы.

По телу трупа скачущие вши.
Идейные и просто содомиты.
Шизоидная шобла, алкаши.
Базарной широты космополиты.

Ценители господского дерьма.
Обломки урн, обмылки и огрызки.
Изъеденная молью бахрома.
Завязанные кренделем пиписки.

Болотная хроническая гнусь.
Больной каприз загубленной Природы.
Излишествами вызванная грусть.
Очкастые моральные уроды.

Дегенераты, сучьи потроха,
Козлиные заблеявшие морды.
Сосуды слизи, гноя и греха.
Глухим тапёром взятые аккорды.

Обтруханные шабесы. Ваш век
Растрачен на пустые закидоны.
Продажное собрание калек.
Опиздыши, ублюдки и гандоны.

Анального отверстия певцы.
Испорченного воздуха поэты.
Модерна богомерзкие творцы.
Носители духовной спирохеты.

Общенье с вами порождает сплин.
И, как-то неприятно сушит кожу.
Любой, вполне нормальный, гражданин
Вам должен, непременно, плюнуть в рожу.

Зачем вас обнимать и целовать,
Давать вам умереть в своей постели?
Интеллигентов нужно убивать:
Мочить в сортире, в бане и в борделе!

***

выращиваю Сталина. он мал.
живёт пока что в хлебнице на кухне.
киндзмараули из напёрстка пьёт,
и трубочка его всё время тухнет.

но знайте, суки: Сталин подрастёт
и сделает крапивку всем уродам,
и всунет острый красный перец в рот
любителям порнухи и свободы.

сегодня в это верится с трудом.
прошло как будто время великанов.
и маленький мой Сталин лишь сопит
и режет бедных мух да тараканов.

но косится уже на воробьёв
и слушает, как каркают вороны.
да, есть у нас вредители-врачи,
троцкисты и германские шпионы.

полно интеллигенции гнилой,
полно билет порвавших коммунистов...
страдает русский, бедствует грузин...

пока терзают Родину садисты,
выкармливаю Сталина. он вновь
загонит много сволочи в могилу.
ведь сила наша — вовсе не в деньгах,
а в правде, только в правде наша сила.
1998

АВТОМАТ

мама, подари мне автомат.
в сплетни ты, пожалуйста, не верь.
я умею бешено стрелять
в самую пленительную цель.

я умею бегать босиком
по цветному битому стеклу.
я умею грызть прохладный лед
в самую проклятую жару.

я умею спорить по ночам
с призраками спившихся царей.
я умею верить через раз
в правду неприятельских соплей.

только ты не спрашивай, зачем
злой язык шевелится во рту.
лучше подари мне автомат.
я тебя вовек не подведу.

ТЕСНОТА

в жестокой пребывая тесноте,
я чувствую, что люди здесь не те.
вернее, те ещё живут здесь люди,
и то ещё со мною дальше будет.

***

мне чуть не заплатили за стихи
какие-то безумцы в черных шляпах.
но шел от шляп густой чесночный запах,
и много любопытной чепухи

услышал я по поводу стихов.
нет, прав был член ЦК Иосиф Сталин -
их ангел слеплен вовсе не из стали,
а из ошибок наших и грехов.

и Сталин с упоеньем год за годом
топил в сырой реке врагов народа -
за то, что те икру любили есть,
любили со стены сорвать икону
и заслужить по волчьему закону
возмездие, похожее на месть.

ВОСТОК И ЗАПАД

Павел Филонов, 1912-1913 гг., бумага, масло, темпера, гуашь, 38,5х42 см

восток, конечно, дело тонкое.
но коль
порвется, то чреват
сплошной резнею:
брат старший уж и враг,
и просто ноль:
модерн частенько
кажется бронею,
однако нацодежды
бьет и моль,
и пули, и:
мы все здесь рыбаки:
Евразия,
пора бы вам очнуться!..
рыб разноцветных
тащим косяки
сетями из воды мы,
и смеются
над нами рыбы:
браво, мужики!

ОХОТНИКИ НА СНЕГУ

Питер Брейгель Старший, 1565 г., дерево, масло, 117х162 см

кто пал их жертвой:
мамонт или вепрь?
Бог знает:
кончив дело,
как-никак
они бредут,
презрев глубокий снег,
в приятном окружении собак
к себе в средневековый городок,
застывший на картине навсегда,
где режет допотопнейшим коньком
прилежный обыватель твердь пруда.

где черные деревья черных птиц
зовут на миг прервать лихой полет.
где цветом лед похож на небеса,
а небеса суть тот же самый лед.
и хочется туда,
на полотно,
в игрушечный голландский фатализм.
что значит настоящая зима!
что значит настоящий реализм!

четыре сотни лет тому назад
в Европе приключившийся мороз
отрадно наблюдать:
к чему скрывать:
фламандец был изрядный виртуоз.
на фоне современной пачкотни
П.Брейгель как дельфин среди медуз.
а впрочем,
дело вкуса, господа.
естественно,
когда имеешь вкус.

ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ

в Московии же осень беспредельна
и сыростью, и диким буйством красок.
по большей части жизнь людей бесцельна.
на лицах, впрочем, много разных масок.
в любом из нас есть что-то и от вора,
и от судьи, но больше - от Ивана.
избавишься от этого нескоро,
не раньше чем афганец - от Корана.

в Москве вообще разнузданнная осень.
в ней есть и привкус ржавого железа,
и привкус гари: души сами просят
по ним царапать гранью стеклореза.
а глотки вечно просят алкоголя.
а мощи просят отдыха и ласки.
пожалуй, невозможно жить без боли,
без горечи, без драмы, без развязки:

ах, осень обернётся вдруг зимою,
и потеряет смысл её загадка.
я от нагрузок жизненных завою
и снова успокоюсь: было гадко,
но стало сладко: ждут нас снег и водка,
и Третий Рим, и взятие Казани,
и к этому всему грибы, селёдка
салат и крах публичных предсказаний.

ЖАБА

гулять водил он жабу на цепочке.
но как-то раз цепочка порвалась.
и жаба та,
почувствовав свободу,
с блаженным видом устремилась
в грязь.

а после куролесила,
бесилась,
пронзительно кричала: "вашу мать!"
и, развалившись
в позе непристойной,
грозилась жизнь хозяину сломать.

***Памяти Константина Пчельникова

нет, право, лучше не стеснять природу
и по столу ударить кулаком...
шампанское и огненную воду
мы пили с аморальным стариком.
  тянулся долго зимний этот вечер.
  и сельдь под шубой отправлялась в рот.
  вовсю велись предательские речи.
  слух тешил нецензурный анекдот.
Европа не владеет уж собою.
Аллах давно Америке не рад.
из ста людей разумны только трое.
француз и всякий швед - дегенерат.
  смысл жизни не в одних чужих червонцах,
  а в том, что мы порой мягки как воск.
  у жёлтых же китайцев и японцев
  весьма ассимметрично развит мозг.
нам Родину менять чего бы ради?!
родной клюет нас в задницу петух.
и русские намного слаще б...
каких-нибудь цветных заморских шлюх.
  и на чечен за их собачий норов
  не зря товарищ Сталин был сердит.
  от наших людоедских разговоров
  свихнулся бы любой космополит.
в подпитии - ну кто здесь не проказник
и славно, если хоть не педераст, -
тянулся долго зимний этот праздник.
и глупый человеческий балласт
  в тот час имел без нас свою свободу.
  с тоски кроил ей череп молотком...
  пока шампань и огненную воду
  мы пили с идеальным стариком.

ГАМЛЕТ

у Гамлета опять слезится глаз.
и в глотке пересохло. рюмка яду
ему не помешала бы сейчас.
Офелия того...
уже не надо

под юбку к ней заглядывать.
тошнит
от погружения в мелкие детали
предательства.
в стране такой бардак,
что Гамлету вчера являлся Сталин.

ВСТРЕЧА ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ

жена ответит мужу: скушав лжи,
родное тело выдаст сладкий стон.
мы как-то незаметно перешли,
возможно, стикс, возможно, рубикон...

***

среди поэтов русских есть подонки,
среди нерусских - все до одного.
а, скажем, взять любую поэтессу -
в натуре исключительное чмо.

я так устал и мне неинтересно,
кому какой вопьётся в темя клещ.
вообще не троньте грязными руками
поэзию. она - святая вещь.

по свету бродит много разной швали,
друг другу эта нечисть смотрит в рот.
беда, когда суёт себя в искусство
моральный и физический урод.

бездарность, между прочим, агрессивна:
всем хороша и пишет лучше всех.
подите к чёрту, мерзкие ребята!
и видеть и читать вас - просто грех.

судить людей дано мне свыше право.
я дряни, как известно, не терплю.
и если уж хвалю, всегда за дело.
но редко я кого-нибудь хвалю.

ЛИРИЧЕСКИЙ ОПЫТ

ненужное вычеркнуть, вычеркнуть всё.
знакомую плоть, искривленные тени,
весеннюю лужу в арбатском дворе,
ущерб от случившихся вдруг сновидений.
ненужное вычеркнуть, вырвать, сломать.
продать за гроши перекупщику дряни.
иначе оно прорастет сквозь асфальт,
замучит ночными звонками от пьяни.
червяк, извиваясь, висит на крючке.
приманка, добыча... хорошие ноги.
и губы впиваются в губы... зачем
ты должен мораль поместить в эпилоге?

ненужное выронить, выплюнуть, смыть,
как грязь или кровушку с кафельной плитки.
не верю, что можно судьбу изменить,
однако свои не оставил попытки.
ненужного много, а нужного нет.
ты врёшь, но порою готов проболтаться.
ненужное вырезать, сглазить, избить,
убить и потом продолжать измываться.
кромсать на куски мертвечину, топтать,
калечить, как бездарь уродует песню.
ну, в общем, жестоко и больно любить,
пока это мертвое вновь не воскреснет.

ПАМЯТИ ДРУГА

ты долго не являлся мне во сне.
не помню,
сколько лет с твоей кончины
прошло:
ты не являлся мне.
видать,
на то имелись веские причины.

и вот вчера привиделся опять.
мы пили водку где-то на природе,
ведя неторопливый разговор
о том о сем:
о бабах, о погоде,

о бренности земного бытия:
зачем напрасно жизнь твоя разбилась?
с тех пор случилось многое у нас.
и ничего как будто не случилось.

по-прежнему безумен этот мир.
все так же соль земли здесь иудеи.
правители воруют,
и народ
сошел на нет в борьбе за их идеи.

сказать по правде,
скука и тоска:
а в Питере дожди и холодюга.
унылая осенняя пора.
и путь далек до сказочного юга.

я жив и относительно здоров.
женился.
и умеренно рискую.
и на полях стихов раздетых б.
уж больше отчего-то не рисую.

***

в пластмассовом мире стараешься быть деревянным
и верить: Земля - это диск, но, конечно, не шар.
тебя здесь напутствуют часто напутствием бранным,
и снится тебе по ночам интересный кошмар.

а в небе в обычном порядке гуляют светила.
народы привычно долдонят Талмуд и Коран,
в которых содержится много эпической силы.
тебе же по нраву пейзажи нордических стран.

ты любишь холодную зиму и теплое лето,
ты любишь месить сапогами осеннюю грязь.
побыть иногда небессмысленно в шкуре аскета.
полезней, чем с кем-то вступить во внебрачную связь.

в пластмассовом мире всё время боишься подделок
и хочется плоских равнин без искусственных гор.
и пламя костра эстетичней огня из горелок.
и лучше ворует ни разу не пойманный вор.

и лохов по-прежнему держат начальники в страхе.
и, банду тупых астрономов бессовестно зля,
стоят три слона на огромной, как танк, черепахе,
и к спинам слонов приспособлена наша Земля.

***

мне до звезды война с арабами Израйля.
мне до звезды полезность рыжих муравьёв.
могу я вряд ли потревожить вас зиг хайлем.
а что бранюсь - так чепуха, медвежий рёв.
мне до звезды борьба меньшинств за секс в законе.
и до звезды, что недоступен мерседес.
имел балкон бы - пил бы пиво на балконе.
зато с регрессом вечно путаю прогресс.
мне до звезды интеллигентские манеры.
и беспородных до звезды судьба собак.
порой мне кажется, пугают нас химеры,
и миром вертит исключительный мудак.
мне до звезды пока избыточность китайцев.
мне до звезды коровье бешенство попсы.
творцы искусства - работяги и страдальцы,
да только часто носят женские трусы.
мне до звезды астрологические знаки.
и до звезды понты различных шулеров.
отлично знаю, где и как зимуют раки,
чем печь топить (когда есть книги, нету дров).
мне до звезды ещё водители газелей.
я б пролетариям дорог наставил клизм.
элита тоже до звезды на самом деле.
и до полярной мне звезды капитализм.
до фонаря чужие тексты мне любые.
чужое слишком до звезды мне мастерство.
известно: авторы обычно люди злые.
галиматью нести - их труд и ремесло.
мне до звезды Вьетнам, Япония, Гвинея
и до чего теперь Америка дошла.
плевать на негров, азиатов, гоев, геев:
одна Россия мне, естественно, мила.
почти что всё мне до звезды на этом свете:
проблема блядства, дефицит живой воды,
коррупция, балет, тупые дети:
оно и дальше всё мне будет до звезды.
июль 2006 г.

***

я несгибаем словно полутруп.
ночами я почти не пью воды.
не скажешь, будто я излишне глуп.
несу совсем немного ерунды.
меня навряд ли чем-нибудь проймёшь.
в дела чужие редко я суюсь.
любимый зверь не выхухоль, но ёж.
гаишников и женщин не боюсь.
гляжу на Север, к чёрту знойный Юг.
холодный ветер, слякоть, снег с дождём:
жду осени, не то придёт каюк.
да, впрочем, все мы здесь чего-то ждём.
дождётся каждый: водкой, коньяком
на время можно это заглушить.
быть русским и легко и нелегко.
но по-другому не выходит жить.
гниенью мало поддаётся дуб.
не стёрт с лица земли и Третий Рим:
я несговорчив, твёрд, местами груб.
чего скрывать: вообще неисправим.
август 2006 г.

***

опять смотрю на Север и гадаю:
чем нас оттуда бухнет по лицу?
давно знаком с холодным белым раем.
лёд родственник горячему свинцу.
не умер, но живу с большой опаской:
гвоздят какие силы нашу плоть?
отравлена душа арийской сказкой.
язык же чепуху готов молоть.
депрессия даётся неслучайно.
её, конечно, надо заслужить.
красивее ли рюмка чашки чайной?
страдать ли молча мне или блажить?
а Север - он то близок, то не очень.
его то уважаем, то браним.
длинней, прохладней делаются ночи.
ворвётся скоро осень в Третий Рим.
считать начнём победы и потери,
как в прошлом, тоже бешеном году.
спасаясь от нордических истерик, -
в любимом пребывать полубреду.
у нас тут удивительное царство.
и водка часто пьётся как вода.
от Севера, однако, нет лекарства:
засел в печёнках крепко, навсегда.
август 2006 г.

***

на свете не очень-то много красивых машин.
и женщин красивых немного - всё больше бабьё.
и вспомнить-то нечего - слишком уж мало грешил.
а вспомнишь - так лучше забыть эту глупость, старьё.
мы делаем бизнес - полезная, в сущности, хрень.
нам чем-нибудь нужно заняться - не книжки ж читать.
чужое читать и противно и, собственно, лень.
мешать пиво с водкою тоже пора перестать.
и радует лишь приближенье холодной зимы.
чтоб всё тут замёрзло, и снег бы засыпал Москву.
неделя арктической стужи, не надо чумы.
и вовсе о том позабыть, для чего тут живут.
здоровый цинизм укрепляет больной организм.
красивые бабы в красивых машинах красиво сидят.
ценю инородцев и редко впадаю в фашизм.
хотя инородцы, возможно, друг друга едят.
по меркам Европы у нас тут полгода зима.
придумал же кто-то когда-то Великую Русь.
враньё, будто нам до сих пор не хватает ума.
ещё не свихнулся. надеюсь, вообще не свихнусь.
октябрь 2006 г.

***

октябрь уж скоро станет ноябрём.
Москва: чиханье, кашель, слякоть, грязь.
мы рано или поздно все умрём,
что ангел во плоти, что просто мразь.
машины мчатся, бьются и шумят.
Москва - частично рай, частично ад.
измучен этой жизнью и помят,
бодлер цинично чешет тощий зад.
чего б ещё такого сочинить?
плевать, что людям здесь не до стихов.
в несчастьях взять и осень обвинить?
несчастья, впрочем, - пара пустяков.
но можно и напиться как свинья.
возникший стресс полезно чем-то снять.
вокруг хватает колкостей, вранья.
поэзию не всем дано понять.
тем более, не всем дано простить:
надёжный спрос всегда лишь на жратву.
готов клиентов словом угостить
бодлер, судьбой заброшенный в Москву.
он чешет зад, хотя бы не яйцо:
плевать, что ночью снова трудно спал:
знакомый ангел высунул лицо,
утёр соплю ладонью и пропал.
октябрь 2006 г.

***

я путаю сложенье с вычитаньем,
а также крем для рук с зубною пастой,
больничный хлеб - с усиленным питаньем
и даже трансвестита с педерастом.
я путаю цинизм и веру в Бога,
супружескую верность - с многожёнством.
я путаю мечеть и синагогу.
хороший вкус я путаю с пижонством.
я путаю отчаянье и злобу,
кровопролитие - с кровопусканьем.
молекулу я путаю с микробом
и путаю прогнозы с предсказаньем.
я путаю банальность с эталоном,
а водку фирмы «Ладога» - с «Кристаллом».
я путаю духи с одеколоном,
легальную наличность - с чёрным налом.
я путаю спокойствие и тупость.
таблетку анальгина - с валидолом.
я путаю безумие и глупость,
а здание тюрьмы - со зданьем школы.
способен путать клиренс я и климакс.
поп-див я вечно путаю с блядями,
обычный Рим - с каким-то Третьим Римом,
гранитный бюст - с девичьими грудями.
я путаю улитку с черепахой.
я путаю изжогу и истому.
я путаю Бетховена и Баха.
я путаю бесчувственность и кому.
я путаю испуг и удивленье,
писателя - с типичным графоманом,
кошачье завыванье - с дивным пеньем,
обжору - с избалованным гурманом.
я путаю Японию с Кореей.
я путаю севрюгу и стерлядку,
стервознейшую ведьму - с доброй феей,
Ивана Купала и просто блядки.
я путаю фатальность с невезухой,
зелёную лягушку - с мерзкой жабой.
я путаю эротику с порнухой,
а палочки из хека - с мясом краба.
я путаю бомжа и олигарха.
мигрень могу я спутать с менингитом.
я путаю с монархом патриарха,
семита же, пардон, - с антисемитом.
я путаю рождаемость и смертность,
косого либерала - с патриотом.
с бесчувственностью путаю инертность,
с налоговой инспекцией - болото.
я путаю с курятиной свинину.
я путаю Россию с райским садом.
я путаю возвышенность с равниной.
не знаю, для чего мне это надо.
мы, взрослые, ведём себя как дети
и шутим иногда довольно гадко.
опять я начал путать всё на свете.
любой предмет таит в себе загадку.
ноябрь 2006 г.

***

увидишь утром в зеркале лицо
и думаешь: ебическая сила!
старею. краше труп кладут в могилу.
а был ведь не настолько подлецом,
чтоб просто так вот взяло и убило.
ноябрь 2006 г.


ПРИКОСНОВЕНИЕ К ПРЕКРАСНОМУ

ПРИЧУДА

французский способ деланья стихов
с французскою любовью в этом веке
уже не связан.
рыжие ресницы
погибели захлопают над нами,
как крылья самой сказочной из птиц.

с набитым снегом ртом,
в очках без стекол,
я всех ушедших помнить не умею.
меня почти никто здесь не читает.
и я молчу,
когда вопят: зачем?!

мне нечего сказать.
предпочитаю
свое начальство тихо ненавидеть.
а если что сболтну -
так из лукавства.
любой горазд на хитрость азиат

С.-Петербург, 1998

МЕЧТА

вечерняя америка за стенкой
забилась в истерическом припадке.
на улице январь,
немного снега,
мор с гладом
и вообще сплошной раздрай.

когда-то я любил субтильных женщин:
когда-то я носил очки без стекол:
но в городе поблекшего Ван Гога
быть даже монстром слова тяжело.

здесь слишком сыро,
слишком прихотливо
устроены мозги моих сограждан.
здесь вывелись монахи и масоны,
и каменных животных дразнит смерть.

за стенкою нетрезвые соседи
несчастную америку пытают.
я тайно им сочувствую,
поскольку
в любом из нас заложен некрофил.

а раньше я любил субтильных женщин
и нравился грудастым толстым шлюхам.
с тех пор испорчен климат на болоте,
и по Неве раз в день плывут гробы

с писателями райского пошиба.
но кто сегодня верит в совершенство?
лишь ненависть к гяуру неподдельна.
к тому же за фанерною стеной

внезапно стихли горестные вопли,
и наступило полное блаженство.
соседи утверждают,
что созналась
под пытками америка во всем.

С.-Петербург, 1998

ЗАРИСОВКА

и осень всадит в спину вам кинжал.
и потечет из раны красный сок.
на землю ваше тело упадет,
как падает с опилками мешок.

и с вами что-то сделают потом,
и, может быть, начнут над вами выть.
у всякого из смертных,
впрочем, есть
извечное желание остыть

и раствориться в осени:
дождит.
желтеют лица царственных ворюг.
и души убиенных горожан
торопятся отправиться на юг.

на улице не то чтоб всюду грязь,
но в той грязи никто уже не спит.
нетрезвый гитарист ломает блюз
и спьяну чушь какую-то хрипит:

С.-Петербург, 1998

***

бывает,
вспыхнет мысль и вдруг погаснет:
нет, прозы я,
по счастью, не пишу.
и будучи талантлив,
уж нечасто
и собственным величием грешу.

в условиях ненужности осенней
дождливым утром глядя на залив,
мне кажется,
что я теперь свободен.
по-питерски свободен и ленив.

а что еще для счастья нужно гою!
не спится ночью?
черт бы с этим сном:
и сбит щелчком решительным с ладони
кривлявшийся на ней развязный гном.

С.-Петербург, 1998

***

мне хочется в деревню.
уж столичный
пейзаж меня доводит до икоты.
подальше от изношенных сограждан
и воздух отягчающих машин.

соскучился по бане и по дому.
а наша катастрофа -
черт бы с нею!
жизнь после смерти может продолжаться
к природе ближе,
нежели к беде.

***

и ничего практически не делать.
сидеть у печки с чашкой самогона
и пули не дождавшийся затылок
нордически почесывать рукой.

Москва, 1999

***

две-три последних капли коньяку.
размазанный по скатерти Бодлер.
будильник прокричит кукареку,
и станет недожеванный эклер

тяжелым металлическим болтом
с побитой бурой ржавчиной резьбой:
я многое оставил на потом.
но раньше может сделаться отбой.

и этот понедельник словно месть
за, скажем,
баловство с чужой женой.
в свой адрес я бы слушал даже лесть.
о сволочи,
не смейтесь надо мной!

хороший автор очень одинок
в толпе шутов и нравственных калек.
а впрочем,
позабыт высокий слог,
и выдохся чудной Двадцатый век.

я влип в неброский северный уют,
и жду,
пока мы вовсе пропадем.
невидимые ангелы поют
капут
и поливают нас дождем.
С.-Петербург, 1998

ИЗ "ЗАПИСОК ВОДОЛАЗА"

***

коричневое сердце водолаза
в скафандре бьется ровно как часы.
запутавшийся в жизненных вопросах
утопленник распух и посинел.
и все же я люблю свою работу.

***

плывя по морю как-то с аквалангом,
нашел шестиконечную звезду,
ползущую по дну среди других,
пятиконечных членов этой банды.
мутациям не чужд подводный мир.

***

сегодня поднимал большой рояль,
с Литейного моста упавший в реку.
потом имел каприз за человека
принять в пиджак наряженную шваль.
потом откушал жареного хека.

***

мне снилось, будто черный паровоз
столкнулся с небольшой подводной лодкой,
и что я сам иду по морю слез,
что франкмасоны дружат с русской водкой,
а миром правит генерал мороз.

***

кого-то обзовешь кулацким сыном.
кому-то ненарочно выбьешь глаз.
да и налоги платишь через раз.
законно быть послушным гражданином
не может настоящий водолаз.

***

похмелье трудно снять горячим чаем.
со временем грубеют голоса.
дождливым нас пугать не стоит раем.
процесс изобретенья колеса
в Российском государстве нескончаем.

***

мы недоевропейцы, может быть:
с роднею-то не все у нас в порядке.
нас принято за это не любить.
я сам женат почти на азиатке,
о чем не в состоянии забыть.

***

пусть критиков озлобленная секта
кричит о расплодившихся клопах
и норовит ногой заехать в пах.
да здравствуют остатки интеллекта
и смеха в наших скромных черепах!

Москва - С.-Петербург, 1999

***

я видел кукиши.
как, скажем, дамский бюст,
они бывают разного размера.

растущий в огородах видел хрен
с изгрызенной вредителем ботвой.

я на динары шекели менял
и недругов железными рублями
забрасывал:

но хаос оказался
поэта и коварней и сильней.

я дергаюсь, однако, до сих пор.
скриплю погрязшим в жизни организмом.
вы скажете небрежно:
ну и что?
и будете решительно правы.

приходится прекрасное любить
с потерей крови, аханьем и стоном.

любой из нас когда-нибудь поймет,
что значит настоящий черный цвет.

Москва, 1999

***

я видел ангела с кастетом.
он сказал,
что мир мой внутренний давным-давно разрушен,
что мне любой из ближних может плюнуть в душу.
затем меня с какой-то стати облыбзал
и, помочившись в грязь,
покинул эту сушу.

***

еще немного..
кажется, маячит
уж новый век в оптическом прицеле.
ничто не остановит черепаху,
ползущую как танк к заветной цели.
Москва, 1999

***

мой город до сих пор
лежит в руинах,
что стало явным раннею весной.
все морды здесь в щербинах
и морщинах
у каменных зверей.
какой ценой
мне жить здесь удается,
знают кони,
хранящие на Невском гордый вид.
мой город держит череп на ладони
и на него с усмешкою глядит.

***

дождливо.
жизнь нелепа и пуста.
троллейбус,
поднимая тучи брызг,
несется по Большому п.
уста
застыли.
отдаленный слышен визг
попавших в ад пожарников.
апрель
нас, грешных, презирает из любви
к искусству
неизбежных здесь потерь.
ты делал все не так.
теперь живи
с тревогой в черном сердце
и с дождем,
имеющим обычай тешить взор,
с без пользы вбитым
в темечко гвоздем,
вокруг себя случающийся вздор
невольно наблюдая.
спорь с отцом,
как в доме разместить
диван и стол.
и слушай с перекошенным лицом
смертельно надоевший рокенрол.

***

седой небритый ангел,
что держал
в руке початый шампур шашлыка,
небрежно отрываясь от земли,
кивнул мне головою.
я в ответ
махнул ему случившимся платком.
потом,
любуясь на его полет,
подумал,
что пора, пора, пора
вернуться
к непростым своим делам.

ПТЕРОДАКТИЛЬ

а в Питере раскисшая зима
который год стоит...
конец столетья -
не время
для культурного расцвета.
все вечно тает:
снег, глаза бомжей
и души одряхлевших
диссидентов...
и чавкает расквашенная обувь...
и счастье в том,
что больше нет надежды:
испорчен климат,
город обречен
уйти на дно чухонского болота,
исчезнуть из обугленных извилин.
я тоже стал бы каменною жабой,
да не пристало вешаться с тоски
такому ретрограду и расисту...
жизнь теплится
в краю распятых мумий.
бандиты пролетают на машине.
маляр сбивает плесень со стены.
агент несуществующей разведки
крадется
по Заневскому проспекту.
и местный
птеродактиль закрывает
полнеба
крупным кожистым крылом.

СПЛИН

я пью сырую воду из стакана
с отбитым дном
и не могу напиться.
на улице, даря прохожим насморк,
стоит весьма раскисшая зима.
о Питер,
царский город на болотах,
вместилище доверчивых пигмеев,
ты тоже весь
раскис и облупился...
я слушаю теперь одно старье -
каких-то амадеев и равелей.
и больше не читаю гуманистов.
у нашей деградации есть плюсы,
от коих нас избавит только гроб.
о Питер,
город спутанных извилин
и злобно затаившихся фашистов,
зачем ты на меня тоску
наводишь?
зачем я здесь живу?
зачем ты есть?
зачем я в эту чушь с тобой играю
и пью сырую воду из-под крана?
я гений.
мне навряд ли полегчает
в ближайшие
двенадцать тысяч дней.

СМЕХ

мне скучно жить в курляндии.
чухонский
язык я изучаю с отвращеньем.
и сырость
здесь мешается со снегом,
который поразительно несвеж.
окраина империи погибшей
и в то же время бывшая столица.
больной, противный,
тусклый, сонный город
зимой почти не хочется любить.
но все-таки приходится со снегом
украдкой выпадать
и грустно таять.
и то ли ангел,
то ли птеродактиль
мерещится мне в серых облаках.
о эта неслучайная свобода!
мы все здесь
околдованы с рождения.
да здравствуют Евразия и Конго!
стрелявший в небо знает:
он пропал.
что слабое приносит облегченье.
антракт окончен.
снова длится пьеса.
мелькают лица
нанятых статистов.
герой изображает горький смех.
с дерев протяжно
каркают вороны.
несутся мимо грязные машины.
и несколько жандармов
наблюдает
упавший в снег
картонный дельтоплан.
P.S.
с тех пор,
как похоронен реализм,
и декаданс отправлен
в крематорий,
я сам дивлюсь на то,
что я пишу...
хотя так мне и надо.
поделом.

ЛИТЕРАТУРА И КРИТИКА

гулять водил он жабу на цепочке.
но как-то раз цепочка порвалась.
и жаба та,
почувствовав свободу,
с блаженным видом устремилась
в грязь.

а после куролесила,
бесилась,
пронзительно кричала
"вашу мать!"
и, развалившись
в позе непристойной,
грозилась жизнь хозяину сломать.

ГОРДОСТЬ

не мучайте меня горячим пивом.
я пить не стану эту лабуду.
я поступать умею некрасиво.
в Неву возьму и с плеском упаду
и поплыву
простым бревном к заливу,
прибрежных
наслаждаясь видом бань.
не мучайте меня горячим пивом.
глупцы,
не стану пить я эту дрянь.

ОПАСНЫЕ СОСЕДИ

Китай -
на редкость гойская страна.
и с этим
ничего нельзя поделать.

ПЕТЕРБУРГ

вновь ангел
погрозил мне пальцем с неба.
прости меня и будет,
не нуди.
жизнь наша здесь и так -
немного солнца
и вечные дожди, дожди, дожди...

ВАМПИР

всю ночь лупил я
злобного вампира
пластмассовым ведром
по голове.

КОШМАР

с конечностями связанными лежа,
ты слышишь:
вот скребутся, вот вошли!
во рту тряпица.
лишь горящей кожей
ты можешь закричать:
пошли, пошли!
грязнейшими ручищами
страдальца
хватают
и "не бойся" говорят.
и все тебя за яйца,
все за яйца
подвесить на веревке норовят.
но ты вдруг просыпаешься.
цвет мела,
пожалуй, не к лицу тебе, пиит.
однако же родные яйца целы.
и мальчик-с-пальчик
весело стоит.

ВИЙОН

пропойцею и вором
был Вийон.
он верил
в неприятные приметы
и сгинул...
что ж, по-своему непрост
путь жизненный
у всякого поэта.

СОВЕТ

прошу вас,
отойдите от меня
с моим весьма
паршивым настроеньем.
возмездием командую не я.
возмездие - Небесное явленье.

ПОТЕПЛЕНИЕ КЛИМАТА

а в лабиринтах мозга
бьются мысли,
но выхода никак им не найти.
и в переходах морга бьются души,
которых никому уж не спасти.
что делать,
жизнь устроена несладко.
и сильно обрусевший Дон Кихот
в ондатровой ушанке
наблюдает
свихнувшейся зимы
неспешный ход.

ЛУНА

с годами мы становимся циничней.
и глядя на полночную луну,
послать все это
хочется подальше
и каменным цветком пойти ко дну.

ВАМПИРЫ

я чую:
рядом есть вампиры.
вампиры жили здесь всегда
я слышу звуки чудной лиры,
глупцов зовущей в никуда.
я плохо сплю в такие ночи.
что значит жизнь? -
любовь и страх.
поездка в жалкий город Сочи.
серпом грозящий нам Аллах.
вчерашний хлеб с дырявым сыром.
ножом разрезанный туман.
сопротивление вампирам,
сосущим мед из наших ран.

УЛИТКА

как раковина бешеной улитки
закручен мозг Бородкина порой.
когда-нибудь меня мои ошибки
сведут в могилу.
гнить в земле сырой
придется...
а пока заглохла скрипка.
и сам скрипач без памяти лежит.
ползет по телу спящего улитка.
и тихо, по-улиточьи, блажит.

СОЖЖЕННЫЕ МОРЯ

ну да, я вспыльчив.
но и справедлив.
судьбою покалеченных волков
я не люблю.
мне скучно пить кефир
и опротивел Б. Гребенщиков.
я многое оставил за спиной:
пустых друзей,
сожженные моря...
не скажешь,
что меня на свете нет.
ты, мама,
родила меня не зря.
в прогнившем этом мире
равных мне
негусто.
прочих, дохнущих с тоски
хватает.
и в большом избытке здесь
мерзавцы
и, конечно, дураки.

ЗАПИСКА ЕВЫ БРАУН

на самом деле
фюрер просто спит.
наступит срок -
и лютый зверь очнется.
его бранили все, кому не лень.
Адольф над ними
дико посмеется.
легко подняв Германию с колен,
творец большой коричневой идеи
развеет в дым глупеющих славян,
пройдет по трупам
жадных иудеев.
америкосам даст пинка под зад.
забыли, гады,
гром немецких пушек?
французы перейдут
на черствый хлеб
и перестанут
жрать своих лягушек.
касательно спесивых англичан -
нальется желчью их гнилое чрево.
я лично натяну презерватив
на голову английской королевы.

ПРЕДЧУВСТВИЕ ЗИМЫ

зима мне погрозила
пальцем белым.
но снег растает к вечеру.
игра
немного затянулась.
в Петербурге
ноябрь - весьма суровая пора.
ноябрь -
весьма ублюдочное время.
и скоро я не то чтобы умру,
но стану голым деревом
и буду
стоять, ломая руки на ветру.

ЗЛАЯ ШТУЧКА

и глядя из прекрасного далека
на бой клопов,
бушующий в столице,
я думаю о том,
как гибнет глупо
очередной вельможный педераст.

МЫСЛЬ

жду века Двадцать первого.
в негодность
совсем пришел дрянной
Двадцатый век.

***

а лес и впрямь на поле наступает
когда его не пашут восемь лет
ольхи берёзы ёлки тут хватает
ну было поле нынче лес привет
что ж если воли нет к сопротивленью
случится обязательный капут
съедят вас с потрохами с вашей ленью
на бывшем поле сосенки растут
в природе муравьиное упорство
страшней лубочной злобы волчих стай
так русские (им свойственно обжорство)
проглотят вымирающий Китай

июль 2008

***

безумный друг страшнее пидораса
довольно пережаренное мясо
а также враг с дефектом головы
и на гарнир подать сухой травы
я называю целками блядей
и ем чеснок как старый иудей

***

народам скучно без большой войны
им хочется великих потрясений
народы вечно чем-нибудь больны
как отмечал один знакомый гений
вкушая алкоголь своей страны

***

жизнь в деформированном пространстве
вряд ли кому-то пойдёт на пользу.
время тут крошится как печенье.
бывший в употреблении мозг
силится что-то понять.
сердце тут склонно
к мерцательной аритмии.
а гениталии вяло
болтаются между ног.
всюду опасность, неясность, подвох,
несуразность:
и временами вдруг кажется,
что
каждый самостоятельно мыслящий гражданин -
олух, профан, графоман:

август 2008

***

их больше чем нерезаных собак...
вступить в союз российских графоманов?
издаться, если выйдет по карману,
и снять для презентации кабак:
всё честно. мы же, блять, не шарлатаны.

август 2008

***

тут сдохнуть - как промазать в унитаз:
от порчи до аварии дорожной:
сложнее выжить. выжить очень сложно.
и то чужих насмотришься гримас,
наслушаешься разных добрых слов.
ещё и денег спросят мимоходом:
с таким, как мы, кто справится народом?!
умнейших тут полным-полно голов.
плевать, что в перспективе каждый - труп,
что натворить готов немало хрени.
я сам порой из лучших побуждений
отменно с окружающими груб.
нет-нет, да назовёшь козла ослом
(есть в жизни и приятные моменты).
смешаешь вдруг с дерьмом интеллигента.
фашыста поприветствуешь: шолом:

август 2008

***

за нами наблюдают изо всех
щелей и дыр, которых тут в избытке:
я делаю банальные ошибки:
гаишники кругом: и смех и грех:
со скоростью придётся завязать?..
кого ни спросишь - всё у всех в порядке:
язык кому-то дан, чтоб им лизать.
кому-то - чтобы резать правду-матку:

июль 2008

***

пнуть ногой черепаху,
ползущую по потолку:
нам бульдог-альбинос
показал свои сопли и зубы:
ангел вряд ли подобен
ночному, пардон, мотыльку:
иногда я бываю со шлюхами
диким и грубым:
люди часто подобны
шальному лесному зверью:
говорят, что Москва
превратится, как Питер, в болото:
как-то водку замёрзшую с другом
мы грызли в морозном раю:
взять поэтов, построить -
и выйдет парад идиотов:
впрочем, даже бездарный поэт
после смерти дней сорок велик:
я под ливень попал,
и машина плыла по дороге:
так живёшь и живёшь ты,
вдруг бац! оказалось: старик:
ну и что. не хочу
подводить никакие итоги:
ухватиться за люстру,
ползущую по потолку,
или, скажем, за облако
над головою:
выпить стопку того,
что легко разгоняет тоску:
холод северный - родственник
крайнего южного зноя:

июль 2008

***

случается
и райское блаженство
окажется вдруг чёрною дырой
и то что было верхом совершенства
лет в двадцать
в сорок кажется мурой

Бальзам на душу

я не хочу работать, жить в семье,
сограждан уважать, платить налоги.
хочу одно: засев в своей берлоге,
навек отдаться творческой струе.
уж тут для графомана нет преград,
коль Бог не обделил его талантом.
такое сочинит матерый гад,
таким себя покажет бриллиантом,

такой филологический изыск,
как кость собакам, бросит он балбесам.
хреново станет им, как в церкви бесам,
и изо всех щелей раздастся писк.

ни денег мне не нужно, ни утех
предельно или запредельно плотских.
вокруг и так сплошные цирк и смех
и злое торжество инстинктов скотских.

я буду лишь писать, плодить слова,
переводить проклятую бумагу.
бумага стерпит эту передрягу,
а обо мне прокатится молва.

ЛЕТНЯЯ БЕССОННИЦА

Андрею Фефелову

бессонница противными когтями
опять впилась в уставший мыслить мозг.
и гения порой секут плетями,
и с гения порой слетает лоск.

и гению в тарелку лезут жабы,
пиявки, тараканы и жуки.
его терзают чокнутые бабы,
и жизни учат злые старики.

часами ты не спишь в своей постели.
и если уж под утро ты заснешь,
тебе приснится поезд, рвущий к цели,
туда, где правдой делается ложь.
и рельсов больше нету, и насильник,
что управляет всем, прибавит ход.
и паровоз гудит не как будильник,
а как задевший айсберг пароход.

очнешься, смотришь: рядом есть уроды,
что пляшут и на собственных костях.
и думаешь: на кой нам черт свобода,
когда мы в ней как окуни в сетях?!
Памятник
кто знает, графоман, не графоман:
танк на ходу, крепка на нем броня.
в сравненье с тем, что я пишу стихи,
всё остальное - мусор и фигня.

все остальное - битвы муравьёв,
роенье падких на съестное ос,
инстинкты рыб, мычание зверей,
сгоревший спирт, распавшийся колхоз.

все остальное - мелочь, дребедень
в сравненье с тем, что я здесь натворил.
пусть обо мне прокатится молва
от, скажем, Кёнигсберга до Курил.

но и молчанье тоже хорошо,
когда тобой не бредит вся страна.
нет памятника лучше, чем покой,
забвенье, неизвестность, тишина.
Брань аскета
а лето переходит в бабье лето,
а бабье лето плавно перейдет
в разнузданную осень, в брань аскета,
в жуть, что у нас полжизни украдет.

до судорог кого-то зацелуют.
и кто-то, выпив рюмку, будет пьян.
и нищего собратья обворуют.
и мертвый вождь закурит свой кальян.

под окнами русалки захохочут.
по-пушкински окрасятся леса.
и скажет старый пень, что снова хочет
упасть лицом в чужие телеса.

мне станет слишком скучно,
слишком пусто.
начну очередных я ждать утрат.
мне опротивет всякое искусство.
я осени уже не буду рад.
прохожие вдруг сделаются слепы.
слепых, глухих, немых здесь легион:
и я сбегу из этого вертепа,
как из Москвы бежал Наполеон.
К вопросу о счастье
а с осенью бороться бесполезно.
замучит, как эрекция студента:
и хочется быть с дамами любезным,
да не дождаться сладкого момента.

сентябрь привычно подступает к горлу,
и чешется кадык у стихоплета.
пока что счастье к стенке не приперло,
но счастья ждать - серьезная работа.

вновь по утрам виски заметно ломит.
то осень до поэта достучалась.
кого-нибудь из нас она угробит,
что, собственно, не раз уже случалось.

и кто-то, как всегда, слетит с катушек,
уйдет в запой, в раздрай,
полюбит стерву:
я сомневаюсь в пользе шпанских мушек.
свои лечу растраченные нервы.
обычной человеческой отравой,
занюхивая желтою листвою.
на легкое безумье злое право
я заслужил. хоть по ночам не вою,

однако нет для глаз моих просвета.
тут не помочь тычком или советом.
сам Пушкин обожал унылость эту.
согласен я с его авторитетом.

***

кофе остывший моча
хронь бесполезно лечить
слово даю палача
что не умею дрочить

друг мой впадает в раздрай
дескать была не была
силушка бьёт через край
водка ещё не игла

или коньяк граммов сто
вот бы на всё положить
чувствую я вам никто
надо суметь пережить

и не водитель такси
но захочу подвезу
шлёпнут по носу мерси
пустишь скупую слезу

спятить довольно легко
в общем-то пыль на ветру
пуля ушла в молоко
чёрную съели икру

друг мой как тот дирижабль
нынче громоздок раздут
я дрессирую и жаб
психоделический труд

кофе полезная вещь
словно заноза в заду
впился в Россию как клещ
и неподвластен стыду

помнишь в Торговцеве друг
книги бросали в огонь
север нам ближе чем юг
лечится голодом хронь

я бесконечно велик
ты бесконечно хорош
смех не собьётся на крик
непобедимая ложь

снился приятный кошмар
ангел чуть губы кривит
вряд ли я сделался стар
то что болталось стоит

кофе со сливками пью
сказка у нас не страна
гея и то не убью
хрен ли да так ни хрена

***

у поэта невроз?
так на то же они и поэты:
по мозгам бьёт всерьёз?
так весна же - нормально всё это.

кто-то в Храм, кто к блядям,
кто торчит от своей депрессухи:
дали волю страстям.
и везенье равно невезухе.

неужели нули?
и полезны не больше чем осы?
дождь. апрель. зацвели
в монастырском саду абрикосы.

:хуже, если некроз.
как всегда не хватает терпенья:
часть прольёт море слёз.
часть ищите в других измереньях.

и у рюмки есть дно:
офис. я тут сижу за зарплату.
иногда мне смешно.
а когда не смешно - страшновато.

***

а вдруг мне стать богатым суждено,
и я стихами балуюсь напрасно?
пил литрами бы лучшее вино:
да я и так великий и ужасный.
кому-то - х... кому-то всё дано.

***

огромный Caterpillar я куплю
и по кольцу Садовому проеду,
машины и троллейбусы круша.
шепча: вот поделом вам, поделом:

***

могу вдруг сделать непристойный жест.
могу осла внезапно похвалить:
нам вряд ли светит деревянный крест:
лишь колумбарий: хочется отлить

и вырваться из грязных Текстилей
за МКАД, на север области, в леса.
там будет голова моя целей.
там чище и прозрачней небеса.

столица? на столицу наплевать.
отсюда лучше драпать по прямой.
разговорился. есть ведь что скрывать.
болтаю словно спятивший немой.

***

когда ко мне вернулось обонянье
я снова понял мир большой бардак
водился я зачем со всякой пьянью
и получал в ответ лишь сам дурак
на что мне взрыв сомнительных страстей
скушна борьба с бесчинствами властей

***

мне люди лгут что с ними всё нормально
чушь геморрой и миф зубная боль
поэты и писатели банальны
читателей и тех побила моль
живые существа здесь номинальны

***

твёрдая водка и газообразное пиво
сопли целебные слёзы почти кислота
я в зеркалах ухмыляюсь не то чтобы криво
но может быть и ухмылка достойна холста
северный ветер остудит любые порывы
впрочем не сразу пока это наши места

***

ненужности своей не отрицая,
не знаю, как бы вы здесь без меня
влачились по дряхлеющему миру,
ежеминутно пукая, рыгая
и впавших в ступор сталкивая в грязь.
и без того бессмысленная жизнь
была б тогда уже совсем не жизнь.
вы не существовали бы вообще:
не размножались,
не ругались матом,
не продолжали медленно тупеть,
в нелепые не наряжались тряпки...
поверьте, дорогие господа,
вас не было бы вовсе без меня.
и эту землю жадно б населяли
китайцы, червяки да муравьи.
...
Политиканов нужно убивать.
и даже тех из них, кто «из народа».
комедию словесную ломать
вы мастера, прегнусная порода!
о, как же вас не задолбало бздеть -
бездарно, без стыда, корысти ради?
народу сколько ж можно сказки петь,
пуская «петуха», в Верховной Раде?
подонки, гады, сволочи, скоты,
собаки, твари, грешные разъ*бы.
гороху пережравшие шуты.
бесформенные твари и амёбы.
по телу трупа скачущие вши.
идейные и просто содомиты.
шизоидная шобла, алкаши.
базарной широты космополиты
ЖРЕЦЫ американского дерьма.
обломки урн, злоподлые химеры.
всемирная глобальная чума.
морским узлом завязанные х*ры.
болотная хроническая гнусь.
больной каприз загубленной природы.
излишествами вызванная грусть.
моральные очкастые уроды.
дегенераты, сучьи потроха,
козлиные заблеявшие морды.
сосуды слизи, гноя и греха.
глухим тапёром взятые аккорды.
обструганные шобоны ваш век
растрачен на пустые закидоны.
продажное собрание калек.
оп*здухи, ублюдки и гандоны.
анального отверстия певцы.
испорченного воздуха поэты.
законов богопроклятых творцы.
носители духовной спирохеты.
общенье с вами порождает сплин
и как-то неприятно сушит кожу.
любой вполне нормальный гражданин
вам должен непременно плюнуть в рожу.
зачем вас целовать и обнимать,
давать вам умереть в своей постели?
политиканов нужно убивать
мочить в сортире, бане и борделе.

***

солдат без интеллекта - дуболом.
война ведь дорогое ремесло.
порою прешь в атаку напролом,
порой берешь коварством, не числом.
израильтяне в деле хороши.
но лучше всех чеченцы, это факт.
что ж, кровь врага - лекарство для души.
расстрел же вряд ли хуже, чем теракт.
тут важно и себя не дать убить.
солдат без автомата - негодяй.
полезно после боя водку пить
за то, что не попал сегодня в рай.
солдат без алкоголя - моджахед.
солдат, лишенный формы, - партизан.
солдат с обритым черепом - скинхед.
солдат, заросший волосом, - Тарзан.
искусство нюхать порох, знать матчасть.
в сражениях уместны ругань, мат.
с рожденья в людях дремлет эта страсть,
в чем, собственно, никто не виноват.

СЕКРЕТ ЛИ БО

Ли Бо, похоже, нынче вовсе спился
и в мыслях у него одно вино.
ему и снятся рюмки да бутылки.
он вкус воды забыл уже давно.
а что в стихах творится! - пьяной ночью
плывёт по небу пьяная луна.
и катится слеза по жёлтой коже
лица. и снова хочется вина.
идёт война на варварской границе:
с мерзавцами Ли Бо вступает в спор:
всегда нетрезв, не пить не может гений.
я всё ему прощаю до сих пор.
проснётся он и тонкий иероглиф
слегка дрожащей выведет рукой.
чудесные плоды порой приносит
борьба большого мастера с тоской.

***

за Гамлетом, по-моему, следят.
и в городе полным-полно военных,
кокоток и господ малопочтенных,
что под рукой всегда имеют яд.
безумен Датский принц
на первый взгляд.
но пользы от вливаний внутривенных
и блеска атавизмов драгоценных
немного...
Гамлет сам себе не рад
и должен мстить и мстить,
к чему, конечно,
обязывает с призраком родство.
герой наш,
на пути к финалу драмы
с противником расправившись поспешно,
очнётся там,
где будет ждать его
Офелия с глазами Евы Браун...
а может,
ни к чему весь этот траур?
и слежка - миф?
и недруги слабы?
и выбор глуп to be or not to be?
пустое.
не уйти нам от судьбы.
и принц успеет,
жертвуя здоровьем,
пролить ещё не мало пёсьей крови.

ПРОСТЫЕ ИСТИНЫ

вино и шоколад несовместимы.
почти как скотоложество и вера.
я стар, я был когда-то пионером.
я видел: проплывают деньги мимо
раскрытой, как хлебальник лоха, кассы…
я пил и метанол и johnnie walker.
читал, что написал писатель faulkner.
имел красоток самой разной расы.
с упёртым корешился экстрасенсом.
брал в долг сто тысяч долларов у вора…
здесь многим не поможет и освенцим.
помогут лишь пустые разговоры.
какой бы я хернёй ни занимался,
мир к этому казался равнодушен.
всё тем же райским садом он остался.
я тоже не раздавлен, не придушен.
пощусь и жду Христово воскресенье.
чего ты от поэта хочешь, Боже?..
здесь многие найдут себе спасенье.
а многим и освенцим не поможет.

***

что делает с людьми сестра-война!..
нельзя пришить оторванную жопу…
мозги крошит, уродует весна…
о рёбра бьётся сердце остолопа…
энтузиазм, однако, через край…
все знают это средство от мигрени…
когда-то был дворец, теперь сарай…
у многих за рулём дрожат колени…
германика порой не так уж зла…
в китайской медицине всюду точки…
кому даны приличные тела,
кому — весьма дрянные оболочки…
пришла весна, растаяли снега…
а истина проста, как крышка гроба…
рахат-лукум, халва, шербет, нуга…
о рёбра бьётся сердце русофоба…
психиатрия, сбивчивая речь…
сейчас на даме чёрные колготки…
невинности, пожалуй, не сберечь…
не пью, но опрокинул рюмку водки…
частица благодатного огня
доставлена из Иерусалима…
бывает, вдруг случается херня…
бывает, проплывают деньги мимо…
бывает, что в Москве горят дома…
старуха молодого захотела…
красиво, как Кижи и хохлома…
уснуть и умереть — два разных дела…
предательства, увы, не избежать
с такой огромной бандой идиотов…
задача бабы, собственно, рожать…
о рёбра бьётся сердце патриота…
серьёзная любовь — так на века…
с утра на службу долбятся бараны…
один вопрос терзает дурака…
спасать Россию поздно или рано?!..
друг друга грузят здесь любой ценой…
ведущий омерзительно гундосит…
ты, типа, хочешь встретиться со мной?..
нас амальгама больше не выносит…
что делает с людьми подруга-смерть!..
смешали белый, чёрный, красный перцы…
хороший шанкр — базальт, железо, твердь…
ещё зачем-то в клетке бьётся сердце…

***

другие поколения придути
зло покроют нас площадным матом.
мол, был напрасен наш бездарный труд.
все просрано. везде дегенераты.
и только Сталин был реально крут.

***

в мозгу смешались скромность, гениальность,
снобизм, цинизм, фашизм и гуманизм...
когда вокруг жестокая реальность,
когда вокруг сплошной капитализм,
поэтом может стать любой мудак
и петь в стихах случившийся бардак.

Бунин Иван Афанасьевич

Бунин Иван  Бунин Иван

РОДИНЕ

Они глумятся над тобою,
Они, о родина, корят
Тебя твоею простотою,
Убогим видом черных хат...

Так сын, спокойный и нахальный,
Стыдится матери своей -
Усталой, робкой и печальной
Средь городских его друзей,

Глядит с улыбкой состраданья
На ту, кто сотни верст брела
И для него, ко дню свиданья,
Последний грошик берегла.
1891

Верстаков Виктор Глебович

Верстаков Виктор  Верстаков Виктор

http://viktorverstakov.narod.ru/index.html

http://viktorverstakov.narod.ru/pora-text.html

СЫН

Безработная ткачиха,
Непутёвая чувиха,
Выпьет водки — и жива,
Загулявшая вдова.

В городских дешёвых барах
Плачет или голосит,
Мужиков смущает старых,
На плечах у них висит.

Не нальют — заматерится,
Стукнут — слёзы будут литься,
Поцелуют — рот утрёт,
Песню новую споёт:

"Я на фабрике служила,
Я уделывала ткань.
Изорвала себе жилы,
То ли баба, то ли рвань".

А над речкою Аргуном,
Где стоит десантный взвод,
Паренёк бренчит по струнам,
Тоже песенку поёт:

"Я вернусь к тебе, родная,
Ты заплачешь у окна.
Ты спасла меня, я знаю,
Любишь ты меня одна.

На солдатскую получку
Я цветов тебе куплю.
Нет тебя на свете лучше,
Мама, я тебя люблю!"
3 августа 2003

Григорьев Константин

Родился в 1968 г. в Омске.
Долгое время жил в г. Балхаш. Служил в армии.
Окончил Литературный институт им. М. Горького (1993).
Участник орденских сборников: "Пленники Афродиты" (1992) и других. Имеются публикации в центральной прессе.
Штандарт-юнкер, с 1992 года Командор-ордалиймейстер и магический флюид ОКМ.
Демоническая личность, склонен к ипохондрии и мрачному уединению.
Стихи пишет крайне редко, любимое занятие — торговля, любимые поговорки — "Копеечка рубль бережет" и "Не обманешь — не продашь".
Характерны названия его поэтических циклов: "Влюбленный лабазник" и "Проказы негоцианта".
"Рыжий фавн Григорьев (по убеждениям — азербайджанский мусаватист) был личностью загадочной. Никто не знал, чем он завлекал в свои сети доверчивых христианок. Рыжая борода ли была тому виной, или что другое… Только доподлинно известно, что женщины, отдавшие ему самое дорогое, неизменно сходили с ума. — На совести усталой много зла, — не без удовольствия сознавался молодой мизантроп."
(Из книги кавалерственной дамы Анастасии Лятуринской "Жизнеописание негодяев")

ИДИТЕ В ШОПИНГ

"На Ульяне
вы видите кожаные брюки от Гуччи за 2240 долларов,
кожаный пиджак от Гуччи за 2590 долларов
и кожаные шлепанцы от Гуччи за 2507 долларов."
(Из журнала "ОМ")

Я открываю и листаю
Престижный глянцевый журнал.
Сижу и недоумеваю,
Как будто в мир иной попал.
Эх, человек я невезучий —
Почти что гол, почти что бос:
Нет у меня вещей от Гуччи,
Костюмов марки Хьюго Босс.
Хоть, правда, мне по барабану
Что за парфюм, чем он хорош:
Не отличу Пако Рабанна
От этого, от Гай Ларош.
Оделись клево? Поздравляю.
Отлично пахнете? Ура.
Но ведь и вы, и я ведь знаю,
Какая это мишура.
Да, вы — богаче, да — вы круче,
Но мне вам хочется сказать:
— Да на хер мне все ваши Гуччи,
И Хьюго Боссы, вашу мать?
Вам вынули мозги, ребята,
И вставили заместо них
Слова с рекламного плаката
Товаров, якобы, крутых.
Назло всем этим бредням вашим
Престижным быть я не хочу.
Душусь одеколоном "Саша"
И долго, злобно хохочу…

Гумилев Николай Степанович. 1886 - 1921

Гумилев Николай  Гумилев Николай

Но в мире есть иные области,
Луной мучительной томимы.
Для высшей силы, высшей доблести
Они навек недостижимы.

Там волны с блесками и всплесками
Непрекращаемого танца,
И там летит скачками резкими
Корабль Летучего Голландца.

Ни риф, ни мель ему не встретятся,
Но, знак печали и несчастий,
Огни святого Эльма светятся,
Усеяв борт его и снасти.

Сам капитан, скользя над бездною,
За шляпу держится рукою,
Окровавленной, но железною,
В штурвал вцепляется – другою.

Как смерть, бледны его товарищи,
У всех одна и та же дума.
Так смотрят трупы на пожарище,
Невыразимо и угрюмо.

И если в час прозрачный, утренний
Пловцы в морях его встречали,
Их вечно мучил голос внутренний
Слепым предвестием печали.

Ватаге буйной и воинственной
Так много сложено историй,
Но всех страшней и всех таинственней
Для смелых пенителей моря –

О том, что где-то есть окраина –
Туда, за тропик Козерога! –
Где капитана с ликом Каина
Легла ужасная дорога.
Июнь 1909

Гунько Борис

Как будто не случилось ничего!
Как будто бы страна не вымирает!
Все как всегда! И радио поет,
И балерины ножки задирают...
Как будто бы в святом моем Кремле
Не вор сидит и не детоубийца,
Как будто бы струится по земле
Не кровь людей, а так себе – водица!
И смех кругом! И женщины в метро
Балдеют от постыднейшего чтива,
И мужики блаженно льют в нутро
Из ярких банок западное пиво.
И нет в глазах ни проблеска ума,
Ни доброты, ни прежней нашей стати.
Где Человек? Страну накрыла тьма,
В ней торжествует циник и предатель.
Где Гражданин, Мыслитель, где Герой?
Где Пастыри, зовущие на битву?
Где Минин, где Пожарский, где Донской?
Где Женщины, достойные молитвы?
Кругом одни шуты и торгаши.
Смотрю на них в упор и понимаю:
Свершилось обрезание души,
Россию превратившее в Израиль.
И за собой не ведают вины
Все эти черепашки и вампиры.
Гляжу на них и вижу – без войны
Нам не видать вовек Любви и Мира.
Жить рядом с ними? Хоронить страну?
Немыслимо и непереносимо!
И кличу я Гражданскую войну,
Чтоб, наконец, увидеть Гражданина!

Дольский Александр

Am Dm
Давай забудем навсегда
E7 Am
Что время есть на свете.
Dm
Что есть минуты, дни, года,
G C
И старики, и дети.
A7 Dm
Пусть нелегко, ох, нелегко
H7 E7
Вообразить такое.
Dm/2 G/2 C/2 F/2 Dm/2
Зато оставим далеко, оставим далеко,
E7 Am
Мы время непокоя.

Забудем скуку, мой дружок,
Недобрых слов бряцанье.
А горе – это «хорошо»
Со знаком отрицанья.
Мы станем жить, не суетясь,
На этом славном свете.
Под солнцем высыхает грязь, высыхает грязь,
И пыль уносит ветер.

Неважно сколько проживём,
Что будем есть и пить мы.
А важно, что писать вдвоём
Друзьям мы будем письма.
К нам станут приезжать они
Кто с кошкой, кто с собакой.
Жить, не подсчитывая дни, подсчитывая дни,
И, уезжая, плакать. И, уезжая, плакать…

/2 играется полуперебором 4/4.

Емелин Всеволод Олегович

Емелин Всеволод  Емелин Всеволод

РЕАКЦИЯ ВАССЕРМАНА

http://zavtra.ru/content/view/emelnitsa/

Как парламент, жующий фронду,
(Как писал Мандельштам про что-то),
Не идет Гора на Жиронду,
А идет Гора на Болото.

Я видел, как крепнет сословий вал,
Кроша под ногами лед,
И громко на деньги Госдепа орал:
Что, мол, Россия вперед!

Нас было больше, чем в январе,
Был каждый одет в мутон
Но меньше, чем на Поклонной горе,
О чем я узнал потом.

Используя административный ресурс,
Свезли туда за отгул
Тех, кто за единственно правильный курс
И чтобы Кремль не свернул.

Там не было интеллигентных дам,
Одетых, опять же, в мутон.
Рабочие люди стояли там
В платье совсем простом.

Вели митинг в бедных лохмотьях
Комиссары рабоче-крестьян —
Политобозреватель Леонтьев,
Знатоки Вассерман, Кургинян.

Там, говорят, выдавали по сто
Доброй российской водки.
И меня обещали огреть веслом,
Чтоб не раскачивал лодку.

Они защитят законную власть,
Они не допустят обмана.
Короче, Болотная дождалась
Реакции Вассермана.

И белые шарики сдулись,
Не видно новых идей
На фоне противостояния дворов и улиц,
Гор и площадей.

Только Быков – певец болот,
Утверждает с надеждой и верой,
Что Болото Гору сожрет,
Как во времена Робеспьера.

Митинг на митинг, кирпич на кирпич,
А там и на брата брат.
Кто-то не может, сказал Ильич,
А другие и не хотят.

Смотрю, как сгущаются облака,
Чую, как Вознесенский, Кучума,
Вижу дизайнера Железняка,
Разгоняющего Госдуму.

Вижу расстрелы и пытки,
Пожары московских окраин.
Нет, не зря вымостил плиткой
Тротуары Собянин.

Надевай пугачевский тулупчик,
Вынимай пару верных нунчак,
Выбирай ты с Кристиной Потупчик
Или все-таки с Ксюшей Собчак?

Выдвигайся сурово и мощно
На последний решительный бой,
Где схлестнется Болотная площадь
С полусрытой Поклонной горой.

Где с одной стороны копирайтер
Упадет на краснеющий наст,
А с другой стороны гастарбайтер
Или даже арбайтер не гаст.
8 февраля 2012

ПИСЬМО БРАТЬЯМ НА МАЙДАН

Как вы там? Лютует ли «Беркут»?
Или все пока что спокойно?
Не задели ль Сердючку Верку
В ходе грозной, кровавой бойни?

Холодаете, голодаете,
Обретаете горький опыт
За кого вы кровь проливаете?
Да не стоит ее Европа.

Не творятся дела великие
Там на запад от красной линии
Нет Европы воспетой Киплингом,
Честертоном и Ю. Латыниной.

Всем хочу сказать на Майдане я
Что Европа ваша – обман.
Пункт совместного проживания
Негров, геев и мусульман.

Оставайтесь России верными
Мы кредитом вас подогреем
Пусть у нас пока плохо с неграми,
Но полно мусульман и геев!

***

БАЛЛАДА О ЛЕНИНЕ

Разгулялась хохлатская сволочь
Беспрепятственно рвется из жил
В Межигорье притих Янукович
«Беркут» черные крылья сложил.

Понастроили всюду баррикады
Запалили десятки костров
Как кругами из дантова ада
Опоясали мать городов.

Только встал на пути у бандитов,
Когда власть охватил паралич,
Одинокий москаль из гранита
Храбрый Ленин
  Владимир Ильич.

Эти полумонгольские скулы
И сократовский лоб вырубал
Выдающийся скульптор Меркуров,
Чтоб украсить
  Шевченки бульвар.

Ленин всюду фашистов пугает,
Он погромщиков видит насквозь.
И на шее рукой негодяя
Был затянут промасленный трос.

Повалили на землю скульптуру,
Проявив правовой нигилизм.
А потом, окруживши фигуру,
Учинили над ней вандализм.

Замолчало великое слово.
Раскололся карельский гранит.
И вот статую вечно живого
Всевозможная нечисть сквернит.

Его били какой-то железкой,
Издеваясь над трупом врага,
Он внесен в каталоги ЮНЕСКО
Хотя нет, не внесен ни фига.

Торжествует под черною маской
Ненасытная месть палача
Но молчат комбинаты Луганска,
И донецкие шахты молчат.

Вот уже продают на базаре
Части тела его, кисти рук
Но позорно молчат пролетарии,
Хоть он был им товарищ и друг.

Равнодушия, мещанства и лени
Непосилен чудовищный груз.
Нет, не скоро поднимет колени
Украина и братская Русь.

Все равно в суматохе явлений
Мы вернемся на правильный курс
На бульвар -
  восстановленный Ленин
Украина -
  в Российский союз!

***

...Оказался чужим я на этом пиру
Пришельцев пиковой масти.
Тщетно шарит рука по бедру,
Ищет мой верный бластер.
Гляну сквозь стеклопакет
И, как всегда, офигею —
Вместо звёзд и планет
Горит реклама "ИКЕИ".
Грустно сижу на жопе
На их табуретке фанерной.
Нынче не время утопий
О покореньи Вселенной.
Я всё понимаю: Сталин,
Репрессии, пятилетки...
Но зачем мы Космос сменяли
На фанерные табуретки?
1996

Зиновьев Николай Александрович

Зиновьев Николай  Зиновьев Николай

Помолиться перед боем...

***

У карты бывшего Союза,
С обвальным грохотом в груди,
Стою. Не плачу, не молюсь я,
А просто нету сил уйти.
Я глажу горы, глажу реки,
Касаюсь пальцами морей.
Как будто закрываю веки
Несчастной Родине моей...

***

То ли ангел, то ли бес
Простирает сверху руку —
Дождик, падая с небес,
Моет красный "Мерседес",
Мочит нищую старуху.
Мне уже понять невмочь:
Это жизнь иль доживанье?
Редкий дождь встревожил ночь,
Редкий — редкий, как желанье
Наше ближнему помочь...

***

Не потому, что вдруг напился,
Но снова я не узнаю —
Кто это горько так склонился
У входа в хижину мою?
Да это ж Родина! От пыли
Седая, в струпьях и с клюкой...
Да если б мы ее любили,
Могла ли стать она такой?

***

Как ликует заграница
И от счастья воет воем,
Что мы встали на колени,

А мы встали на колени
Помолиться перед боем.

ЖЕЛЕЗНЫЙ ЗАНАВЕС

Рухнул занавес. И что же?
И решили господа:
Пропадать ему негоже.
Эй, подать его сюда!

Протащили по болотам -
Тяжеленный, паразит...
Между властью и народом
Он теперь у нас висит.

ПЕРЕД ВСТРЕЧЕЙ

На ветру дрожит осинка,
Хлещет веткой по глазам:
Не гляди, как гроб из цинка
Из Чечни летит в Рязань.

Но летит под небесами
Гроб и воет, и свистит.
А навстречу из Рязани
Материнский крик летит.

Сердце бьётся, время мчится.
Боже правый, сохрани,
Чтоб не видеть, что случится,
Когда встретятся они.

***

Ветер стих. Звезда блеснула,
И другая вслед зажглась.
Стих поток дневного гула.
Стал слышнее Божий глас.

Утка низко пролетела,
Просвистела, как стрела.
Всё, чего душа хотела,
Обрела...

МАТЬ

Как барыня сановная,
Ходила средь подруг,
Когда письмо сыновнее
Ей приходило вдруг.
Ждала, запасы полнила,
В плену счастливых снов.
Все письма его помнила...
Ее убила"молния".
Казенная.
В пять слов...

***

Опять мы ищем виноватых.
И я кричу с толпою: "В ад их!
Четвертовать на колесе!"

Но видит Бог: мы все - разини; И в том, что рыщет смерть в России,
Мы виноваты.
Все.
Все.
Все.

***

А поэты - те же люди,
Только больше в них Христа.
Сколько в душу им ни плюйте -
Все равно она чиста.

***

Из всех блаженств мне ближе нищета.
Она со мной и в летний день, и в стужу.
Она тяжка. Но тяжестью щита,
Надежно защищающего душу.

ДУШЕ

Сколько ссадин на тебе за день!
Ты ни разу не была рада.
Но мы выдюжим, мы сладим.
Ты ведь крепкая у меня, правда?

Нам нелёгкой идти дорогой,
Мой упрямый родной ослик.
Ну да ладно. Давай, трогай.
Отдохнёшь без меня. После.

МАТЬ

Там, где сквозь огнедышащий чад
Солнце на ночь в ущелье свалилось,
Сын погиб...
Чтоб донянчить внучат,
Мать на время живой притворилась.

КОГДА ВЗГЛЯД ПОДНИМАЮ

У знакомых - больная дочь.
Инвалид, понимаешь, с детства.
И никто ей не может помочь.
Нету в мире такого средства.

Понимаю, что я ни при чем,
Понимаю, умом понимаю...
Но немеет под левым плечом,
Когда взгляд на нее поднимаю...

***

Есть в мире Запад, есть Восток,
А между ними, как мессия,
На отведённый Богом срок
Распята ты, моя Россия.

Одна война не улеглась,
Уже другая ладит сети.
По братской пуле между глаз
Нас узнают на этом свете.

СТАРУХА

Кожа рук темней ковриги.
В нитку стёртое кольцо.
Как страница старой книги,
Пожелтевшее лицо.
- Есть ли дети, внуки?
- Что вы? -
Потемнела морщью лба.
- Я из девок да во вдовы.
Вот и вся моя судьба.

РОССИЯ

Под крики шайки оголтелой
Чужих и собственных Иуд,
Тебя босой, в рубахе белой
На место лобное ведут.

И старший сын указ читает,
А средний сын топор берет,
Лишь младший сын ревмя-ревет
И ничего не понимает...

***

Дед остался на войне,
А страну оставил мне.
И гляжу теперь с виной,
Что творят с моей страной.
Не рублей идёт хищенье.
Душ людских. И мне прощенье
Будет, нет ли? Я не знаю.
Весь народ сбивают в стаю,
Кто противится - тех в стадо.
Что-то делать, делать надо!
Душу я свою терзаю,
На другое - не дерзаю.
Над страной кровавый смог...
Не простят
Ни дед,
Ни Бог.

СХОДСТВО

Деда ратная дорога
Дыбом встала, как змея...
Дед мой тем похож на Бога,
Что его не видел я.

Кузнецов Юрий Поликарпович

Кузнецов Юрий  Кузнецов Юрий

ТЕГЕРАНСКИЕ СНЫ

Вдали от северных развалин
Синь тегеранская горит.
— Какая встреча, маршал Сталин! -
Лукавый Черчилль говорит.
- Я верю в добрые приметы,
Сегодня сон приснился мне.
Руководителем планеты
Меня назначили во сне!
Конечно, это возвышенье
Прошу не принимать всерьёз…
— Какое, право, совпаденье, —
С улыбкой Рузвельт произнёс. -
В знак нашей встречи незабвенной
Сегодня сон приснился мне.
Руководителем Вселенной
Меня назначили во сне!

Раздумьем Сталин не смутился,
Неспешно трубку раскурил:
— Мне тоже сон сегодня снился —
Я никого не утвердил!
1978

ПОЭТ И МОНАХ

То не сыра земля горит,
Не гул расходится залесьем, —
Поэт с монахом говорит,
А враг качает поднебесьем.
Монах недавно опочил.
Но сумрак, смешанный со светом,
Его в дороге облачил,
И он возник перед поэтом.
Его приветствовал поэт:
— Как свят, монах? Как живы черти?

МОНАХ

Не очень свят. А живы нет.
Вся жива — сон. Готовься к смерти.

ПОЭТ

Искал я святости в душе
И думал о тебе порою.
И вот на смертном рубеже
Явился ты передо мною.
Признайся, что не любишь ты
Мечты, любви и красоты,
Запросов сердца и ответов.

МОНАХ

Признаться, не люблю поэтов.
Изображать вы мастера,
Но только зло и только страсти,
Что так и валят из нутра.

ПОЭТ

Ты прав, монах. Но прав отчасти.

МОНАХ

А птицы вашего пера —
Воображение и память.
Но что касается добра,
Ваш слог и бледен и натянут.

ПОЭТ

А мощь Державина! Вот слог:
"Я царь — я раб — я червь — я Бог!"

МОНАХ

Отвратна мне гуденьем крови
Державинская ода "Бог".

ПОЭТ

А что ты скажешь о любови?

МОНАХ

Исходит кровью не любовь,
А ваше самовыраженье.
В отмирном самоотверженье
Я умерщвляю плоть, и кровь,
И память, и воображенье.
Они затягивают нас
В свистящий вихрь земного праха,
Где человек бывал не раз,
Был и монах — и нет монаха.

ПОЭТ

Пускаешь пыль в глаза, монах!
Уж пел Давид под диким кедром,
Что человек есть только прах,
С лица земли взметённый ветром.

МОНАХ

В искусстве смешано твоём
Добро со злом и тьма со светом,
Блеск полнолунья с божеством,
А бремя старости с последом.
Покуда мысли есть в уме,
Покуда в сердце есть желанья,
Для узника очарованья.
Не мысли, не желай — и ты
Достигнешь высшего блаженства
При созерцанье совершенства
Добра, любви и красоты.

ПОЭТ

Монах, ты о каком уме
И о какой толкуешь тьме?
Что есть в уме, то есть и в чувстве,
А значит, в сердце и в искусстве.
Искусство смешано. Пусть так.
Пусть в нашем поле плевел много.
Но Богу дорог каждый злак.
Ведь каждый злак — улыбка Бога.
А ты готов всё поле сместь
За то, что плевелы в нём есть.
Не слишком ли ты судишь строго?
Что ж остается нам, творцам?

МОНАХ

Плач покаянья остаётся
Творцам, а может, мертвецам.

ПОЭТ

Давно в искусстве раздаётся
Сей плач.

МОНАХ

Искусство — смрадный грех,
Вы все мертвы, как преисподня,
И ты мертвец — на вас на всех
Нет благовестия Господня.
В предверье Страшного Суда
На рафаэлевой картине —
Завеса бледного стыда,
А не сияние святыни.

ПОЭТ

Загнул юрод! Ещё чего!
Чтоб на лице Пречистой девы
Не выражалось ничего
От прародительницы Евы?
Так отреши её тогда
От человеческого рода,
От богоданного стыда
Под знаком совести юрода.
Ты умерщвляешь плоть и кровь,
Любовь лишаешь ощущенья.
Но осязательна любовь,
Касаясь таин Причащенья.
Какой же ты христианин
Без чувственного постоянства?
Куда ты денешь, сукин сын,
Живые мощи христианства?
Так умертви свои уста,
Отвергни боговоплощенье,
Вкушая плоть и кровь Христа
И принимая Причащенье!

При грозном имени Христа,
Дрожа от ужаса и страха,
Монах раскрыл свои уста —
И превратился в тень монаха,
А тень осклабленного рта —
В свистящую воронку праха.
И смешаны во прахе том
Добро со злом и тьма со светом.
И ходит страшным ходуном
Свистящий прах перед поэтом.
Под ним сыра земля горит,
И гул расходится залесьем.
— Смотри, — поэту говорит,—
Как я качаю поднебесьем.

Поэт вскричал: — Да это враг! —
Окстился знаменным отмахом —
И сгинул враг, как тень, в овраг...
Но где монах? И что с монахом?
1 и 5 ноября 2003

Куняев Станислав Юрьевич

Куняев Станислав  Куняев Станислав

ПОСЛЕСЛОВИЕ К ВИЗИТУ

Через Атлантику опять
летят за долларовой фигою
демократическая блядь
с коммунистическим
    расстригою.

Кончается убогий фарс,
запахло в воздухе отмщением, —
в гробу перевернулся Маркс,
Иуда сплюнул с отвращением...

Не выдаст Бог,
    свинья не съест.
Размазать бы по стенке гадину,
Да что мешает? Только крест,
Что холодит
    грудную впадину.
1993

Лермонтов Михаил Юрьевич

Лермонтов Михаил  Лермонтов Михаил Юрьевич

МОЛИТВА

В минуту жизни трудную
Теснится ль в сердце грусть,
Одну молитву чудную
Твержу я наизусть.
Есть сила благодатная
В созвучьи слов живых,
И дышит непонятная,
Святая прелесть в них.
С души как бремя скатится,
Сомненье далеко —
И верится, и плачется,
И так легко, легко...

ПРЕДСКАЗАНИЕ

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь - и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож;
И горе для тебя! - твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.

Лимонов Эдуард Вениаминович

Лимонов Эдуард  Лимонов Эдуард

...

Люблю я Крым и не люблю Одессы.
Америка - Одесса же сплошная,
Вульгарная страна, неразвитая.

Некрасов Николай Алексеевич

Некрасов Николай Алексеевич  Некрасов Николай Алексеевич

ПОЭТ И ГРАЖДАНИН


Наперечет сердца благие,
Которым родина свята.
Бог помочь им!.. а остальные?
Их цель мелка, их жизнь пуста.

Пушкин Александр Сергеевич

Пушкин Александр Сергеевич  Пушкин Александр Сергеевич

Два чувства дивно близки нам -
В них обретает сердце пищу -
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.

На них основано от века
По воле Бога Самого
Самостоянье человека
Залог величия его.

Животворящая святыня!
Земля была б без них мертва,
Как . . . . пустыня
И как алтарь без божества.
1830

***

ПРОЗЕРПИНА

Плещут волны Флегетона,
Своды тартара дрожат:
Кони бледного Плутона
Быстро к нимфам Пелиона
Из аида бога мчат.
Вдоль пустынного залива
Прозерпина вслед за ним,
Равнодушна и ревнива,
Потекла путем одним.
Пред богинею колена
Робко юноша склонил.
И богиням льстит измена:
Прозерпине смертный мил.
Ада гордая царица
Взором юношу зовет,
Обняла - и колесница
Уж к аиду их несет:
Мчатся, облаком одеты;
Видят вечные луга,
Элизей и томной Леты
Усыпленные брега.
Там бессмертье, там забвенье,
Там утехам нет конца.
Прозерпина в упоенье,
Без порфиры и венца,
Повинуется желаньям,
Предает его лобзаньям
Сокровенные красы,
В сладострастной неге тонет
И молчит и томно стонет...
Но бегут любви часы;
Плещут волны Флегетона,
Своды тартара дрожат:
Кони бледного Плутона
Быстро мчат его назад.
И Кереры дочь уходит,
И счастливца за собой
Из Элизия выводит
Потаенною тропой;
И счастливец отпирает
Осторожною рукой
Дверь, откуда вылетает
Сновидений ложный рой.

ПИР ВОВРЕМЯ ЧУМЫ (песнь председателя)

Когда могущая Зима,
Как бодрый вождь, ведет сама
На нас косматые дружины
Своих морозов и снегов, —
Навстречу ей трещат камины,
И весел зимний жар пиров.

Царица грозная, Чума
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой...
Что делать нам? и чем помочь?

Как от проказницы Зимы,
Запремся также от Чумы!
Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.

Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.

Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья —
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.

Итак, — хвала тебе, Чума,
Нам не страшна могилы тьма,
Нас не смутит твое призванье!
Бокалы пеним дружно мы
И девы-розы пьем дыханье, —
Быть может... полное Чумы!

***

Орлов с Истоминой в постели
В убогой наготе лежал.
Не отличился в жарком деле
Непостоянный генерал.
Не думав милого обидеть,
Взяла Лаиса микроскоп
И говорит: "Позволь увидеть,
Чем ты меня, мой милый, ----".

Растеряев Игорь Вячеславович

Растеряев Игорь  Растеряев Игорь

БОГАТЫРИ

Вступление: Am

  Am
 Разлетаются чёрные вороны,
  Dm    E7
 Уползают в леса упыри.
  Am
 Это мы едем, русские воины,
  Dm    G
 Называют нас «богатыри».
 C
Богатырство не мерится возрастом,
  G    E7
Дело в силушке и кураже.
  Am
Вон Илюха из Муромской области
   Dm     G
К нам призвался за тридцать уже.

В поле камень стоит занимательный,
Три дороги указаны в нём.
Мы его прочитаем внимательно
И попрём как всегда напролом.

Проигрыш: C | G E7 | Am | Dm G

Змей Горынычу не покоряемся,
Пред Кощеем не падаем ниц.
Нашей силушки хватит, ручаемся,
На пятьсот Шамаханских цариц.

Да не нужны те царицы нисколечко,
Все они наших девок тощей.
Нам вернуться б к Анюткам, да к Олечкам,
Да к родному котлу кислых щей.

Да ещё бы печёной картошечки,
Да ещё бы солёных грибов.
Эх, давай заливайся, гармошечка,
Подпевай нам, степной ветерок.

Кода: C | G E7 | Am | Dm G - 3 раза
  C

КОМБАЙНЕРЫ

 Am
Далеко от больших городов,
  Dm
Там где нет дорогих бутиков,
  E7
Там другие люди живут,
 Am
О которых совсем не поют.
Не снимают про них сериалов,
  Dm
Ведь они не в формате каналов,
  E7
И не пишет про них интернет,
  Am
Их совсем вроде как бы и нет.

Они молоды, но не студенты,
Ни «О’кея» не знают, ни «Ленты»,
В суши-барах они не бывают,
И в соляриях не загорают.
У них нет дорогой гарнитуры,
Наплевать им на эмо-культуру,
Не сидят «В Контактах», в онлайнах,
Они вкалывают на комбайнах.

Припев:
  Am
  Выпил C2H5OH,
  Dm
  Сел на «Ниву» Ростсельмаш,
   G
  На ДТ, Дон 500, Т-150,
   E7
  Покормил перед этим поросят.

   Am
  И пошёл зябь пахать, молотить ячмень,
   F
  Будет долгим, долгим, долгим твой рабочий день,
   Dm
  Но зато ты знаешь каждый винтик в тракторе внутри,
   G      E
  Получаешь за работу в месяц тыщи три.
   Am
  Комбайнёры!

Проигрыш: :2/4: Am | F G - 2 раза

  Am
Каждый из них был в армии родной.
  F
Не отмазался никто, что у него там геморрой.
  Dm
Комбайнёры, трактористы, грузчики арбузных фур -
 G     E
Эти парни не являются мечтой гламурных дур.
  Am
И пускай там пидарасы беснуются в Москве,
  F
Но пока такие пацаны есть у нас в стране,
  Dm
Знают пусть враги все, знает сучка Кондолиза Райс:
  G      E
Никогда, отребье НАТОвское, не возьмёте нас.

Припев:
  Am
  Выпил C2H5OH,
  F
  Сел на «Ниву» Ростсельмаш,
   Dm
  На ДТ, Дон 500, Т-150,
   G     E
  Покормил перед этим поросят.

   Am
  И пошёл зябь пахать, молотить ячмень,
   F
  Будет долгим, долгим, долгим твой рабочий день.
   Dm
  Эта песня посвящается всем сельским пацанам,
   G       E
  Волгоградским комбайнёрам, трактористам, пастухам.

Проигрыш: :4/4: Am | F | Dm | G E - 2 раза

  Выпил C2H5OH,
  Сел на «Ниву» Ростсельмаш,
  На ДТ, Дон 500, Т-150,
  Покормил перед этим поросят.

  И пошёл зябь пахать, молотить ячмень,
  Будет долгим, долгим, долгим твой рабочий день.
  Эта песня посвящается всем сельским пацанам,
  Волгоградским комбайнёрам, трактористам, пастухам.
   Am
  Слава вам!

ГЕОРГИЕВСКАЯ ЛЕНТОЧКА

Вступление: Am | Am

 Am     Am7
За окнами весенний лес летит,
 F
Я еду в ленинградской электричке.
 Dm
Напротив меня девочка сидит
        E
С Георгиевской ленточкой в косичке.

 Am     Am7
Сегодня эту ленточку носить
 F
На сумке можно, можно в виде брошки.
  Dm
Но я прекрасно помню и без лент,
       E
Как бабка не выбрасывала крошки.

   C
Как много лишнего мы слышим в дни побед.
 F
Но только этой патоке с елеем
 Dm
Не очень верят те, кто в десять лет
        E
Питался в основном столярным клеем.

 C
А время умножает всё на ноль,
 F
Меняет поколение поколением.
   Dm
И вот войны подлеченная боль
       E
Приходит лишь весенним обострением.

   C
Над этой болью многие кружат
   F
Как вороньё, как чайки. И так рады,
   Dm
Как будто свой кусок урвать хотят
      E
Бетонной героической блокады.

  C
Я еду в поезде, смотрю на все подряд:
 F
В окно, на девочку с прекрасными глазами…
  Dm
А за окном солдатики лежат
      E
И прорастают новыми лесами.

Проигрыш: Am | C | Dm | E E7 - 2 раза

Am    C
Проезжаю я зловещие места:
Dm     E7
Там, где человек - главное богатство недр,
Am   C   Dm
Где ещё с войны бойцы лежат
  E7
По трое на один квадратный метр.

Am   C   Dm
Там везде шаги, там голоса,
  E7
Чудные огонёчки по болотам.
Am  C   Dm
Тени по ночам тебе поют,
   E7
Как будто просят и хотят чего-то:

 Am
 «Откопай меня, браток,
 C
 Я Вершинин Саня,
 Dm
 Пятый миномётный полк,
 E7
 Сам я из Рязани.

 Am
 Много ты в кино видал
 C
 О солдатах версий,
 Dm
 Сейчас послушаешь мою,
 E7
 Эх, будет интересней».

Am  C
И начнут они вещать
Dm  E7
На языке стонов, недомолвок.
Am  C    Dm  E7
Хочешь убежать, но впереди они опять
Мелькают между ёлок:

 Am
 «Откопай меня скорей,
 C
 Умоляю снова,
 Dm
 Я Моршанников Сергей,
 E7
 Родом из-под Пскова.

 Am
 Адресок мой передай
  C
 В родную сторонку:
 Dm
 Восемнадцатый квадрат,
 E7
 Чёрная воронка».

Проигрыш: Am | C | Dm | E E7 - 2 раза

 Am
 А под утро всё взревёт,
 C
 Полетит куда-то
 Dm
 И попрёт на пулемёт
  E7
 В штыковую с матом.

 Am
 И деревья все вверх дном:
 C
 Ввысь растут коренья
  Dm
 В этом славном боевом
 E7
 Месте преступленья…

Am
Расчудесный уголок -
   F
Не леса, а сказка -
  Dm
Наступил на бугорок,
    E
Глядь, а это каска…

Am
Чуть копнул - и вот тебе:
   F
Котелок да ложка,
  Dm
И над этим надо всем
  E
Ягода морошка.

Am
Над землёю месяц май,
   F
Молод и прекрасен,
 Dm
Электричка подъезжает
   E
К станции «Апраксин».

 Am
В небе караван гусей,
  F
Скоро будет лето.
Dm
Девочка в своей косе
     E
Поправляет ленту…

Кода: Am | C | Dm | E E7 - 4 раза
  Am

Рубцов Николай Михайлович

Рубцов Николай  Рубцов Николай

В твоих глазах
Для пристального взгляда
Какой-то есть
Рассеянный ответ...
Небрежно так
Для летнего наряда
Ты выбираешь нынче
Желтый цвет.
Я слышу голос
Как бы утомленный,
Я мало верю
Яркому кольцу...
Не знаю, как там
Белый и зеленый,
Но желтый цвет
Как раз тебе к лицу!
До слез тебе
Нужны родные стены,
Но как прийти
К желанному концу?
И впрямь, быть может,
Эго цвет измены,
А желтый цвет
Как раз тебе к лицу...

***

Я умру в крещенские морозы
Я умру, когда трещат березы
А весною ужас будет полный:
На погост речные хлынут волны!
Из моей затопленной могилы
Гроб всплывет, забытый и унылый
Разобьется с треском,
  и в потемки
Уплывут ужасные обломки
Сам не знаю, что это такое...
Я не верю вечности покоя!

***

ПРО ЗАЙЦА

Заяц в лес бежал по лугу,
Я из лесу шел домой, -
Бедный заяц с перепугу
Так и сел передо мной!

Так и обмер, бестолковый,
Но, конечно, в тот же миг
Поскакал в лесок сосновый,
Слыша мой веселый крик.

И еще, наверно, долго
С вечной дрожью в тишине
Думал где-нибудь под елкой
О себе и обо мне.

Думал, горестно вздыхая,
Что друзей-то у него
После дедушки Мазая
Не осталось никого.

***

МИНУТА ПРОЩАНИЯ

...Уронила шелк волос
Ты на кофту синюю.
Пролил тонкий запах роз
Ветер под осиною.
Расплескала в камень струи
Цвета винного волна —
Мне хотелось в поцелуи
Душу выплескать до дна!

ВОЛНЫ И СКАЛЫ

Эх, коня да удаль азиата
мне взамен чернильниц и бумаг, —
как под гибким телом Азамата,
подо мною взвился б
  аргамак!

Как разбойник,
  только без кинжала,
покрестившись лихо
  на собор,
мимо волн Обводного канала —
поскакал бы я во весь опор!

Мимо окон Эдика и Глеба,
мимо криков: "Это же — Рубцов!",
не простой,
  возвышенный,
    в седле бы -
прискакал к тебе,
  в конце концов!

Но наверно, просто и без смеха
ты мне скажешь: "Боже упаси!
Почему на лошади приехал?
Разве мало в городе такси?!"

И, стыдясь за дикий свой поступок,
словно Богом свергнутый с небес,
я отвечу буднично и глупо:
— Да, конечно, это не прогресс...

Ленинград, лето 1961

***

В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,

И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей...

Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.

Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови!
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.

И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.

Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
1966

***

Ветер всхлипывал, словно дитя,
За углом потемневшего дома.
На широком дворе, шелестя,
По земле разлеталась солома...

Мы с тобой не играли в любовь,
Мы не знали такого искусства,
Просто мы у поленницы дров
Целовались от странного чувства.

Разве можно расстаться шутя,
Если так одиноко у дома,
Где лишь плачущий ветер-дитя
Да поленница дров и солома.

Если так потемнели холмы,
И скрипят, не смолкая, ворота,
И дыхание близкой зимы
Всё слышней с ледяного болота...

***

ЖЕРЕБЁНОК

Он увидел меня и замер,
Смешной и добрый, как божок,
Я повалил его на травку,
На чистый, солнечный лужок!
И долго, долго, как попало,
На животе, на голове,
С восторгом, с хохотом и ржаньем
Мы кувыркались по траве.

***

МЕДВЕДЬ

В медведя выстрелил лесник.
Могучий зверь к сосне приник.
Застряла дробь в лохматом теле.
Глаза медведя слез полны:
За что его убить хотели?
Медведь не чувствовал вины!
Домой отправился медведь,
Чтоб горько дома пореветь...
1966

***

Мы сваливать
  не вправе
Вину свою на жизнь.
Кто едет -
  тот и правит,
Поехал - так держись!
Я повода оставил.
Смотрю другим вослед.
Сам ехал бы
  и правил,
Да мне дороги нет...
1970

Сапфо

Сапфо  Сапфо

Богу равным кажется мне счастью
Человек, который так близко-близко
Пред тобой сидит, твой звучащий нежно
Слушает голос

И прелестный смех. У меня при этом
Перестало сразу бы сердце биться:
Лишь тебя увижу, уж я не в силах
Вымолвить слова.

Но немеет тотчас язык, под кожей
Быстро легкий жар пробегает, смотрят,
Ничего не видя, глаза, в ушах же –
Звон непрерывный.

Потом жарким я обливаюсь, дрожью
Члены все охвачены, зеленее
Становлюсь травы, и вот-вот как будто
С жизнью прощусь я.

Но терпи, терпи: чересчур далеко
Все зашло…
/перевод В. Вересаева/

Смеляков Ярослав Васильевич

Смеляков Ярослав  Смеляков Ярослав

ЖИДОВКА

Прокламация и забастовка,
Пересылки огромной страны.
В девятнадцатом стала жидовка
Комиссаркой гражданской войны.

Ни стирать, ни рожать не умела,
Никакая не мать, не жена -
Лишь одной революции дело
Понимала и знала она.

Брызжет кляксы чекистская ручка,
Светит месяц в морозном окне,
И молчит огнестрельная штучка
На оттянутом сбоку ремне.

Неопрятна, как истинный гений,
И бледна, как пророк взаперти,-
Никому никаких снисхождений
Никогда у нее не найти.

Только мысли, подобные стали,
Пронизали ее житие.
Все враги перед ней трепетали,
И свои опасались ее.

Но по-своему движутся годы,
Возникают базар и уют,
И тебе настоящего хода
Ни вверху, ни внизу не дают.

Время все-таки вносит поправки,
И тебя еще в тот наркомат
Из негласной почетной отставки
С уважением вдруг пригласят.

В неподкупном своем кабинете,
В неприкаянной келье своей,
Простодушно, как малые дети,
Ты допрашивать станешь людей.

И начальники нового духа,
Веселясь и по-свойски грубя,
Безнадежно отсталой старухой
Сообща посчитают тебя.

Все мы стоим того, что мы стоим,
Будет сделан по-скорому суд -
И тебя самое под конвоем
По советской земле повезут.

Не увидишь и малой поблажки,
Одинаков тот самый режим:
Проститутки, торговки, монашки
Окружением будут твоим.

Никому не сдаваясь, однако
(Ни письма, ни посылочки нет!),
В полутемных дощатых бараках
Проживешь ты четырнадцать лет.

И старухе, совсем остролицей,
Сохранившей безжалостный взгляд,
В подобревшее лоно столицы
Напоследок вернуться велят.

В том районе, просторном и новом,
Получив как писатель жилье,
В отделении нашем почтовом
Я стою за спиною ее.

И слежу, удивляясь не слишком -
Впечатленьями жизнь не бедна,-
Как свою пенсионную книжку
Сквозь окошко толкает она.
Февраль 1963, Переделкино

***

На главной площади страны,
невдалеке от Спасской башни,
под сенью каменной стены
лежит в могиле вождь вчерашний.

Над местом, где закопан он
без ритуалов и рыданий,
нет наклонившихся знамен
и нет скорбящих изваяний,

ни обелиска, ни креста,
ни караульного солдата —
лишь только голая плита
и две решающие даты,

да чья-то женская рука
с томящей нежностью и силой
два безымянные цветка
к его надгробью положила.
1964

Струкова Марина Васильевна

Струкова Марина  Струкова Марина

Мальчик глухо и горько смеётся,
хочет верить под роковый ритм,
что для подвигов повод найдётся
и найдется пространство для битв.
Все – вверх дном, и на кухне туманно,
как всегда, от дымка анаши.
Ухмыляются шлюхи с экрана,
и политики врут от души.
Он потерян для белого света,
но зачем-то вечерней порой
снова, снова включает кассету
с давней песней «Последний герой».
Сердце в пьяной истерике бьётся,
шепчет иглам и лезвиям бритв,
что для подвигов повод найдётся
и найдётся пространство для битв.
Словно что-то зовёт за стеною,
обещает борьбу и успех,
и восходит война над страною,
отмахнув героиновый снег.
Но уже ничего не случится,
мальчик спит на подушке сырой,
и успела кассета разбиться
с давней песней «Последний герой».
Для других над дорогами вьётся
птица – месть выше робких молитв,
и для подвигов повод найдётся,
и найдётся пространство для битв.

Суханов Александр Алексеевич

ЗЕЛЕНАЯ КАРЕТА

Спят,
Cпят мышата, спят ежата,
Медвежата,
Медвежата и ребята.
Все,
Все уснули до рассвета,
Лишь зеленая карета,
Лишь зеленая карета
Мчится, мчится в вышине,
В серебристой тишине.

Шесть коней разгоряченных
В шляпах алых и зеленых
Над землей несутся вскачь,
На запятках черный грач.
Не угнаться за каретой,
Ведь весна в карете этой,
Ведь весна в карете этой.

Спите,
Спите, спите, медвежата,
И ежата,
И ежата, и ребята.
В самый, в самый тихий ранний час
Звон подков разбудит вас,
Звон подков разбудит вас:
Только глянешь из окна -
На дворе стоит весна!

Тсс!
Спят,
Спят мышата, спят ежата,
Медвежата,
Медвежата и ребята.
Все,
Все уснули до рассвета,
Лишь зеленая карета,
Лишь зеленая карета,
Лишь зеленая карета...

Em  Am
Спят, спят мышата, спят ежата.
D7  G
Медвежата, медвежата и ребята.
C  Am
Все, все уснули до рассвета...
G  H7
Лишь зеленая карета
G  H7
Лишь зеленая карета
C  D7  G
Мчится, мчится в вышине,
  Am  H7
В серебристой тишине...

Em  Am  D7  G
Шесть коней разгоряченных в шляпах алых и зеленых
Am  H7  C  H7
Над землей несутся вскачь. На запятках черный грач...
  C  D7  C  AmH7  G  H7
Не угнаться за каретой, ведь весна в карете этой.
  G  H7
Ведь весна в карете этой...

Сухарев Дмитрий Антонович

ЧЁРНЫМИ ГОРАМИ

А мне красться не судьба
Чёрными горами,
Не студить чумного лба
Чёрными ветрами,
Ни при звёздах и луне,
Ни под чёрной тучей
Не толкать ладонью мне
Двери нескрипучей.

Ничего мне не понять
На высоком ложе,
Поцелуем не унять
Чьей-то дивной дрожи,
Не цепляться за плечо
На краю обрыва —
Отчего так горячо?
Отчего счастливо?

Не срывался я, хмельной,
В пустоту обвала,
Ничего того со мной
Сроду не бывало,
Не бывало до сих пор
И не будет случай —
Не бывает чёрных гор,
Двери нескрипучей.

И снится мне обрыв
Прямо с кручи горной,
Где сидит, глаза прикрыв,
Старый ворон чёрный;
Старый ворон, чёрный вран —
Всё он ждет, зевая,
Пока вытечет из ран
Моя кровь живая.
1975

Сычев Павел

ДРУГОЕ ВРЕМЯ

Ты, буржуй,
  пальцы веером, -
Бритоголовый,
  в плечах - сажень!
Скоро наступит
  другое время!
Будешь ты
  на штык насажен!
Твоя жена
  не захочет работать.
Она пойдёт
  на улицу.
Её накажет
  наш закон
За проституцию.
Твои дети
  напишут в анкету:
«Был папаша
  враг народа».
С этой анкетой
  доверия нету -
Нам не нужна
  такая порода!
Теперь, буржуй,
  иди в кабак,
Напейся
  до поросячьего визга.
Деньги твои
  ничего не изменят!
Другое время близко!

Топоров Владимир

ПОДНИМАЮЩИЙ ЗНАМЯ

В мор намрутся, а в войну налгутся. (Пословица)

Вновь гонишь ты на пулеметы
Полуобстрелянную рать,
В цинк упаковываешь роты,
Ах, мать-отчизна… перемать!

Страна униженного русса,
Высоких мыслей эшафот,
Как встарь в предгориях Эльбруса
Кинжал чеченца горло рвет!

Как же сберечь тебя от сглаза?
Я не хочу, покуда цел,
Глядеть на жителя Кавказа
Через оптический прицел.

А вдруг младого разночинца
Схлестнули с гордою Чечней,
Чтоб этот мальчик разучился
Гордиться русскою броней?!

...Надрессированы, как в цирке,
Мы правду ищем между строк…
А к матери приходит в цинке
Ее единственный сынок.
Январь 1995

Федоров Василий Дмитриевич

Федоров Василий  Федоров Василий

СЕРДЦА

Все испытав,
  мы знаем сами,
Что в дни психических
    атак
Сердца,
  не занятые нами,
Не мешкая,
  займет наш враг,
Займет,
  сводя все те же счеты,
Займет, засядет,
  Нас разя...
Сердца!
  Да это же высоты,
Которых
  отдавать нельзя.
1955

Хайям Омар

Хайям Омар  Омар Хайям

РУБАИ

Лучше пить и веселых красавиц ласкать,
Чем в постах и молитвах спасенья искать.
Если место в аду для влюбленных и пьяниц -
То кого же прикажете в рай допускать?

***

До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем.

***

Лучше сердце обрадовать чашей вина,
Чем скорбеть и былые хвалить времена.
Трезвый ум налагает на душу оковы.
Опьянев, разрывает оковы она.

***

Да пребудет вино неразлучно с тобой!
Пей с любою подругой из чаши любой
Виноградную кровь, ибо в черную глину
Превращает людей небосвод голубой.

***

Когда я молод был, все тайны бытия,
Казалось, я раскрыл. Ах, ошибался я!
Мне разум говорит: "Ты ничего не понял,
Бесплодной и пустой прошла вся жизнь твоя".

***

Удивленья достойны поступки Творца!
Переполнены горечью наши сердца,
Мы уходим из этого мира, не зная
Ни начала, ни смысла его, ни конца.

***

Не одерживал смертный над небом побед.
Всех подряд пожирает земля-людоед.
Ты пока еще цел? И бахвалишься этим?
Погоди: попадешь муравьям на обед!

***

На чьем столе вино, и сладости, и плов?
Сырого неуча. Да, рок - увы - таков!
Турецкие глаза - красивейшие в мире -
Находим у кого? Обычно у рабов.

***

Опасайся плениться красавицей, друг!
Красота и любовь - два источника мук.
Ибо это прекрасное царство не вечно:
Поражает сердца - и уходит из рук.

***

Во мне вы видите чудовище разврата?
Пустое! Вы ль, ханжи, живете так уж свято?
Я, правда, пьяница, блудник и мужелюб,
Но в остальном - слуга послушный шариата.

***

Хочу упиться так, чтоб из моей могилы,
Когда в нее сойду, шел винный запах милый,
Чтоб вас он опьянял и замертво валил,
Мимоидущие товарищи-кутилы!

***

«Как там в мире ином» - я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
«Пей! - ответил, - дорога туда далека,
Из ушедших никто не вернулся пока»…

***

Если гурия страстно целует в уста,
Если твой собеседник мудрее Христа.
Если лучше небесной Зухры музыкантша -
Все не в радость, коль совесть твоя не чиста!

***

В учености - ни смысла, ни границ.
Откроет больше тайный взмах ресниц.
Пей! Книга Жизни кончится печально.
Укрась вином мелькание страниц!

***

Развеселись!.. В плен не поймать ручья?
Зато ласкает беглая струя!
Нет в женщинах и в жизни постоянства?
Зато бывает очередь твоя!

Цветаева Марина Ивановна

Цветаева Марина  Цветаева Марина

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной -
Распущенной - и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.

Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью - всуе...
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!

Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня - не зная сами! -
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами,-
За то, что вы больны - увы! - не мной,
За то, что я больна - увы! - не вами!

***

Генералам двенадцатого года
Сергею

Вы, чьи широкие шинели
Напоминали паруса,
Чьи шпоры весело звенели
И голоса.

И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след –
Очаровательные франты
Минувших лет!

Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу, –
Цари на каждом бранном поле
И на балу.

Вас охраняла длань Господня
И сердце матери, – вчера
Малютки-мальчики, сегодня –
Офицера!

Вам все вершины были малы
И мягок самый черствый хлеб,
О молодые генералы
Своих судеб!

––––––

Ах, на гравюре полустертой,
В один великолепный миг,
Я встретила, Тучков-четвертый,
Ваш нежный лик.

И вашу хрупкую фигуру,
И золотые ордена...
И я, поцеловав гравюру,
Не знала сна...

О, как мне кажется, могли вы
Рукою, полною перстней,
И кудри дев ласкать – и гривы
Своих коней.

В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век...
И ваши кудри, ваши бачки
Засыпал снег.

Три сотни побеждало – трое!
Лишь мертвый не вставал с земли.
Вы были дети и герои,
Вы всe могли!

Что так же трогательно-юно,
Как ваша бешеная рать?
Вас златокудрая Фортуна
Вела, как мать.

Вы побеждали и любили
Любовь и сабли острие –
И весело переходили
В небытие.
Феодосия, 26 декабря 1913

***

"Я стол накрыл на шестерых..."

Всё повторяю первый стих
И всё переправляю слово:
- "Я стол накрыл на шестерых"...
Ты одного забыл - седьмого.

Невесело вам вшестером.
На лицах - дождевые струи...
Как мог ты за таким столом
Седьмого позабыть - седьмую...

Невесело твоим гостям,
Бездействует графин хрустальный.
Печально - им, печален - сам,
Непозванная - всех печальней.

Невесело и несветло.
Ах! не едите и не пьете.
- Как мог ты позабыть число?
Как мог ты ошибиться в счете?

Как мог, как смел ты не понять,
Что шестеро (два брата, третий -
Ты сам - с женой, отец и мать)
Есть семеро - раз я на свете!

Ты стол накрыл на шестерых,
Но шестерыми мир не вымер.
Чем пугалом среди живых -
Быть призраком хочу - с твоими,

(Своими)...
  Робкая как вор,
О - ни души не задевая! -
За непоставленный прибор
Сажусь незваная, седьмая.

Раз!- опрокинула стакан!
И всё. что жаждало пролиться,-
Вся соль из глаз, вся кровь из ран -
Со скатерти - на половицы.

И - гроба нет! Разлуки - нет!
Стол расколдован, дом разбужен.
Как смерть - на свадебный обед,
Я - жизнь, пришедшая на ужин.

...Никто: не брат, не сын, не муж,
Не друг - и всё же укоряю:
- Ты, стол накрывший на шесть - душ,
Меня не посадивший - с краю.

Шекспир Вильям

Шекспир Вильям  Шекспир Вильям

Сонеты

6

Смотри же, чтобы жесткая рука
Седой зимы в саду не побывала,
Пока не соберешь цветов, пока
Весну не перельешь в хрусталь фиала.

Как человек, что драгоценный вклад
С лихвой обильной получил обратно,
Себя себе вернуть ты будешь рад
С законной прибылью десятикратной.

Ты будешь жить на свете десять раз,
Десятикратно в детях повторенный,
И вправе будешь в свой последний час
Торжествовать над смертью покоренной.

Ты слишком щедро одарен судьбой,
Чтоб совершенство умерло с тобой.

7 (перевод А. М. Финкеля)

Ты посмотри: когда, лаская глаз,
Встает светило с ложа своего,
Все на земле поют хвалу в тот час
Священному величию его.

Когда ж оно небесной крутизной
Спешит, как юность зрелая, в зенит,
То каждый взор, пленен его красой,
За золотым путем его следит.

Но в час, когда оно, закончив путь,
Расставшись с днем, свергается в закат,
Никто не хочет на него взглянуть,
И обращен небрежный взор назад.

И ты, когда тебя не сменит сын,
Свой полдень пережив, умрешь один.

8 (перевод А. М. Финкеля)

Ты - музыка, но почему уныло
Ты музыке внимаешь? И зачем
Ты с радостью встречаешь, что не мило,
А радостному ты не рад совсем?

Нс потому ли стройных звуков хоры
Аккордами твой оскорбляют слух,
Что кротко шлют они тебе укоры
За то, что ты один поёшь за двух.

Заметь, как дружно, радостно и звонко
Согласных струн звучит счастливый строй,
Напоминая мать, отца, ребенка,
В единой ноте сливших голос свой.

Тебе поет гармонии поток:
"Уйдешь в ничто, коль будешь одинок".

65

Уж если медь, гранит, земля и море
Не устоят, когда придет им срок,
Как может уцелеть, со смертью споря,
Краса твоя - беспомощный цветок?

Как сохранить дыханье розы алой,
Когда осада тяжкая времен
Незыблемые сокрушает скалы
И рушит бронзу статуй и колонн?

О горькое раздумье!.. Где, какое
Для красоты убежище найти?
Как, маятник остановив рукою,
Цвет времени от времени спасти?..

Надежды нет. Но светлый облик милый
Спасут, быть может, черные чернила!

66

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
Достоинство, что просит подаянья,
Над простотой глумящуюся ложь,
Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,
И девственность, поруганную грубо,
И неуместной почести позор,
И мощь в плену у немощи беззубой,

И прямоту, что глупостью слывет,
И глупость в маске мудреца, пророка,
И вдохновения зажатый рот,
И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг...
Но как тебя покинуть, милый друг!

72

Чтобы не мог тебя заставить свет
Рассказывать, что ты во мне любила, -
Забудь меня, когда на склоне лет
Иль до того возьмет меня могила.

Так мало ты хорошего найдешь,
Перебирая все мои заслуги,
Что поневоле, говоря о друге,
Придумаешь спасительную ложь.

Чтоб истинной любви не запятнать
Каким-нибудь воспоминаньем ложным,
Меня скорей из памяти изгладь, -
Иль дважды мне ответ придется дать:

За то, что был при жизни столь ничтожным
И что потом тебя заставил лгать!

87

Прощай! Тебя удерживать не смею.
Я дорого ценю любовь твою.
Мне не по средствам то, чем я владею,
И я залог покорно отдаю.

Я, как подарком, пользуюсь любовью.
Заслугами не куплена она.
И значит, добровольное условье
По прихоти нарушить ты вольна.

Дарила ты, цены не зная кладу
Или не зная, может быть, меня.
И не по праву взятую награду
Я сохранял до нынешнего дня.

Был королем я только в сновиденье.
Меня лишило трона пробужденье.

90

Уж если ты разлюбишь - так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!

И если скорбь дано мне превозмочь,
Не наноси удара из засады.
Пусть бурная не разрешится ночь
Дождливым утром - утром без отрады.

Оставь меня, но не в последний миг,
Когда от мелких бед я ослабею.
Оставь сейчас, чтоб сразу я постиг,
Что это горе всех невзгод больнее,

Что нет невзгод, а есть одна беда -
Твоей любви лишиться навсегда.

116

Мешать соединенью двух сердец
Я не намерен. Может ли измена
Любви безмерной положить конец?
Любовь не знает убыли и тлена.

Любовь - над бурей поднятый маяк,
Не меркнущий во мраке и тумане.
Любовь - звезда, которою моряк
Определяет место в океане.

Любовь - не кукла жалкая в руках
У времени, стирающего розы
На пламенных устах и на щеках,
И не страшны ей времени угрозы.

А если я не прав и лжет мой стих,
То нет любви - и нет стихов моих!

136

Твоя душа противится свиданьям.
Но ты скажи ей, как меня зовут.
Меня прозвали "волей" иль "желаньем"
А воле есть в любой душе приют.

Она твоей души наполнит недра
Собой одной и множествами воль.
А в тех делах, где счет ведется щедро,
Число "один" - не более чем ноль.

Пусть я ничто во множестве несметном,
Но для тебя останусь я одним.
Для всех других я буду незаметным,
Но пусть тобою буду я любим.

Ты полюби сперва мое прозванье,
Тогда меня полюбишь. Я - желанье!

Щипахина Людмила Васильевна

http://sssr.hut.ru/new_page_69.htm

Щипахина Людмила  Щипахина Людмила

ЗА ВСЕ, ЗА ВСЕ ПРИДЕТ РАСПЛАТА

Газета Завтра, 25 июня 2001 0

У нас страна — не захолустье.
Не трусьте, русские, не трусьте.
На гребне каверзных событий
Терпите, русские, терпите.
В прогноз конца и скорой смерти
Не верьте, русские, не верьте.
В ряды невидимые стройтесь.
Не бойтесь, русские, не бойтесь.
От сна и ужаса очнитесь —
Молитесь, русские, молитесь.
И вновь — доспехи надевайте.
Вставайте, русские, вставайте!

РОССИЯ

И опять, как в первый день творенья,
Помолясь заброшенному богу,
В ситцевом платке долготерпенья
Ты одна выходишь на дорогу.

А в пути незнаемом и длинном
Боль-тоска переполняют лоно.
И твоим заслуженным сединам
Уж никто не жалует поклона...

Праведница, грешница, разиня,
Добрая в душе, а не со страху,
Милая, пресветлая Россия,
Не отдай последнюю рубаху.

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОМУ

За боль и страх годов кромешных,
За рок, преследующий нас,
Двадцатый век, прости нас грешных.
И двадцать первый — дай нам шанс.
Пускай мы ослабели в сшибках,
Не отличая свет от тьмы,
Не на смертельных тех ошибках
Свой новый мир построим мы.
Не тот, где в пекле революций
Свистит картечь, визжит фугас,
Где все меридианы гнутся
Под тяжестью военных баз.
Где стонут Крым, Кузбасс, Курилы.
Чечня крушится под откос.
Где в Альпах закупают виллы
На капиталы наших слез.
Где каждый нищий — боль народа.
Где нимб добра на подлеце.
Где задыхается свобода
У тайных замыслов в кольце.
За все, за все придет расплата.
Небесная засветит синь...
Прости нас, грешных, век двадцатый.
И двадцать первый — не покинь!

ПИСЬМО БРАТУ В ДЕРЕВНЮ

Здравствуй, братишка любезный!
Что-то понять не могу -
Шлю тебе письма, как в бездну,
А от тебя — ни гу-гу...
Муж мой от бедности спился.
Всюду развал и тоска.
Кто-то икрой подавился,
А у меня — ни куска.
Прошлое — словно в тумане...
Сбились мы, Ваня, с пути.
Что ж ты не чешешься, Ваня,
Где же подмогу найти?
Старую технику чинишь.
Ешь комбикорм да ботву.
А вот умом не раскинешь
И не покличешь братву?
Долго ли будешь крушиться,
Всуе долбить кирпичи,
Лясы точить, петушиться
Да почивать на печи?
Коль не подымешься всюду,
Беды не примешь за грудь,
Я тебя, Ваня, — забуду.
Ты меня, Ваня, — забудь.

***

Моей подруге — народной поэтессе Чечни Раисе АХМАТОВОЙ

Прозрачный день звенит капелью,
Но на пороге — плач и страх.
Мой сын — Иван — убит в ущелье.
Твой сын Муса — убит в горах.
А мы еще недавно жили
Семьей заботливой одной,
Заложники чужой наживы,
Чужой корысти нефтяной.
За это — слезы над постелью
Да небо гневное в громах.
Твой сын Ахмат — убит в ущелье.
Мой сын Андрей — убит в горах.
Темно от боли в чистом поле,
Где смерть — близка и высока.
И исступленный крик: "Доколе?"
И марсианская тоска.
И долго ль будет город Грозный
Пугать ошибкой века мир,
Молясь на праведные звезды
Глазницами пустых квартир?
И долго ли Москва седая
В снегу холодном до бровей
Все так же будет, не считая,
Своих неволить сыновей?
Былых достоинств не роняя,
Вину не меря на весах,
Чечня, сестра моя родная,
Давай обнимемся в слезах.

***

С кем мне быть, кому мне верить,
Мудрецы, не вам решать.
И напрасно лицемерить,
Угрожать да унижать.
В "сфере ваших интересов"
Русская моя душа.
Но в салонах "мерседесов"
Вам не светит ни шиша.
Не пытайтесь всем кагалом
Наказать меня рублем.
Не пугайте криминалом
И дорожным патрулем.
Честь и веру в сердце нежном
Злом и лестью — не сгубить.
Даже Римским побережьем
Вам меня не соблазнить.
Я еще сильнее стану.
Я вас больше — не боюсь.
Не умолкну, не устану
И от горя — не сопьюсь.

***

Восславить могу и проклясть.
Святым одарить убежденьем...
Я — женщина. Тайная власть
Дана мне судьбой и рожденьем.
Об этом мне весть подают:
Весна в соловьином напеве.
На поле — пшеничный салют.
Грядущий ребенок во чреве.
Бездонен души водоем
И щедры кормящие груди.
Я женщина — в мире моем
Добро — продолжение сути.
Горит за окном резеда,
Искустен порядок в квартире.
Не зря для меня красота
Есть способ присутствия в мире.
И звездному жару в крови
Служу я прилежно и верно,
Ведь вечное чувство любви
Всей жизни моей соразмерно,
Из нежности соткан рассвет.
Обласкана зелень лучами.
Но... острые клювы ракет
Все чаще мне снятся ночами.
И, может, тебя потому
Порою пугаю я взглядом,
Что вижу в далеком дыму
Угрозу, чреватую адом.
Но знай же, пока я сильна,
Земля не покроется тенью.
В подоле моем семена,
И вечно мое возрожденье.
И в небе моем — журавли.
И голубь на синем конверте.
Я женщина, МАТЕРЬ ЗЕМЛИ,
И символ ее. И бессмертье.

Разное

***

Олег Ким, 9 лет.

Ангелы-хранители, берегите нас!
То, что происходит, - плачет весь Донбасс...
Сила ты небесная, сохрани детей!
Но а тех, кто злые, накажи скорей...

***

Очерчен круг твоих желаний -
Он вписан в мир твоих забот.
Вот твой квадрат предначертаний,
И здесь же в мир иной исход.

***

Гладит он подружку цепкой лапкой,
Шкурку нежную нечаянно царапая.
(Серов Валентин Александрович)

***

Мимо розы, милой розы,
Я прошел и не заметил,
Я прошел и не заметил
Ее нежность, ее свежесть.
А потом, когда вернулся,
Чтоб кохать ее и нежить,
Был колючим стеблем встречен
И с шипами был повенчан.

***

Кто родился в январе,
Вставай, вставай, вставай,
Чарочку полную, чарочку полную,
С нами выпивай.
Чарочку полную, чарочку полную,
С нами выпивай.

***

В тревожный день, ненастный час
Мне очень не хватало вас.
Теперь, когда у нас весна,
Мне очень не хватает сна.

***

Наша Лена - загляденье;
Лицезреть вас - наслажденье.

А Наташа всех прекрасней,
Всех девчат она опасней.

Катя всех девчат белее,
Всех румяней и смелее;
И стройна, как стебелек,
Горяча, как уголек.

Ну а Люда всех нас гибче,
замечательней, отличней.

Вы подобны розе, Вика,
полноцветной, многоликой.

Надя - чистое блаженство,
Мелодичность, совершенство.

Вы, Наташа, уникальны,
Тонки, изящны, музыкальны.

Вы, Наташа, всех добрее,
восхитительней, милее.

Всех Катюша совершенней,
Идеальней, современней.

Наша Ира всех нас строже,
Всех девчат она пригоже.

Ольга, в вас большая тайна,
Все загадки мирозданья.

Света всех девчат коварней,
Потусторенней, маргинальней.

Наша Ксюша всех хрустальней,
Всех жеманней, филигранней.

***

Настанет час, когда получку
впервые получать на ручки.
И, кажется, близка получка,
Но нет в кармане Аллы ручки.
Понятно всем: чтоб взять получку,
для подписи потребна ручка.
Сойди с ума, дойди до ручки,
Но не видать тебе получки,
Коль нет с собой обычной ручки.

Ура! Друзья дарят мне ручку!
Увы! Ох! Ах! Мала получка.
Мне б у начальства быть под ручкой,
Чтоб хвастаться своей получкой,
Чтоб Ронни целовал мне ручки,
Чтоб дверь Ролс-Ройс с блестящей ручкой
Швейцар открыл бы в день получки.
Чтоб... Я здесь поставлю точки ручкой.
Спасибо вам, друзья, за ручку...
И я клянусь своей получкой,
Что обрету все с вашей ручкой.

***

Из Штатов иногда вещички прибывают,
Наташа их спокойно и чинно разбирает.
Но бьюсь, что был бы у нее бардак и завируха,
Когда б пришла она под мухой.

Писатели

Арсеньев Всеволод. Ностальгия.
Алексеев Сергей. Сорок уроков русского.
Беляков Сергей. Гумилев, сын Гумилева.
Богомолов Владимир
Бондарев Юрий Вачсильевич. Искушение.
Бояшев Илья
Бородин Леонид. Ловушка для Адама.
Быков Дмитрий. Жиды.
Бычков Андрей. Гулливер и его любовь. Дилендра.
Вагинов Константин. Бомбочада, Труды и дни Свистунова, Козлиная песнь.
Варламов Алексей.
Водолазкин Евгений. Лавр.
Вармфоломеев Михаил Алексеевич
Дубовицкий Натан. Околоноля.
Екимов Борис.
Ильина Елена. 4-я высота.
Калугин Виктор. Молитвы русских поэтов.
Кан Диана
Климов Геннадий (Тверь).
Ковров М.
Козлов Юрий.
Краснов Петр. Новомир.
Крусанов Павел. Укус ангела.
Кузьмина Елена
Курицин Вячеслав Николаевич
Лесков Николай Снменович.
Лихоносов Виктор Иванович.
Лугинов Николай
Лысков Александр. Красный закат в конце июня.
Мамаева Ирина.
Мамлеев Юрий. Вселенские истории.
Мол-Чун (Китай).
Новиков Дмитрий. В сетях твоих.
Павич Милорад. Хазарский словарь.
Пелевин Виктор.
Поляков Юрий Михайлович. Гипсовый трубач.
Попов Михаил.
Проханов Александр. Время золотое.
Садулаев Герман.
Семичев Евгений.
Сенчин Роман.
Скороходов Глеб.
Солоухин Владимир. Последняя ступень.
Сырнева Светлана.
Терехов Александр. Немцы.
Трейси Брайан. 7 качеств успешных людей.
Трифонов Юрий. Утоление жажды.
Червинский Александр Михайлович.
Черкасов Дмитрий. Детективы.
Шаргунов Сергей. 1993.

Поэты

Боголюбов Николай. Пламя Русской Судьбы.
Бородкин Олег. Простые истины.
Верстаков Виктор.
Григорьев Константин. Влюбленный лабазник. Проказы негоцианта.
Евтушенко Евгений. Поэт в России больше, чем поэт.
Емелин Всеволод.
Зиновьев Николай. Помолиться перед боем...
Иеромонах Роман (Матюшин). Здравствуй, матушка - Русь!
Исаев Егор. С тобой - твоя присяга.
Козлов Владимир.
Коротаев Денис. В своей расколотой стране...
Кравченко Андрей.
Куняев Станислав. Любовь, исполненная зла.
Кузнецов Юрий Поликарпович.
Лимонов Эдуард. Апостол Павел (2010).
Ляпин Игорь.
Медведева Наталья. Ночная птица.
Мельник Георгий. Я проснулся - нет вина...
Неумоев Роман.
Переверзин Иван. Из греческой тетради.
Рубцов Николай.
Смеляков Ярослав.
Соловей Сергей.
Струкова Марина Васильевна. Грозовая чаша. Верю - вольному стрелку.
Топоров Владимир. Поднимающий знамя
Тряпкин Николай.
Турбина Нина.
Федоров Василий.
Хатюшин Валерий.
Хлебников Велимир.
Щипахина Людмила. За все, за все придет расплата.

Художники

Беляев-Гинтов Алексей. Наш сапог свят.
Вильямсон Кирон. «Маленький Моне».
Дергилева Алена.
Ефимочкин Геннадий Федорович.
Зверев Анатолий Тимофеевич.
Зыков Анатолий Иванович.
Иванов Виктор Иванович.
Кабаков Илья Иосифович
Маслов Владимир Владимирович.
Москвитин Александр. Остров памяти. Битва золотых воинов. Старец.
Неменский Борис.
Нестеров Михаил. Душа народа.
Нестерова Наталья Игоревна.
Присекин Сергей Николаевич.
Пускин Дмитрий Иванович (1919-1998, Москва)
Пухов Павел Александрович (Паша 183)
Родченко Александр Михайлович и Варвара Ф. Степанова
Рыженко Павел.
Рябушин Андрей Петрович.
Сафронов Владимир. Московская девушка. Леда и Лебедь.
Уорхол Энди. Mick Jagger.
Филатчев Олег Павлович.
Честняков Ефим Васильевич.
Шагин Дмитрий.
Шмелев Юрий.
Явленский Алексей Георгиевич, род. в гор. Торжок.

Философы, конспирологи, историки

Бутузов Глеб Александрович. Алхимия и Традиция.
Вейник Виктор. Библейская физика.
Воробьевский Юрий Юрьевич. Русский Голем.
Головин Евгений Всеволодович. Там.
Граф Юрген. Крах мирового порядка.
Гумилев Лев Николаевич.
Дугин Александр. В поисках темного логоса. Философско-богословские очерки.
Ильин Илья. Наши задачи. Непротивление злу силой.
Калитин Петр Вячеславович. Россия не для нормальных.
Карпец Владимир.
Кондратьев Николай Дмитриевич.
Кугушев Сергей Владиславович.
Потемкин Александр. Человек отменяется.
Переслегин Сергей. Самоучитель игры на мировой шахматной доске.
Секацкий Александр Куприянович (род. 1958).
Солоневич Иван Лукьянович.
Чаянов Александр Васильевич.
Шафаревич Игорь Ростиславович.
Шмелев Иван Сергеевич.

Фильмы

Алекс ван Вармедан. Мамарош. Возмутитель спокойствия, Северяне.
Ален Вуди. Жасмин.
Алеников Владимир. Война принцессы.
Андерсон Уэс. Отель «Гранд Будапешт» (2014).
Баширов Александр. Железная пята олигархии (1997).
Бессон Люк. Люси (2014).
Брук Питер. Махабхарата.
Быков Юрий. Майор (Россия 2013).
Ветер крепчает (мультфильм).
Высший балл (2004).
Герман. Трудно быть богом.
Голая правда (2009).
Долина прощаний, Белая пантера, Иуда (с Алексеем Шевченковым).
Вкусный (с Н. Портман).
Кассаветис Джон.
Мой личный лось (мультфильм).
Муратова Кира. Вечное Возвращение, Мелодия для шарманки.
Оператор Владимир Ильин. Торпедоносцы, Два долгих гудка в тумане.
Оператор Юрий Клименко. Легенда о сурамской крепости. Чужая Белая и Рябой. Космос как предчуствие.
Приключения Петрова и Васечкина и Каникулы Петрова и Васечкина.
Спайк Джонс (сценарий) Она.
Филомена.
Флетчер Энн. Предложение (рамантическая комедия).
Холодное сердце (мультфильм).
Хьюит Питер. Воришки (1997).
Шамиров Виктор. Со мною вот что происходит.
Шепелев Виталий. Здрасьте, приехали. 2012.ф

Музыка

Азбука страха.
Алиса. К. Кинчев.
АукцЫон.
Балашов Александр.
Белагорь. Террор. Новые варвары-98. (нет)
Вагнер. Тристан и Изольда.
Вис Виталис. Делай Что Должен. Непонятная песенка про дурака. Hic Rhodus Hic Salta (Здесь Родос, здесь прыгай). Между Собакой и Волком. Нечего терять. Остров Питера Пэна. В белом гетто.
Вишневский Иван. Алексей Вульфов. Хор Распев.
Гамадион. Сакральные просторы Руси.
Гастелло Олег. Песни партийца-2.
Горохов Андрей.
Гражданская оброна. Свет и стулья.
Дельфин. Юность (Зита и Гита).
День донора. Выход есть (Царицинский мятеж).
End-Zone.
Зазеркалье. Не отнимайте солнце у детей.
Захарченко Виктор. Кубанский казачий хор.
Калинов мост. Дмитрий Ревякин. SWA. Жатва. Ледяной поход.
Комба БАКХ (нет).
Кооператив Ништяк. 25 Джонов Леннонов.
Красные звезды (Беларусь).
Легион.
Мартынов Владимир Иванович.
Мафия.
Минин Владимир Николаевич (Московский камерный хор).
Непомнящий Александр.
Новый завет. Аллилуйя. Изгоняющий дьявола.
Инструкция по выживанию.
Обломов Вася. Повести и рассказы.
ОбщежитиЕ.
Пальцы веером.
Попова детский хор.
Растеряев Игорь.
Русская правда.
Сектор Газа.
Скарлатти Алессандро (2 мая 1660 — 24 октября 1725).
Скрябин Кузьма (Андрей Кузьменко).
Смольянинова Евгения Валерьевна.
Темнозорь.
Тризна.
Федоров Леонид / позже.
Федосеева симфонический оркестр.
Черный Лукич.
Чин-Чин.
Шахрин.
Шёнберг Арнольд (1874-1951).

Балет

Виноградов Олег.

Наука и педагогика

Дмитриев Николай Александрович (один из отцов советского Атомного проекта).
Никаноров Спартак Петрович.
Щетинин Михаил Петрович (педагогика).

Медицина

4Life Reseach Трансфер фактор (повышение иммунитета).
Алексеев Александр Алексеевич.
Ароник пятнистый.
Барбарис (корень).
Брусничный лист (октябрь-ноябрь) - втирание против воспалений.
Газина Тамара Петровна. Лечение сублимированным соком.
Донормил (для сна).
Дюсупов Базылхан.
Живица (масло).
Звонников В. Н.
Золотой корень - имунная система.
Калган 4-х и 5-и лепестковый.
Краснов Ю. Н. Структурированная вода.
Кучеренко Владимр. Технология соматического психосинтеза.
Лист черной смородины для чая (впрок в морозилке).
Метазид (горло, кашель).
Отвар брусничного листа.
Очиток Рупрехта.
Перга в малых количествах - много цинка.
Промедин (бальзам).
Пчелиный подмор 0.5 стакана и 0.5 стакана водки. Растирание.
Расторопша.
Рукин Е. Н. Спектральная фототерапия.
Сабельник болотный. Настой на водке: 1 ч. сабельника и 10 частей водки. Пить 1 ч.л 3 р.д до еды + втирания.
Скипофит.
Солодка (корень).
Спорыш (горец птичий) - выведение солей.
Суставные болезни (Павел Кудинов).
Сытин Григорий Николаевич.
Фитогор.
Ферула вонючая.
Хвоя - витамин С.
Чистотел.
Цикорий.
Эгрегор - ментальный конденсат, порождаемый мыслями и эмоциями и обретающий самостоятельное бытие.
Элеутерококк - имунная система.
Яблоко - отверстие - мед - жидкость 1-2 капли (из ЗОЖ).

Интернет

http://film.arjlover.net/film/
http://sovmusic.ru/
http://www.fast-torrent.ru/video/actor/natali-portman/2.html
Киносвит.ру Металлическая библиотека.
http://zavtra.ru/content/view/2000-11-2181/

Задачи САПР

  1. Иметь базу прототипов с оценками их качества.
  2. Находить прототипы в базе.
  3. Давать рекомендации по улучшению проекта.
  4. Оценивать текущее качество проектируемого изделия.
  5. Понимать, анализируя прототипы, за счет чего изменяется качество изделия.

Другое

Изумрудная скрижаль Гермеса  Изумрудная скрижаль Гермеса из Trismosin, La Toyson d'or (1613)

Дыханье мысли вечной и нетленной. http://zavtra.ru/content/view/2008-12-1761/

Рейтинг@Mail.ru